/
Том 1
55 из 92
Вернувшись в комнату, Ынсу сняла халат и цокнула языком.
— Подумаешь, что там собака могла натворить? Зачем так свирепо отчитывать ребёнка?
Сори, смирно сидевшая на кровати, навострила уши. Перед глазами невольно всплыло холодное лицо Хэвона, устроившего ей допрос.
— О своём скверном характере он и не думает.
«Вот именно».
«Необязательно было так на меня давить».
Ворча про себя, Сори всё же чувствовала подавленность, а сердце продолжало предательски колотиться. Встрепенувшись от этого волнения, она прижала переднюю лапу к виску.
«Нельзя волноваться».
Иначе завтра днём она снова превратится в человека. И если это случится не в комнате Хэвона, а у Ынсу, быть беде.
Не подозревая о её терзаниях, Ынсу закончила приготовления ко сну и легла в постель.
— Не спишь, ждала меня?
— Тяф.
Увидев расслабленную и домашнюю Ынсу, Сори неловко захлопала глазами.
От неё пахло чем-то приятным. Сори в который раз подумала, что эта женщина удивительно красива.
«Сок Хэвон должен быть благодарен своим генам».
Разнервничавшись, Сори вместо того, чтобы лечь на живот, перевернулась на спину, как человек.
«Надо же, как спит».
Окинув взглядом застывшую по струнке собаку, Ынсу принялась легонько похлопывать её по животу, словно убаюкивая младенца.
Глядя на пса, который во все глаза следил за её реакцией, она вдруг вспомнила лицо той девушки из ресторана.
«Вы ведь не в порядке».
С чего та девчонка взяла, что имеет право говорить такое с такой уверенностью в глазу и голосе?
Вспомнив тот момент, Ынсу невольно пробормотала:
— Просто уму непостижимо.
Тем не менее, это лицо и этот голос странным образом не выходили у неё из головы. Даже во время работы они то и дело всплывали в памяти.
Тук-тук. Ритмично похлопывая собаку, она спросила:
— Тайгер, тебе тоже кажется, что я не в порядке?
Поскольку рядом было лишь животное, её истинные чувства, которые она обычно прятала глубоко внутри, вырвались наружу.
— Неужели это настолько заметно даже постороннему человеку?
Сори, которая не могла не понять смысла этих слов, затаила дыхание.
«Что же делать».
Она явно не просто оставила о себе плохое впечатление, а нанесла женщине невольную рану.
Заметив, что у Тяв такой вид, будто её поймали на краже лакомства, Ынсу негромко рассмеялась. Но этот лёгкий смех постепенно сменился самоироничной улыбкой.
— Мне хотелось хотя бы раз увидеть, как этот человек теряет самообладание.
На лице Ынсу отразилась горькая усталость.
В глубине души она надеялась хотя бы на тень привязанности. Хотя бы половина той теплоты, что могла бы накопиться за годы совместной жизни.
Но этот ледяной человек не дрогнул ни на секунду даже после того дня.
— В итоге только я, предложившая развод, места себе не нахожу.
Сори молча слушала, украдкой поглядывая на Ынсу. Как и Хэган, Ынсу, похоже, на самом деле не хотела этого развода.
«Им обоим просто нужно время, чтобы нормально поговорить...»
Пока она размышляла, Ынсу вдруг посерьёзнела и бросила:
— Терпеть не могу этих Соков.
Золотые слова.
Сори, разделявшая это мнение всей душой, вздрогнула. Стоп, она ведь сейчас тоже собака из клана Сок.
— Ты у нас Хам Тайгер.
Значит, полное имя теперь — Сок-Пухляшка-Хам-Тайгер-Тяв?
С каждым днём список имён становился всё длиннее.
— Давай и впредь будем спать вместе, а?
Тихий разговор Ынсу, больше похожий на монолог, наполнял уходящую ночь.
* * *
На следующий день.
К своему удивлению, проснулась я не в постели матери, а в кровати Сок Хэвона. Судя по всему, он перенёс меня, пока я спала.
Ещё больше меня поразило то, что я снова была в человеческом облике. Видимо, вчерашний допрос Хэвона и откровения матери окончательно расшатали моё душевное равновесие.
Впору было признать: люди в этом доме просто выводят меня из равновесия.
「Был в отъезде, поэтому поздно увидел сообщение.」
Я уже успела переместиться к себе домой и проверить телефон. Там висело сообщение от дедушки.
「Послал Хэвона в озёрный парк, так как испугался, что ты в опасности. Поговорим при встрече. Как только станешь человеком — немедленно приезжай в офис.」
Так я оказалась в здании S Group. Зайдя в лифт, я тихо вздохнула.
«И что мне делать с Сок Хэвоном?»
Понять бы, что у него в голове. Чем больше я об этом думала, тем сильнее ныли виски.
«Как же я устала...»
Только я приложила руку к гудящей голове, как лифт звякнул и остановился.
Двери открылись, и мои глаза округлились. На пороге стояли Сок Хэвон, отец и мужчина, похожий на его секретаря.
«Ну почему именно сейчас?»
Кое-как совладав с лицом, я вежливо поклонилась, притворяясь рядовой сотрудницей.
Отец зашёл первым, за ним последовал Сок Хэвон, который, проявив смекалку, не подал виду, что знает меня. Последним зашёл секретарь и нажал на кнопку этажа.
Это замкнутое пространство казалось невыносимо тесным.
Странное чувство. Каждый день я здоровалась с отцом по дороге на работу… но сейчас для него я была всего лишь незнакомкой.
Тик-так.
Прошло несколько секунд, показавшихся вечностью, и лифт остановился на этаже прямо под кабинетом председателя.
Звякнули двери, и Сок Хэвон ленивой походкой прошёл мимо меня к выходу. Мои опасения, что он заговорит со мной, оказались напрасными, он выглядел совершенно безучастным.
Я с облегчением выдохнула. И в этот момент он, встретившись со мной взглядом, как ни в чём не бывало раскрыл объятия.
— Иди сюда.
Прежде чем я успела сообразить, я уже оказалась в его объятиях.
Через грудь я чувствовала его непривычно сильное сердцебиение. А может, это было моё собственное сердце.
«...А».
Попалась.
Осознание того, что я по привычке прижалась к нему, как Сок Тяв, заставило мои мысли превратиться в белое пятно.
Всё не так.
Всё должно быть... не так.
— ...
На мгновение воцарилась тишина.
Пфф!
Отец, отхлебнувший кофе, поперхнулся и прикрыл рот рукой. Это была самая бурная реакция из всех, что я у него видела.
Секретарь, наблюдавший за нами, вздрогнул, когда двери лифта начали закрываться, и поспешно нажал кнопку открытия. Его рот был разинут, словно он стал свидетелем конца света.
У всех присутствующих зрачки дрожали, как осиновые листья. И только Сок Хэвон, сохраняя полное спокойствие, уткнулся подбородком мне в макушку.
«Этому наглому человеку плевать на чужое мнение».
Какая там «смекалка» и «вид, что не знает меня».
Стиснув зубы, я попыталась немедленно всё прекратить.
— Извините, я обозналась!
Но прежде чем я успела вырваться, Сок Хэвон прямо так подхватил меня на руки.
— Обозналась? Да нет же, это мой пёсик.
Кха-кха!
Отец зашёлся в кашле. Потрясённый секретарь снова судорожно нажал на кнопку открытия лифта.
«Нет. Всё не так».
Я мотала головой, но ужас в глазах этих двоих никуда не делся.
Не обращая на них внимания, Сок Хэвон нёс меня на руках, как маленького ребёнка. Через его плечо я видела отца и секретаря, которые даже высунулись из лифта, чтобы проводить нас взглядом.
Столкнувшись взглядом с отцом, я зажмурилась.
Сначала мать, теперь отец... Моё первое впечатление.
Моё первое впечатление окончательно...
* * *
Хлоп. Дверь за нами тяжело закрылась.
Сок Хэвон принёс меня в роскошный кабинет: белые обои, чёрный гостевой диван, массивный рабочий стол. Видимо, это был его личный офис.
Осмотревшись, я оттолкнула его за плечо, за которое держалась.
— Поставь меня.
Он послушно поставил меня на ноги.
— Стала человеком? — стоя прямо передо мной, он медленно окинул меня взглядом с ног до головы. — А ведь ещё утром была собакой.
В его глазах и голосе сквозила та же острота, что и вчера вечером. В такой обстановке наш спор обещал превратиться в бесконечную шарманку.
Я попыталась пройти мимо него, но он преградил мне путь. Повернула в другую сторону, то же самое.
— Уйди, мне не о чем с тобой говорить.
— А мне есть о чём. По крайней мере, я должен знать, как ты превращаешься в собаку, чтобы я мог как-то на это реагировать.
В его словах была логика. Ему действительно нужно было знать хотя бы минимум, чтобы помогать мне хранить тайну.
— Я же сказала вчера: это происходит само собой спустя время.
Он коротко усмехнулся и посмотрел на меня холодным взглядом.
— Или всё-таки после поцелуя?
— Что ты... — я хотела возмутиться, но тут до меня дошло. Из-за вчерашнего случая в ванной Сок Хэвон решил, что триггер превращения — поцелуй.
Отрицание застыло у меня на губах.
«Может, лучше пусть заблуждается, чем узнает правду?»
От этих раздумий виски снова пронзило острой болью.
Кружится голова.
— …Я не хочу вдаваться в подробности, — пробормотала я и холодно добавила. — И я не просила тебя о помощи.
— Тогда зачем ты держишься рядом с человеком, которого так ненавидишь?
В этот момент моё лицо, которое я так старалась сохранять бесстрастным, дрогнуло.
Сок Хэвон, похоже, тоже понял, что сболтнул лишнего, и, проведя рукой по волосам, отвернулся. На его шее отчётливо проступили вены.
«Неужели тебе так хотелось жить, что ты присосалась к парню, который тебе “омерзителен”?»
«Жалкое зрелище».
Голоса из сна наложились друг на друга, оглушая меня.
«Да, я так сильно хотела жить, что пошла на это».
Проглотив подступивший к горлу ком, я попыталась пройти мимо него. Но не успела сделать и двух шагов, как он снова преградил мне путь.
— Куда ты?
— У меня полно мест, куда пойти, кроме твоего дома.
Чёрные глаза Сок Хэвона потемнели ещё сильнее.
— Отойди. Я исчезну, если тебе так легче.
— Не пойдёт. Кто знает, к какому типу ты решишь отправиться.
От такой наглости я лишилась дара речи. Я вообще не понимала, почему он так вцепился в меня.
— Какое тебе вообще до этого дело?!
— Потому что ты мне нравишься.
— …
— Ты.
— Мне.