/
Том 1
34 из 92
Уши собаки, до этого бессильно обвисшие от усталости, внезапно дёрнулись.
У Сори похолодело внутри, и она изо всех сил напрягла слух.
«Владелица телефона здесь… Тогда что это ещё за разговор?»
Кто, чёрт возьми, выдаёт себя за Ким Сори и звонит на её телефон? Она не могла поверить собственным ушам.
— Деньги?
Хэвон, небрежно прижимая трубку к уху, подошёл к лежанке-банану и сел. Его огромная ладонь принялась мягко почёсывать собаку под подбородком.
— Тебе нужны деньги? Зачем?
Сори приподнялась и села, делая вид, что наслаждается лаской.
«Какие ещё деньги?»
Это же чистой воды телефонное мошенничество.
Сердце Сори ушло в пятки, и она с тревогой уставилась на Хэвона. В голове всплыли бесчисленные истории жертв, которые в подобные моменты словно под гипнозом переводят деньги мошенникам.
«Повесь трубку».
Отключись. Пожалуйста, догадайся и просто сбрось.
— А-а... — протянул он, совершенно не чувствуя её неистовых телепатических сигналов.
Хэвон продолжал играть с лапами собаки, словно слушая историю о каких-то далёких краях.
— Раз такие обстоятельства, конечно, нужно одолжить. Сколько тебе нужно?
Круглая лапка яростно заскребла по его руке.
«Нет у меня никаких таких обстоятельств! Это не я!»
— Диктуй номер счёта, сейчас отправлю.
«Нельзя!»
Сори уже была готова прыгнуть на телефон, чтобы остановить его, но в последний момент замерла.
Её прошибло странное чувство.
Неужели Сок Хэвон из тех людей, кто попадётся на удочку мошенников, даже не засомневавшись?
И уж тем более — так легко согласится одолжить ей деньги?
Ответ был однозначным: «Абсолютно нет». И эта мысль заставила её прирасти к месту. В памяти внезапно всплыли все те пристальные взгляды, которыми Хэвон одаривал её последние несколько дней.
А что, если... что, если он сейчас просто испытывает её реакцию?
Голова Сори, до этого кипевшая от паники, мгновенно остыла.
Хэвон, пристально наблюдавший за собакой, которая никак не отреагировала на «перевод денег», произнёс низким голосом:
— ...Хотя, если подумать, у меня сейчас ни копейки нет.
Белый телефон опустился. В тишине, наступившей после завершения звонка, повисло странное напряжение.
Сори подняла глаза и встретилась с невозмутимым лицом Хэвона.
То ли он раскусил мошенников и просто забавлялся, то ли он и правда подозревает Тяв — по его непроницаемому лицу невозможно было ничего понять.
Спустя долгую паузу он произнёс ровным, лишённым эмоций голосом:
— Ты... кто ты на самом деле?
Бум.
Сердце Сори едва не остановилось. Она не могла пошевелиться. Голова опустела, передние лапы тревожно сомкнулись.
«Кто я на самом деле?..»
В глазах всё поплыло. Зрение затуманилось так сильно, что она не понимала: то ли у неё зрачки дрожат, то ли это он качается из стороны в сторону.
«Неужели раскрыл?»
Когда, где, как?
За считанные секунды она перебрала в голове десятки моментов, но так и не нашла ответа.
Сори в панике забегала глазами, но всё же сумела взять себя в руки.
«Нет, ещё не раскрыл».
Скорее всего, он на стадии смутных подозрений. Если бы он точно знал, что я Ким Сори, он бы не спрашивал «кто ты».
Решив стоять на своём до конца, Сори приоткрыла дрожащую пасть.
— Тяф.
— Не пытайся отделаться своим собачьим лепетом.
Холодный, ледяной взгляд Хэвона впился в собаку. Напряжённая тишина стала почти невыносимой.
Как выпутаться из этой ситуации? Как бы поступила настоящая собака?
Поколебавшись, Сори осторожно подсунула голову под руку Хэвона.
А затем начала тереться щекой о его огромную ладонь, словно выпрашивая ласку. Мягкая шёрстка прижалась к его ладони.
Хэвон, наблюдая за этим жестом, который выглядел как чистое проявление любви, наконец издал смешок.
— Да я пошутил…
Его руки потянулись к щекам Тяв и бесцеремонно их растянули.
— Как только хозяин злится, сразу начинаешь подлизываться. И где ты такому научилась?
Ледяная атмосфера мгновенно разрядилась, будто её и не было.
«Это была шутка?»
Сори, чьи щёки растянули, как тесто, недоверчиво посмотрела на него снизу вверх.
Хэвон наклонился ещё ближе, продолжая тискать её за мордочку.
Рассыпавшиеся чёрные волосы отбрасывали тень на его широкую улыбку. Но в то время как губы его улыбались, глаза, смотрящие на собаку, оставались мутными и тёмными.
Сори неплохо справилась, притворившись, что не понимает сути телефонного разговора, но была одна деталь, которую она упустила.
Его рука скользнула вниз и сжала её передние лапы.
Те самые лапы, которые она чинно сложила вместе, пока он говорил по телефону.
И которые снова сложились, когда он потребовал признания.
У Хэвона по спине пробежал холод.
Складывать руки вместе, когда нервничаешь или тревожишься — это была неискоренимая привычка Сори.
* * *
Глубокая ночь.
Шорох. Над лицом крепко спящего Сок Хэвона нависла тень большой головы.
Значит, кто-то заставляет моё сердце сжиматься от ужаса, а сам преспокойно дрыхнет?
Вот бы сейчас как...
Удар в челюсть!
Вжих, вжих. Передние лапы, подобно молнии, раз за разом замирали в миллиметре от его лица.
Завершив свою скромную месть, я через силу приоткрыла веки, которые так и норовили сомкнуться.
«Ты... кто ты на самом деле?»
Может ли это быть просто шуткой?
Мне хотелось бы верить в это и не париться, но всё нутро кричало об обратном.
«Кажется, он ещё не понял до конца, кто я».
Если бы понял, у него не было бы причин притворяться.
В конце концов, нужно быть одержимым Ким Сори, чтобы связать её с Сок Тяв, а это маловероятно.
Но нужно иметь в виду, что я официально перешла в категорию «подозрительных собак».
Потому что всегда есть шанс, что я ненароком сделала что-то совсем не собачье, или он решил, что для пса я подозрительно умна.
С каких это пор он начал смотреть на меня иначе?
«Да разве по его рыбьим глазам что-то поймёшь».
В любом случае, с завтрашнего дня нужно быть начеку... Зевок. Протяжный зевок прервал мои мысли.
Предвестник превращения в человека.
Я так старалась сохранять эмоциональное спокойствие всё это время, но стоило ему задать один вопрос, и я посыпалась.
«Пожалуйста».
Только не сегодня. Нельзя проигрывать сну. Если я превращусь в человека прямо сейчас, когда я под подозрением...
«Если завтра утром Сок Хэвон проснётся со мной в одной постели...»
Дойдя в своих фантазиях до худшего сценария, я принялась хлопать себя по щекам, чтобы прогнать сон. До сих пор мне везло, но эта ситуация могла произойти в любой момент.
Ночная разминка: отжимания, приседания.
Хух, хух. Началась ожесточённая битва со сном.
Ровно через три минуты тело «мускулистого пса» (который на деле с трудом удерживал собственную тяжёлую голову) позорно завалилось набок.
Даже не в силах втянуть высунутый язык, я тяжело дышала.
«Больше не выдержу...»
Веки, которые я держала открытыми на чистом упрямстве, медленно сомкнулись, и наступила тьма.
* * *
На следующий день около полудня госпожа Сон сидела на диване, складывая бельё и поглядывая в телевизор.
— И сегодня у нас в гостях Юн Чхон, вернувшийся с сольным альбомом! Ходят слухи, что его новое выступление про-о-осто невероятно сексуальное!
— Ха-ха, мне даже неловко.
— Раз уж вы здесь, мы не можем это пропустить, верно?
Возможно, из-за того, что госпожа Сон каждый день видела лицо Хэвона, обычные айдолы её уже не впечатляли.
— Нашему Хэвону тоже бы подошёл такой образ, будь он айдолом.
— Какой «такой»? — внезапно появилось лицо Хэвона прямо из-за спинки дивана.
— А то не ясно? Сексуальный.
— Хэвону больше идёт быть милым, как щеночек.
— Хо-хо, ну и шутки у вас. В нём ни капли милости... А-а-а-а! Мамочки!
Госпожа Сон, чей испуг заставил сердце бешено колотиться, вскрикнула и отбросила бельё, которое складывала. Одежда приземлилась прямо на Хэвона. Он выпрямился, так и стоя с вещами на голове.
— Х-Хэвон. Ты когда пришёл?
— Только что.
— Ещё же обед, ты уже закончил работу?
— Нет, просто нужно кое-что проверить.
Вещи на его голове смешно колыхались каждый раз, когда он открывал рот.
— Камеру на задней двери починили? Она была сломана.
— Ох. Прости, голова совсем дырявая, в последнее время столько дел, что я совсем забыла. Сейчас же вызову мастера.
Слова госпожи Сон заставили Хэвона задуматься.
Если Сори действительно тайком пробирается в дом через ту дверь...
При всём желании проверить чёрный ход, он понимал: будет плохо, если госпожа Сон или кто-то другой увидит Сори на записях камер.
— Нет, не чините её, пока я не скажу.
— А? Не чинить?
— Да, ни в коем случае. Кстати, Сок Тяв не видно.
— Тяв в твоей комнате. Она обычно спит весь день после еды. Но... ты хоть что-нибудь видишь?
— А.
Только тогда осознав, как он выглядит, Хэвон вернул бельё госпоже Сон. Со вчерашнего вечера все его мысли были заняты другим, и он был словно в прострации.
Развернувшись, он бесшумно пошёл по коридору к своей комнате.
Когда он проснулся утром, собака спала, распластавшись в углу кровати.
Настолько крепко, что даже шум его сборов на работу её не разбудил.
«Неужели сегодня она не превратилась?»
Решив провести внезапную проверку, он распахнул дверь.
Лежанка-банан — пусто.
Под одеялом — пусто.
Под кроватью, в ванной, под столом — он обыскал каждый угол, но собаки нигде не было.
Наконец его взгляд замер на приоткрытой двери гардеробной. Хэвон решительно шагнул туда и опустился на одно колено перед комодом.
Вж-ж-жик. Он выдвинул третий ящик — там была аккуратно сложенная одежда. Он запустил руку вглубь и вытащил одну белую футболку.
— …
Хэвон развернул сложенную вещь и тут же, словно подброшенный, вылетел из комнаты.
Заметив в прихожей его спину, он торопливо втискивал ноги в ботинки, госпожа Сон в недоумении спросила:
— Хэвон, ты снова в офис?
— Я заберу собаку с собой, так что не ищите её.
— Тяв в офис?
Её вопрос остался без ответа, входная дверь с грохотом захлопнулась.
Он зашагал прочь, и его широкие шаги становились всё быстрее. В руках у Хэвона не было никакой собаки.
Но зато исчезла та самая маленькая футболка, что была спрятана среди его летних вещей.
«Она стала человеком и ушла».
В его чёрных глазах плескалась мрачная уверенность.