/
Том 1
93 из 141
Атмосфера в кабинете короля сильно отличалась от обычной.
Король, который обычно редко менял свои привычки, на этот раз поступил иначе. Сначала он приказал доставить преступников в подземную тюрьму для допроса, но затем внезапно распорядился привести их прямо в свой кабинет.
Родерик не хотел вести жену в такое мрачное место, как подземелье.
Конечно, это создавало лишние хлопоты для других, но на самом деле это было правильным решением.
Ведь его жена была человеком, обладающим острой чувствительностью к тёмной энергии.
Когда И Джэ прибыла в королевский кабинет, король уже ждал её в коридоре.
— Ваше величество?
Родерик, скрестив руки и облокотившись на стену, выпрямился.
— Ты пришла?
— Да. Но почему вы вышли встречать меня?
— Ты правда спрашиваешь?
И Джэ с выражением «опять он за своё» посмотрела на него, но следовавшая за ней служанка еле сдержала улыбку.
Дебора, почти достигшая уровня проницательности призрака, прекрасно понимала причину.
Внутри кабинета находились связанные преступники. Король не хотел, чтобы королева входила туда одна. Вот почему он ждал её у порога, чтобы лично сопроводить.
Однако даже Дебора, обладающая невероятной проницательностью, не могла понять одного: зачем вообще королеве нужно видеть лица преступников?
Это казалось бессмысленным и непонятным для всех во дворце.
— Я просто спросила, а вы опять раздражаетесь.
— Я-то что?
— Ладно, пойдёмте уже.
Король подхватил И Джэ на руки и, кивком приказав открыть дверь, вошёл внутрь.
Придворные служанки попытались незаметно проследовать за ними, но были остановлены стражей.
Никто, кроме короля, королевы и рыцарей первого ордена, не имел права входить.
Дебора осталась в коридоре, с беспокойством провожая королеву взглядом.
И Джэ слегка кивнула, слабо улыбнувшись, будто говоря «всё в порядке».
Её глаза, полные тревог, тут же обрели сосредоточенное спокойствие.
Внутри атмосфера была напряжённой.
Солдаты Западной армии совершили преступления, приравнивающиеся к измене.
Самовольное оставление службы в мирное время каралось тюремным заключением или штрафом. Но поджог казарм был однозначным поводом для смертной казни.
Преступники стояли на коленях, связанные по рукам и ногам, а десяток рыцарей направили на них обнажённые мечи.
Король, держа жену на руках, лишь бросил беглый взгляд в сторону узников, и направился вперёд.
И Джэ, пытаясь осмотреться, тянула шею, но сделать это было непросто, Родерик не давал ей возможности нормально осмотреть помещение.
Она нахмурилась: «Ваше величество, ведь это не я согрешила, а они. Почему же вы держите скованной меня?»
В конце концов, не выдержав, она постучала по его груди.
— Ваше величество, отпустите меня.
— Нет. Подожди, — ответил он и надавил на её затылок.
— Почему вы так себя ведёте? Отпустите меня!
— Сказал же, подожди. Я ещё не готов морально. И не высовывайся.
И Джэ была в недоумении, а рыцари сразу поняли, в чём дело.
Король шёл, развернувшись к преступникам спиной, словно пряча королеву от них.
Но если он так её оберегает, зачем вообще привёл её сюда?
Наконец он опустил её на пол, но и тут продолжил странно себя вести: он поставил её в самой дальней точке от преступников, хоть и лицом к ним, а сам встал так, чтобы частично её заслонять.
— Что вы сейчас сделали?
— Обеспечил безопасную дистанцию для моего маленького зёрнышка.
— …
Даже рыцари начали думать, что король перегибает палку.
Они чувствовали себя нелепо, держа мечи наготове, будто король совсем не доверял их способностям.
И Джэ, наконец оказавшись на ногах, бросила на него упрекающий взгляд,
но он лишь молча продолжал смотреть вперёд.
Он чувствовал что-то неладное, нечто, что ощутил ещё до прихода И Джэ.
Он спросил:
— Ну что, как тебе?
— …
И Джэ сузила глаза и начала внимательно всматриваться.
Она разглядывала плечи и спины преступников и уже хотела подойти ближе, но Родерик удержал её за запястье.
— Не подходи. Просто скажи, что ты чувствуешь?
— А вы что чувствуете?
— Что-то странное.
— Вы правы, здесь что-то не так.
И тогда Родерик полностью заслонил жену собой и приказал:
— Увести. Посадить в подземелье.
— Нельзя! — И Джэ схватила его за рукав и замотала головой.
Он попытался проигнорировать её, но когда она не отступила и начала тянуть его за одежду, он, наконец, наклонился.
Она шёпотом сказала:
— Их надо уничтожить. Вы что, хотите оставить всё как есть?
Родерик нахмурился.
— Почему ты должна этим заниматься? Ты уже подтвердила мои подозрения. Этого достаточно.
— …
— И Джэ, ты же сама говорила, что не святая. Зачем пытаешься спасти весь мир?
Она замерла. Не потому что его слова были холодны, а потому что они звучали почти так же, как советы тех, кто шёл с ней по одному пути.
Но она снова покачала головой.
— Дело не в этом. А если это зло перескочит на других? Если, в худшем случае, оно останется здесь?
Я боялась вас расстроить, поэтому держала это в себе, но… ваш кабинет не самое лучшее место. Если смотреть по энергетике, он даже хуже вашей спальни.
Я понимаю, что юный король был необыкновенной личностью, но, родись он в Корее, его бы точно обманули при покупке недвижимости.
— Так зачем вы вообще привели их сюда? Это же опасно.
Когда она задала этот вопрос с недоумением, король молча уставился на неё, а затем в потолок.
Он тяжело вздохнул.
Он и не ожидал, что она догадается, а теперь чувствовал себя немного неловко из-за своей неуклюжей попытки защитить её.
Я не хотел вести тебя в такое мрачное место, вот почему.
— Выведите, пожалуйста, остальных. Я справлюсь быстро, ладно?
Смотревшая снизу вверх на короля И Джэ не получила от него никакого ответа и, в отчаянии, принялась активно подавать знаки рыцарям, чтобы те вышли.
Но те замешкались и начали переглядываться. Слова, которыми обменивались король и королева, до их ушей не долетели, однако и без того было видно, что между супругами возникло какое-то разногласие.
Согласно уставу, они должны были повиноваться королю, но он молчал уже довольно долго. Лишь спустя долгую паузу монарх тяжело вздохнул и едва заметно кивнул. Оказавшись в неловком положении, рыцари будто только и ждали этого и поспешно покинули кабинет.
Оставлять заключённых под охраной одного лишь государя было рискованно, но если тот в здравом уме, повода для беспокойства нет. По правде говоря, даже в моменты неадекватности опасность представляли скорее те, кто находился рядом с ним, а не он сам.
Дверь в библиотеку снова открылась примерно через час. Когда они вышли наружу, воздух был пропитан странным запахом, словно где-то тлела бумага.
Дебора, заметно встревоженная, тут же бросилась навстречу. Королева, как и прежде, находилась в объятиях монарха, но теперь её тело было обмякшим, а лицо слегка побледневшим.
— Ваше величество, вы плохо себя чувствуете?
На эти слова начали сближаться и другие придворные. Присматриваясь к И Джэ, камергер спросил с опаской:
— Вызвать лекаря?
— Всё в порядке.
— Я в порядке.
Ответы прозвучали одновременно от короля и королевы. После этого все притихли.
Родерик собрался было сопроводить супругу к её покоям, но на этот раз к нему присоединился командир рыцарей, по совместительству верный друг.
— Ваше величество, как поступим с пленными?
— Пока отправить в подземелье.
— Казнить по военному уставу?
И снова ответы слились воедино:
— Эээ? Ну зачем так радикально…
— Не стоит перегибать. Пусть отсидят срок, потом всех уволить в запас.
Выражения лиц собравшихся стали странными.
Что это вообще было? Не договаривались ли они заранее?
Но сами король с королевой, похоже, и не догадывались, как нелепо выглядят со стороны. Впрочем, судя по всему, их вовсе не волновала реакция окружающих.
Хотя их мнения совпали, их настроения разительно отличались.
Королева выглядела утомлённой, но улыбалась. Король же, напротив, был в полном порядке, только с выражением лица, будто на похоронах.
Не поссорились ли они?
Схожие подозрения зародились и у Джейда, который осторожно, издалека задал вопрос:
— Внутри не случилось ничего… опасного?
И снова два ответа прозвучали в унисон:
— Что? Нет. Ничего не было. А что?
— Хаа… Ладно, допустим, ничего.
Слуги и стража наконец-то пришли к единому выводу:
Они поссорились. Это точно была ссора. И, как всегда, выиграла королева.
Тем не менее, подозрения на этом не закончились.
Ведь несмотря на очевидное напряжение, в отношении короля к супруге отчётливо проступали тревога и нежность.
— Пойдём в покои?
— Да. Хотя я и сама могу дойти.
— Перестань дурить.
— Я не дурю.
— Не дуришь, говоришь? Ладно. Вот и посмотрим в комнате. Все договорённости аннулированы.
И Джэ, до сих пор улыбавшаяся, вдруг с лицом, полным непонимания, пискнула:
— Эээ? Почему? У меня же не пошла кровь носом!
— Ты что, хочешь, чтобы тебя стошнило ещё раз?.. Хаа. Ладно, хватит.
— На самом деле, это вполне естественная реакция организма… Ладно, больше не буду.
Единственным, кто стоял достаточно близко, чтобы услышать весь диалог, был Джейд.
И он подумал: «Почему они, сказав всё, что хотели, в конце просто говорят «хватит» и считают, что ничего не было?»
Но после долгого препирательства король, словно сдаваясь, нежно поцеловал её в лоб.
— Есть сможешь?
— Конечно.
Родерик кивнул и обернулся, обратившись к главной служанке:
— Подать ужин в покои королевы.
— Да, ваше величество.
— Похоже, она немного устала, так что пусть будет что-нибудь лёгкое.
— Как прикажете.
Король тут же развернулся и направился к её покоям.
Следовавшие за ними придворные переглянулись и недоумённо склонили головы.
Что же всё-таки произошло в кабинете? Но ответ им не было суждено узнать.