/
Основная история
7 из 43
— Нуна, нуна. Может, споём какую-нибудь рабочую песню?
Опять он со своими песнями заладил.
Прошёл уже месяц с тех пор, как Хаён прибыла на демаркационную линию. За это время она и Чесон стали довольно близки и проводили вместе уйму времени. В основном Чесон хвостом таскался за Хаён, но они неплохо спелись.
— Чесон.
— Да, нуна.
— Знаешь, как её зовут?
Хаён, как раз стоявшая в ночном дозоре, уже по горло сытая нытьём Чесона о песнях, помахала кулаком прямо у него перед носом.
— Познакомься, это Джуди. Имя дано в честь того, что она разнесёт твою пасть [1] в щепки.
Кулак Хаён рассёк воздух и замер прямо перед полуоткрытым ртом Чесона.
— Моя Джуди бьёт без промаха. Так что, если не хочешь огрести, приберись здесь. Если ещё хоть раз заикнёшься о песнях, я не гарантирую, что смогу защитить тебя от Джуди.
От такой угрозы Чесон втянул губы и, усиленно закивав, послушно вернулся к работе.
— Чесон, помоги мне с этим.
В этот момент в палатку вошла Гоын, которая тоже была на дежурстве. Благодаря тому, что киллберы притихли в последние несколько дней, число дежурных сократили до трёх, а объём работы вырос вдвое. Гоын, которая всё это время бездельничала, появилась только сейчас и свалила на Чесона даже ту малую часть дел, что полагалась ей.
— Мне что-то совсем нехорошо, я немного посплю и доделаю, ладно?
Всегда один и тот же сценарий.
То ей плохо, то не выспалась, то голова болит...
Чёрт. Не тебе одной плохо, мне тоже.
Хаён заскрежетала зубами.
— Ах, да. Оставьте здесь.
В этот момент Хаён едва сдержалась, чтобы не отвесить подзатыльник этому добродушному придурку Чесону. В довершение всего Гоын нагло обратилась к Хаён за поддержкой: «Хорошо?»
— Вы ведь и когда проснётесь, ничего не сделаете.
Учитывая её возраст и солидный стаж, Хаён до сих пор максимально терпела выходки Гоын. Но разве в последний день у неё не должно быть хоть капли совести, чтобы сделать всё как надо? Учитывая, что она пришла гораздо позже назначенного времени?
Джуди мелко дрожала.
— Хаён, ну войдите в положение, мне правда всю неделю нездоровится.
— Да ладно, нуна. Тут совсем немного, я сам всё сделаю. А?
Чесон крепко схватил Хаён за руку, пытаясь успокоить её гнев. Он даже беззвучно проартикулировал губами: «Не надо, нуна».
Эх, дурак же.
— Делайте что хотите.
Всё равно она работала из рук вон плохо, так что путающаяся под ногами лентяйка только раздражала. Хаён отвела взгляд, решив, что если та будет спать, это уже будет помощью.
— Говорят же, терпение — залог победы.
Вскоре у Хаён вырвался тихий вздох.
— Доделывай давай.
В итоге вдвоём они встретили утро, разбирая горы медикаментов.
***
— Эй, ты сдохнуть захотел?
Взгляды всех присутствующих в палатке устремились в одну точку, но люди тут же постарались сосредоточиться на своих делах, чтобы не привлекать внимания к утренней сцене.
Словно насмехаясь над недавним затишьем, киллберы снова пошли в атаку, и медпункт опять заполнился ранеными.
— Ты посмотри на этого ублюдка. Что ты мне сейчас вколол?
Эван, которому, как говорили, был запрещён вход в медицинскую палатку, впервые появился здесь три дня назад. Его привезли с сильными ожогами по всему телу, и весь период восстановления он устраивал дебош. Было ещё терпимо, когда рядом была Субин, но стоило ей отлучиться, как он начинал бесноваться.
На вид он уже вполне восстановился, он что, реально псих?
— П-простите. Я... я просто замотался...
— Ты, сукин сын, кого убить собрался?
Сегодняшней мишенью стал Чесон. Эван грубо вырвал иглу из своей руки и швырнул её в грудь Чесону. Его взгляд был полон жажды убийства. Воздух в палатке мгновенно заледенел.
— Эй, ты хоть знаешь, кто я такой?
Эван пренебрежительно тыкал пальцем в лоб Чесона, которому явно было не до этих расспросов. Как бы там ни было, обычному человеку не под силу выдержать давление стража. Голова Чесона запрокинулась так, что он едва не коснулся пола.
— Прекратите.
— Блять, не лезь.
Один из стражей, наблюдавший за ситуацией, попытался его остановить, но тщетно. Эван схватил Чесона за грудки и яростно заорал:
— Слышь, ты, говнюк! Отвечай. Знаешь, кто я? А?!
— О-о-отпустите, п-пожалуйста, тогда и поговорим.
Голос Чесона дрожал, как у козлика. Атмосфера накалялась, и Хаён огляделась в поисках помощи. Но никто не шелохнулся. Некоторые, казалось, даже наслаждались зрелищем.
— Словами до тебя не доходит. Таким ублюдкам надо обязательно вломить, чтобы начали соображать.
С этими словами Эван замахнулся своей огромной лапищей.
— Эй, вы!
Хаён зажмурилась. Раз никто не помогает, придётся ей.
«Придурок ты недоделанный, кто тебя спасёт, если не я».
Хаён встала перед Эваном, гордо задрав голову.
Смотреть ему прямо в глаза было чертовски страшно, поэтому, собрав остатки мужества, она уставилась ему куда-то в район носогубной складки...
— В-вы... в-вы н-не с-с-слишком ли палку перегибаете?
Хаён заикалась, как сломанное радио.
— Это ещё что за чудо? Куда ты вообще смотришь, когда говоришь?
Эван смерил Хаён, чьи глаза от страха съехались к переносице, взглядом с ног до головы и брезгливо поморщился.
— Э-этот юноша — тоже чей-то драгоценный ребёнок. Если вы будете так с ним обращаться...
— Ты, блять, меня подкалываешь тем, что у меня родителей нет?
Эван оскалился и рявкнул так грубо, что Хаён поспешно зажала рот обеими руками. Она растерялась от его неожиданного выпада и повысила голос:
— Нет-нет-нет! Ни в коем случае! Он, как видите, из тех, кто сам напрашивается, я и сама его иногда поколачиваю. Ха-ха-ха!
— Н-нуна...
Хаён мигом сменила тактику. Эван, глядя сверху вниз на отнекивающуюся Хаён, издал короткий смешок, поражённый такой наглостью.
— Да у вас обоих, похоже, крыша поехала.
— У-успокойтесь. Для начала отпустите его, и поговорим.
Появление Хаён только подлило масла в огонь. Эван, схватив Чесона за шиворот, начал трясти его, угрожающе надвигаясь. От чудовищной хватки тело Чесона беспомощно моталось из стороны в сторону, он лишь издавал хриплые звуки.
— Отпустите! Вы же его придушите!
Увидев, как лицо Чесона побагровело от нехватки воздуха, Хаён вцепилась в руку Эвана, пытаясь разжать его пальцы.
— Да что вы стоите! Разнимите их кто-нибудь!
Только тогда стоявшие рядом стражи наконец схватили Эвана за руки и оттащили от Чесона.
— Блять! Пустите! Сказал, пустите!
У Эвана на шее вздулись вены, он орал во всё горло и начал буянить. Одним рывком он раскидал державших его стражей, и завязалась потасовка. В палатке мгновенно воцарился хаос.
— Эван.
В этот момент раздался властный низкий голос, способный подавить любого одной лишь интонацией. Хаён, как заворожённая, смотрела на Дерека, который медленно входил в палатку с застывшим, суровым лицом.
— Я же сказал вести себя смирно. Неужели твоя башка не в состоянии этого понять?
— Да этот ублюдок!..
— За мной.
Ситуация разрешилась в мгновение ока. Дерек, за долю секунды схватив Эвана за загривок, грубо потащил его за собой. Излучая леденящую ауру, Дерек уже почти вышел из палатки, когда его шаг на мгновение замедлился. Их взгляды с Хаён встретились. Заметив её — растрёпанную и помятую после потасовки — он помрачнел ещё сильнее. Хватка на загривке Эвана стала ещё крепче.
— А-а! Больно же!
— ...Прошу прощения за беспокойство.
Пока Дерек широкими шагами уходил из палатки, Хаён не могла оторвать от него глаз. Она столько всего хотела сказать ему при встрече, но, увидев его лицо, напрочь всё забыла. И надо же было встретиться в таком непотребном виде! Хаён с досадой зажмурилась.
— Хнык-хнык...
Услышав всхлипывания рядом, Хаён очнулась и подошла к Чесону, распластавшемуся на полу.
— Ты в порядке?
Лоб Чесона покраснел и распух. В палатке после пронёсшегося урагана был полный разгром. Хаён тяжело вздохнула и закрыла лицо руками.
Мда, ну и денёк.
***
На Земле, помимо людей, существует множество иных существ. По иронии судьбы, вирус зародился в самой природе и в мгновение ока поглотил планету. С тех пор как разразилась эпидемия, люди потратили годы и колоссальные усилия, чтобы исправить свои ошибки. Однако, как говорится, «кто владеет небом, тот владеет миром», и, несмотря на бесчисленные попытки, небо так и не покорилось человеку.
К-и-и-и-а-а-ак!
Над временным куполом, окружавшим лагерь, с пронзительным криком кружили фобаторы (мутировавшие птицы). Хаён остановилась и, прижимая к себе охапку белья, заворожённо уставилась в небо.
— Впервые видите?
К Хаён подошёл Николай — голубоглазый красавец-блондин, которого она мельком видела в Аттике. В последнее время он стал частым гостем в медпункте и был одним из немногих стражей, с кем Хаён была знакома лично.
— Ах... да. Впервые.
В мире, где птицы полностью вымерли, фобаторы считались самыми могущественными существами на планете. Своим видом они напоминали ужасающих птеродактилей древности, а их размеры внушали трепет.
— Скоро начнётся цикл охоты, вот они и начали слетаться.
Ещё одной особенностью фобаторов было то, что, в отличие от других заражённых существ, они не проявляли беспричинной агрессии или свирепости. Кроме периодов охоты они никогда не спускались на землю. Агрессию они проявляли лишь в случае нарушения их территории, а ею считалось всё небо, так что любой летающий объект выше определённой отметки немедленно уничтожался. Фобаторов было практически невозможно убить обычными ракетами, поэтому люди смогли перестать быть их добычей лишь после создания куполов, работающих на определённых частотах. К тому же, по закону естественного отбора, в периоды охоты фобаторов даже киллберы предпочитали не высовываться.
— Внутри купола безопасно, так что не волнуйтесь.
— А если случайно выйти наружу?
— Тогда…
Примечание:
↑1. С корейского слово 주둥이 (джудуни) переводится как «пасть», «рыло», «хавало».