Глава 52

Охваченная странным чувством, которому невозможно было найти словесное объяснение, Талия смотрела на приближающиеся ворота замка.

Совсем скоро она освободится от этой невыносимой боли.

Не то что эти шарлатаны, которые только и делали, что выслуживались перед Гаретом, — придворные маги императрицы вернут её прежний, безупречный облик.

Она с усилием облизала пересохшие губы и осторожно опустила взгляд на себя.

Тело, обтянутое тонким кремовым платьем, даже из вежливости нельзя было назвать красивым.

Грубые очертания толстых бинтов, обмотанных от бедра до лодыжки, уродливо проступали сквозь тонкую юбку, ожоги на ладонях хоть и были залечены магией, но ногти всё ещё оставались чёрно-синими, покрытыми кровавыми пятнами.

Из-за почти полного отказа от еды за время пути девушка заметно исхудала — и это лишь усиливало жалкое впечатление.

Внезапно её охватила тревога.

Не станут ли все смеяться над этим зрелищем?

Вспомнив, как служанки хихикали, называя её страдания заслуженной карой, она почувствовала, как по спине пробежал холодный пот.

Талия резко задёрнула занавеску на окне. Если бы она сейчас увидела, как кто-то тычет в неё пальцем и шепчет о «божьей каре», это свело бы её с ума.

Она потянулась к спутанному льняному покрывалу и с головой накрылась им.

Вскоре послышались звуки проверки у ворот — карета въезжала в замок.

Приподняв голову из-под одеяла, Талия услышала топот копыт, команды пехотинцев и медленную, зловещую мелодию траурного марша — всё смешалось с гулом толпы.

Когда-то они покидали столицу с высоко поднятой головой, а теперь возвращались, везя с собой десятки трупов.

Голоса потрясённых горожан пробивались сквозь стук колёс. Талия заткнула уши.

Неизвестно, сколько времени прошло, но карета, медленно двигавшаяся по булыжникам, наконец остановилась.

Вокруг стало особенно шумно — казалось, вся дворцовая прислуга выбежала встречать процессию.

Талия съёжилась в углу кареты и затаилась, дожидаясь, когда всё утихнет.

Пока Гарет и Айла не пройдут церемонию представления императору, и она не выйдет.

Ей не хотелось показывать свой жалкий вид их приспешникам.

Потирая онемевшие ноги, она затаила дыхание.

И вдруг без предупреждения дверь распахнулась, и в карету ворвалась тень, заслонившая свет.

Талия вскинула голову… и в изумлении распахнула глаза, увидев знакомый силуэт, стоящий на фоне солнца.

На шаткой подножке появилась няня — она ринулась к ней и стиснула в объятиях своими пухлыми руками.

— Ах ты, моя бедная деточка… Как же так получилось…

Её большие ладони ласково обхватили лицо Талии, и она внимательно осмотрела его, а затем заплакала крупными, как куриные яйца, слезами.

— Что ж ты так исхудала… Мало того, что ранена — теперь ещё и лицо стало вдвое меньше...

Талия всё ещё молча смотрела на неё снизу вверх… а потом резко сжала её шею в объятиях.

Она вцепилась в неё, как зверёныш в мать. Уткнувшись в её пышную грудь, она почувствовала, как няня гладит её по спине.

Эти материнские прикосновения прорвали плотину — слёзы хлынули сами.

Она прижалась к ней и безудержно зарыдала.

— Няня мне… так больно. Настолько больно, что кажется — я умираю…

— Всё хорошо. Госпожа Сеневьер обязательно вылечит тебя, милая.

Она аккуратно вытерла слёзы с её щёк и кивнула в сторону выхода из кареты. Талия вздрогнула, заметив там незнакомца.

Мужчина в белых одеждах, скрывавших фигуру и лицо, смотрел на неё холодными серыми глазами с золотистой каймой.

В его взгляде, как будто он рассматривал вещь на рынке, было что-то до отвращения отстранённое. Талия, не задумываясь, прижалась к няне, и та мягко похлопала её по спине:

— Как только госпожа Сеневьер узнала, что вы ранены, она немедленно вызвала магов дома Таленов. Эти люди вернут вас в прежнее состояние.

С этими словами она решительно убрала руку принцессы и отступила, давая магам пройти внутрь.

Талия попятилась от приближающейся тени — настороженность, ставшая уже привычкой, снова взяла вверх.

— Я… Я сама дойду до покоев императрицы. Просто отойдите.

— Этими ногами?

Худощавый мужчина, уже наклонившийся к ней, склонил голову набок. От унижения Талия залилась краской.

— Я вполне способна дойти до дворца!

Его глаза прищурились поверх вуали.

Что-то в этом взгляде вызвало у неё неприятный холодок.

Он как будто задумался… и вдруг без предупреждения протянул руку и резко схватил её за ногу.

От боли, вспыхнувшей, как белый свет перед глазами, Талия закричала и дёрнулась, стараясь вырваться.

Он с такой силой сжал раненую ногу, что бинты тут же пропитались кровью.

— Если вы попытаетесь идти с такими ногами, кости раздробятся, и страдать придётся нам. Не упрямьтесь.

Талия уставилась на него в шоке. Мужчина, убравший руку с её ноги, кивнул другому, стоявшему напротив него:

— Перенеси.

Тот сразу же наклонился, просунув руку под её спину. По телу Талии пробежали мурашки, будто её коснулась змея. Она резко дёрнулась, отшатнулась и замахнулась рукой:

— Не смей прикасаться ко мне!

Мужчина, получив удар по подбородку, пробормотал нечто на грубом, резком языке. Услышав его, Талия напряглась. Это был язык эльфов.

Под капюшоном виднелись ненормально длинные уши, мелово-белая кожа, серебристые волосы с голубоватым отливом. Не полукровка. Чистокровный эльф.

Зная, насколько бесчеловечны эти существа, Талия почувствовала леденящий ужас.

Они что-то обсудили между собой на своём языке, а потом схватили её с двух сторон за руки. Талия открыла рот, чтобы закричать, но в тот момент чья-то холодная и влажная рука накрыла её глаза — и всё тело обмякло. Будто мышцы и кости в один миг расплавились и вытекли наружу.

— Заставляете меня впустую тратить ману, — пробормотал мужчина, отнимая руку от её лица.

Талия уставилась на него, глаза расширились, зрачки дрожали. Хотела закричать, спросить, что он вытворяет, но из горла вырвался лишь хриплый сдавленный звук.

Мужчина выпрямился, бросил приказ второму эльфу:

— Теперь она не сможет двигаться. Отнеси её в лечебницу.

Тот, кого она ударила, тут же подчинился. Её подняли как мешок с тряпками. Талия бросила умоляющий взгляд на няню, но та, как всегда, осталась равнодушна к её страху.

— Потерпите чуть-чуть. Всё будет хорошо, — прошептала она, смахнув слезу рукавом и ловко спрыгнув с кареты.

Мужчина, нёсший Талию, последовал за ней.

Девушка зажмурилась, когда резкий солнечный свет ударил в глаза. Проморгавшись, она увидела, как воины из дворца императрицы окружили карету. Талия нервно осматривала их скрытые под вуалями лица, когда вдруг заметила среди толпы встревоженного рыцаря.

Он бросился к ней, но маг преградил путь:

— Твоя служба окончена. Теперь принцессу передаём во дворец. Отойди.

— Но я её стражник! Я обязан…

— Принцесса в таком состоянии из-за тебя. Так что на статус можешь больше не рассчитывать.

Рыцарь сжал губы и отступил. Маг, раздражённо цокнув языком, оттолкнул его одной рукой и направился через хаотичный двор, где стояли повозки с телами погибших.

Талия в панике огляделась — и заметила у входа во дворец отряд рыцарей. Вскоре среди них она увидела знакомые волосы пепельного цвета.

Она почти позвала его имя — но в последний момент прикусила язык.

Баркас никогда не заступится за меня.

Честно говоря, она и сама не понимала, почему искала в нём спасения. Он ведь не был ни другом, ни союзником.

Но… ведь эти маги прибыли по приказу Сеневьер. Они не причинят зла. Правда?

Она пыталась унять накатившую панику, но в тот момент эльф, державший её на руках, направился прямо к Баркасу.

Талия напряглась, увидев, как его лицо приближается.