/
Основная история
1 из 41
1. Клятва ради мёртвого
Беренис умерла.
Умерла после бесчисленных попыток добиться справедливости ради семьи. Месть не удалась, а запятнанная честь так и не была восстановлена.
Поэтому, готовясь к концу, Беренис сама сшила себе погребальные одежды. Разрезая грубую белую ткань и делая стежок за стежком, она размышляла:
«Что же пошло не так?»
Планы, которые за восемь лет скитаний строились и рушились десятки, сотни раз? Или тот день, когда ей пришлось бежать, оставив мать в пылающем особняке? А может… то, что она не смогла предотвратить смерть старшего брата?
«Да… всё началось со смерти Блэдина».
С того момента, как пропавший без вести наследник дома Уилтьера спустя три месяца вернулся домой холодным безжизненным телом и был похоронен в семейном склепе, до полного падения рода прошло всего два года.
После этого она оставила позади пылающий особняк и жила как беглянка целых восемь лет.
Пока она вспоминала прожитые годы, белоснежный саван был готов, и Беренис встала на краю обрыва в ущелье, называемого «вратами в загробный мир».
[Беренис Уилтьера! Сдавайся и покорно следуй за мной! Тогда я проявлю милосердие и хотя бы дам тебе умереть без мучений!]
[Милосердие не может быть даровано таким подлым и низким человеком, как ты.]
Был ли он оскорблён? Или чувствовал стыд?
Видя, как её бывший жених, мерзавец, предавший род Уилтьера, с перекошенным лицом шёл к ней, расталкивая своих солдат, Беренис была уверена, что хотя бы её последний план удастся.
И в тот миг, когда он переступил проведённую ею невидимую черту, она активировала подарок, полученный от «друга».
Земля ушла из-под ног, небо содрогнулось.
И Беренис рухнула вниз.
Страха не было. Наоборот, по щекам текли слёзы облегчения: она уходила в преисподнюю вместе с врагом своей семьи.
Да, сожаление оставалось, но хотя бы в этом она добилась своего. Последнее, что она видела — как слёзы, слетевшие с её ресниц, падали вслед за ней.
Беренис умерла.
«Поздравляю с полученным шансом».
Если бы не чей-то тихий шёпот у её уха, она бы действительно умерла.
***
— Ха!..
В тот миг, когда тело, падавшее в бездну, будто замерло в воздухе, Беренис открыла глаза и с тяжёлым дыханием пришла в себя.
— Что… это?..
Её окутывало мягкое пушистое одеяло.
Ни соломы, пахнущей плесенью, ни скрипучего, раздражающего деревянного пола, ни холодного, сырого камня.
Неужели сон?
С трудом приподнявшись и прислонившись к изголовью кровати, она осознала, что находится в своей спальне в особняке — том самом, что сгорел дотла десять лет назад.
Комната, богато украшенная уникальными и прекрасными вещами, которые трудно было найти в империи, как и подобало дому маркиза, некогда бывшего среди великих.
Она смахнула слёзы, скопившиеся в уголках глаз, чтобы получше рассмотреть эту невероятную сцену, и в этот момент…
— Ах!..
Острая боль пронзила голову. Все воспоминания, от последних мгновений до самого детства, хлынули вспять.
[Сдавайся и следуй за мной!]
[Поймать её! Последняя из рода изменников!]
[Ты предала Лукадина Мануса?!]
[Убей! Убей её!]
[Что ты можешь изменить, действуя в одиночку?]
[Выживи, Ниа…]
[Подожди с матерью. Я вернусь.]
[Было найдено предсмертное письмо маркиза.]
[Блэдин! Мой сын!..]
Неудержимый поток воспоминаний наконец оборвался, когда она увидела, как мать рыдает, прижимая к себе обезглавленное тело своего старшего сына, вернувшегося домой.
Когда вихрь воспоминаний стих, Беренис, стиснув зубы, осознала.
Она вернулась.
На десять лет назад.
Это не было рациональным и трезвым умозаключением, но хлынувшие в голову воспоминания и тот голос, что прозвучал перед смертью, не оставляли сомнений.
— Как?.. Нет, почему?..
Это был момент, когда она собиралась покончить со всем. Она пыталась довольствоваться жизнью одного врага.
А теперь её вернули назад?
— Что, мне не позволено довольствоваться тем концом?
Или они снова хотят увидеть её страдания?
Её мысли потекли в негативном русле. В тот миг, когда Беренис, держась одной рукой за пульсирующую голову, подняла голову, она почувствовала что-то щекочущее её лоб.
Чёрное кружевное жабо, свисающее с её руки, касалось её кожи.
Некоторое время Беренис смотрела на него, затем её взгляд опустился ниже.
Чёрное траурное платье.
Когда же я в последний раз его надевала?..
В тот миг, когда эта мысль возникла у неё в голове, Беренис поняла, в какой именно момент боги вернули её.
Это был день первых похорон Блэдина.
В прошлом Беренис, не в силах сдержать слёз и рыданий из-за смерти своего любимого и почитаемого брата, потеряла сознание ещё до окончания обряда.
После этого она проболела несколько месяцев и не смогла присутствовать даже на вторых похоронах, и, лёжа в постели, узнала новость о том, что её отец повесился в родовом замке.
— Нет!
Нет. Если это «шанс», данный ей кем-то, она не может оставить после себя те же сожаления, что и в прошлом.
Насильно заставив непослушное тело двигаться и спустившись с кровати, Беренис взглянула на смятые траурные одежды.
Вероятно, у неё не было сил переодеться после того, как она упала в обморок во время похорон.
Сжав кулаки и напрягая ноги, чтобы поддержать шатающееся тело, Беренис сделала шаг.
«Я не в лучшей форме».
Не просто так в прошлой жизни в этот период ей пришлось быть прикованной к постели. Но сейчас она должна была двигаться.
Пока похороны Блэдина ещё идут, она обязана кое-что сделать.
— Боже мой, госпожа! — вскрикнул кто-то в особняке, но у неё не было сил обращать на это внимание.
Любой ценой, прямо сейчас, она должна была добраться до того места, где Блэдин покоился в вечном сне.
— Беренис?
В саду, где проходила церемония, она, задыхаясь, увидела лица родных, смотрящих на неё с удивлением.
Это не мираж. Это была её настоящая, живая семья, которую она не видела целых восемь лет.
Отец, поддерживающий убитую горем мать. Брат-близнец, стоящий рядом с родителями и принимающий соболезнования.
Ей хотелось броситься им в объятия, но сейчас она должна была заняться другим делом.
Пробиваясь сквозь семью и собравшихся, смотрящих на неё с полными беспокойства и вопросами лицами, Беренис встала перед стеклянным гробом, окружённым белыми цветами, и прикусила нижнюю губу.
Блэдин Уилтьер.
Старший сын маркиза Уилтьера.
Старший брат, которого Беренис любила больше всего на свете.
Из-под воротника погребальной одежды, доходившего до подбородка, виднелась повязка, обмотанная вокруг шеи.
— Блэдин… брат…
После гибели кронпринца, которому он служил, Блэдин исчез, а спустя три месяца вернулся домой — его обезглавленное тело привёз неизвестный охотник.
Это стало началом всех бед, обрушившихся на дом Уилтьера.
Через несколько месяцев после вторых похорон, отец, оставшийся один в поместье, покончил с собой, а затем поползли слухи, что Блэдин и был тем, кто убил кронпринца.
Брат-близнец Лоуэлл, отчаянно пытавшийся доказать невиновность Блэдина и рода, погиб по дороге домой в подозрительной аварии с повозкой, а мать, отправив Беренис в бегство, осталась одна в горящем особняке, что и стало причиной её смерти.
— Неужели нельзя было вернуть меня чуть раньше?..
Возможно, тогда она смогла бы предотвратить и смерть Блэдина.
Но милостивый, капризный и переменчивый Бог вернул Беренис именно в этот момент.
Вспомнив смеющийся голос, поздравлявший её с полученным шансом, Беренис тихо покачала головой, отгоняя тяжёлые мысли, подошла ближе к гробу и взяла Блэдина за руку.
Рука, что в памяти всегда была тёплой, теперь была холодной и окоченевшей.
— Брат… Блэдин, я клянусь…
Голос её звучал низко и твёрдо.
Было ли это началом?
Словно требуя плату за возвращение, блестящие тёмно-синие волосы Беренис начали медленно седеть, начиная с кончиков.
Люди, ставшие свидетелями невероятного зрелища, ахали и перешёптывались, но Беренис никого не слушала, сосредоточившись только на том, что должна была сделать прямо сейчас.
— Я защищу твою честь. Я не позволю больше никому причинить боль нашей семье. Я не дам нашему дому снова сгореть.
Половина её длинных волос уже побелела.
Родные, наблюдающие за ней, в ужасе закричали, зовя её по имени, и бросились к ней.
Слегка повернув голову на их голоса и ещё раз окинув взглядом свою любимую семью, Беренис сильнее сжала руку Блэдина и произнесла последние слова, которые она так хотела ему сказать:
— Я защищу нас.
Волосы, побелевшие до самых корней, и бледное лицо.
Лишившись сил, Беренис опустилась на пол, прислонившись головой к холодному гробу, и тяжело задышала.
— Беренис!
— Ниа!
Я в порядке.
Её губы пошевелились, но звука не последовало.
Несмотря на то, что она была на грани потери сознания, Беренис всё ещё держала руку брата.
— Позовите лекаря!
— Дитя, очнись!
— Беренис, прошу!
Широкие объятия отца, подхватившие её обессиленное тело, были тёплыми. Ладони матери, которая гладила её по лицу и жалобно звала, были нежными. Она чувствовала силу в руках брата-близнеца, который, не в силах оторвать её пальцы от пальцев Блэдина, держал её за плечи.
Это и был её шанс.
— Я... просто немного... отдохну...
Собрав последние силы, Беренис улыбнулась родным сквозь сгущающуюся тьму и закрыла глаза.