/
Том 1
28 из 141
Вернувшись с охоты, Родерик некоторое время избегал посещений покоев королевы. Он не мог понять, то ли она так ненавидела змей, то ли его поступок, но рана ныла и медленно заживала. К тому же, увидев, как она горько плачет из-за другого мужчины, он стал более осторожным.
Как вышло, что его собственная жена теперь даже не делит с ним ложе, было для него загадкой. Но принуждать её он не хотел.
Он признавал, что ответственность за этот брак лежала на герцоге и на нём самом.
В результате бессонница Родерика только усилилась, а настроение с каждым днём становилось всё более раздражённым.
Вздремнув, он провёл рукой по лбу. Это был предвестник приближающегося приступа безумия.
Прибыв рано утром к покоям короля, Джейд спросил у главного камердинера:
— Как себя чувствует его величество?
— Плохо спит. Да и настроение, кажется, не на высоте.
Увидев серьёзное выражение лица Джейда, камердинер осторожно предложил:
— Может, пора привлечь её величество?
— Давай пока понаблюдаем за ситуацией.
Они обсуждали сроки для вмешательства, и их намерения были серьёзными.
Войдя в покои короля, Джейд внимательно изучил лицо друга. Даже он, обычно сдержанный, не смог не согласиться с камердинером.
— Ваше Величество, может, всё-таки стоит навестить королеву?
Это действительно было странным, но люди не могли не признать очевидное. Когда король был рядом со своей женой, он спал спокойно и выглядел умиротворённым.
Но Родерик поморщился:
— Она же сказала, что не хочет.
— Ну… не то чтобы вас она не хочет видеть, просто ей противно убийство змей. На самом деле, среди рыцарей тоже есть те, кто так считает.
— Что же это за кайенские рыцари, если даже змею убить не могут? Позор. И ты, как командир, тоже в ответе.
Родерик цокнул языком с видом полного разочарования.
Король продержался ровно четыре дня. В мире часто встречаются люди, которые слишком уверены в своём здоровье и не доверяют врачам. Но даже они идут к доктору, когда боль становится невыносимой. Неосознанно подчиняясь этой схеме, «пациент» Родерик сам отправился в «больницу».
Услышав, что король идёт, И Джэ обрадовалась и вышла ему навстречу.
Зайдя в её покои, Родерик уже не хмурился. Он просто потёр лицо и коротко усмехнулся.
«Воздух здесь совсем другой».
Даже жуткий голос, который иногда звучал в ушах, исчез. Потому что злые духи и призраки не могли проникнуть в эти покои.
Король ясно осознал: он действительно сходит с ума. Но если уж сходить с ума, то лучше в этом направлении. Хотя бы потому, что в таком безумии не было человеческих жертв. Разве что немного раздражённая королева.
— Вы пришли?
— Ага, — раздражённо бросил Родерик, опускаясь на диван. — Почему ты даже ни разу не навестила меня?
— …
— Ты ведь знаешь, что не могу уснуть без тебя.
Даже король слегка наклонил голову, услышав свои же слова. Он сказал это невольно, но теперь, после того как произнёс, почувствовал, что это действительно так.
«Неужели я и правда не могу спать без королевы?»
— Я тоже хотела вас увидеть.
— Правда?
— Да. Немного волновалась.
— Из-за чего?
«Что тебе снова приснится кошмар. Что ты будешь мучиться в одиночестве».
И Джэ лишь улыбнулась в ответ, но Родерику стало заметно лучше.
— Тогда приходи иногда. Подушку можно не брать — у меня в покоях их две.
И Джэ вспомнила свой список дел.
И поняла, что скоро сможет вычеркнуть пункт «1. Сходить в покои его величества».
Родерик усадил её на диван, а сам привычно устроился, положив голову ей на колени. Не спавший с самого турнира, он притянул её руку к своему лицу.
— Сделай это, пожалуйста.
— …
— Погладь меня.
И Джэ рассмеялась. Такой большой, а кажется удивительно милым.
Когда её мягкие пальцы начали массировать его голову, Родерик снова почувствовал то же самое. Необычайная лёгкость наполняла его тело, а его раздражённое состояние стало спокойным.
Он уставился на И Джэ своими тёмно-синими глазами и схватил её руку, которая продолжала двигаться по его голове.
— Хэйли, ты случайно не изучала медицину? Или, может, ходила в храм? Мечтала стать жрицей?
Родерик был королём и знал историю Кайена лучше других. Люди думали, что всё это лишь мифы, но на континенте действительно существовали такие мистические силы. Но они почти исчезли четыреста лет назад.
И Джэ уклончиво ответила:
— Нет… Но, может, желание облегчить страдания работает так же.
— Это не шутка, с тобой моя голова проясняется. Почему так?
Искренне любопытный взгляд. Люди думали, что король снова шутит, но И Джэ понимала, что его вопрос был вполне обоснован. Вместо оправданий или признания она сказала иное:
— Ваше Величество, тогда используйте меня.
— Использовать?
— Да. Если не спится — пользуйтесь как подушкой. С одеялом я пока не готова, но…
— А, значит, с одеялом есть перспективы? Всё-таки мы супруги. Но слово «использовать» звучит холодно. Когда мы вместе... Только я чувствую себя непринуждённо?
И Джэ покачала головой.
— Мне тоже приятно с вами. Это интересно.
Родерик пристально посмотрел на неё и вдруг спросил:
— Тогда давай ещё раз поцелуемся?
Она вздрогнула, а затем взглянула на него с укором.
— Вы же сами попросили массаж! Я тут потею, стараюсь. Как можно говорить такое, когда я прилагаю все усилия?
— Это была шутка. Разве супруги не могут так шутить?
Но на самом деле Родерик вовсе не шутил, и, недовольно пробурчав, сказал:
— Но когда ты так категорически отказываешь, то ранишь чувства мужчин. Дай своему мужу хоть немного надежды.
— …Вам обидно?
— …Просто сказал.
И Джэ задумалась и, после небольшой паузы, наклонилась вперёд.
Чмок. Чмок.
С мягким звуком она поцеловала его по очереди в обе щеки. И когда она уже хотела отстраниться, Родерик резко поднялся. Он лёгким движением опрокинул её на диван, схватив за запястья.
— Ты точно лиса. Есть хвост? Под одежду даже заглянуть не могу… Хотя, в первую ночь я вроде мельком видел.
Его рука потянулась к её бедру, и И Джэ, извиваясь, рассмеялась:
— Ах, что вы делаете, не шутите так.
— А что? Опять скажешь «а-а-а»? Хотя это мило.
Он слегка ущипнул её за нежную щёку и отпустил.
— Хэйли. Давай сделаем это ещё раз.
— …
— Хочу понять.
— …Что именно?
«То чувство. Почему, когда ты плакала, мне так хотелось тебя поцеловать?»
И Джэ закрыла глаза.
Когда королевская чета слилась в страстном поцелуе, придворные отвернулись. Но, в отличие от прошлого раза, поцелуй не заканчивался, поэтому они потихоньку стали покидать покои.
Ненадолго оторвавшись, Родерик прошептал:
— Хэйли. Дай мне руку.
— …
— Мои руки блуждают где нельзя, против моей воли, — он скользнул взглядом по её телу.
— Ничего себе. Не думала, что человек может быть настолько извращённым.
— Удачно же ты замуж вышла, да?
И Джэ рассмеялась, а Родерик повторил свои слова, Она взяла его за руку.
— Вы, ваше величество, так необычно просите меня взять вашу руку.
— Всё это уловки. Когда хочешь взять человека за руку и не такое придумаешь.
На самом деле его слегка задевало, что королева каждый раз отнимала свою руку. Он усмехнулся.
И снова прильнул к её губам.
Слюна смешивалась, стекала. Если поцелуй перед охотой был джентльменским, то этот был куда более жадным, на грани инстинктов.
Раздавались влажные звуки, а когда он втянул её язык, И Джэ почувствовала, как её тело слегка задрожало. Этот поцелуй был близким к интимной близости. Хотя у неё не было опыта, она предположила это.
Родерик трогал её распухшие от его жадных укусов губы.
Теперь он осознал, что это было за чувство. В его сердце зародилось нечто более глубокое, чем просто симпатия. И это чувство успело вырасти без его ведома.
Он поднялся и подхватил И Джэ на руки.
Когда король уложил её на кровать и сам поднялся следом, она слегка вздрогнула.
Она понимала, что если после поцелуя они оказались в постели, следующий шаг не заставит себя долго ждать.
Но Родерик спросил:
— Хэйли. Ты сильно любила Лоренса?
— …
— До слёз? Так, что даже издали было больно смотреть?
— Наверное, да.
И Джэ почувствовала, как сердце снова заныло. Она легко признала чувства Хэйли. И одновременно отвергла их.
— Но, ваше величество, это всё в прошлом. Чувства со временем улетучиваются, так устроена жизнь.
— …
— Так что и это скоро пройдёт.
Родерик пристально посмотрел на королеву. Его жена иногда говорила загадками. Но в её словах порой была странная сила. Неужели другие этого не чувствовали?
— Тогда я не буду торопить. Но кое-что нужно прояснить.
— Что именно?
— Забудь Лоренса. Поставь точку.
— …
— А насчёт наших отношений… подождём, пока тебе станет легче.
— Какой хороший муж.
Для брака, заключённого второпях, это выглядело как удача.
«Может, в этой жизни мне не так уж и не повезло», — подумала И Джэ.
Но когда она снова легла на кровать, оставив между ними расстояние в целый мир, Родерик почувствовал лёгкую обиду.
— Хэйли.
— Что?
— Хочешь, я подложу тебе руку под голову?
И Джэ покачала головой.
— Тяжело же. Не надо.
— Если твоя маленькая головка тяжёлая, как я тогда вообще держу меч?
— Но так спать вредно — мышцы пережимаются.
Родерик нахмурился.
— Ты правда не понимаешь или так мягко отказываешь мне?
— А?
— Подвинься ко мне. Я тоже могу придумать оправдания.
И Джэ рассмеялась и нерешительно приблизилась.
Она устроилась под его рукой, но он подтянул её выше, подложив руку ей под голову.
— Я думаю, что в будущем буду часто так делать, поэтому лучше сразу найди удобное положение.
И Джэ на мгновение задумалась. После колебаний она легла на бок, спиной к нему.
Прижавшись к её спине и устроившись поудобнее, он обнял её за талию.
И Джэ слегка нахмурилась.
Талия была стратегически важной зоной — оттуда рука могла двинуться и вверх, и вниз. Но она терпела, пока он не обвил её ногой. Теперь она чувствовала себя, как в деревянных колодках.
— Всё-таки ногу лучше убрать.
— Рано или поздно она там окажется, так что какая разница?
— Не оправдывайтесь. Тяжело. И мне тоже нужен период адаптации.
Она сказала это как шутку, но на её лице помимо неловкости читалась лёгкая грусть. Она понимала, что король действительно пытается всё больше сблизиться с ней.
— Тебе до сих пор так неловко и неудобно со мной?
— Нет, не то чтобы…
«Если однажды ты внезапно разочаруешься во мне — что мне тогда делать?»
«Так что не нужно стараться быть слишком хорошим. Мне правда нормально, мне так привычнее».
Она заколебалась, будто хотела что-то сказать, и Родерик не выдержал:
— «Не то чтобы» — что?
Но И Джэ в итоге промолчала. Ей не хотелось перекладывать на него свои тревоги, рождённые из неудачного прошлого.
Такие вещи часто лишь обременяют другого.
— Ничего.
— Эй. Почему ты опять начинаешь и бросаешь на полуслове? Ты же знаешь, что это сводит с ума?
Родерик с раздражённым и озадаченным лицом ткнул её пальцем.
Он в очередной раз восхитился секретным семейным приёмом, передающимся, по всей видимости, в доме Дунканов, — искусством выводить человека из себя.
Он не мог просто так оставить это и продолжал её дразнить. В конце концов И Джэ, которой уже было трудно сдерживать смех, сказала:
— Простите, правда, простите. Я и правда забыла, что хотела сказать.
— Да? Ну, раз так, это тоже своего рода проступок, значит — прими наказание.
С хитрой ухмылкой Родерик ловко переплёл их ноги.