/
Акт 1. Эта любовь подобна проклятию
59 из 246
— Похоже, придворные маги снова купили чудовище, — вздохнула главная служанка, тихо следовавшая за ней.
Талия, словно под действием неведомой силы, подошла ближе. Существо, окутанное чёрными крыльями, подняло голову.
Талия вздрогнула, её плечи непроизвольно сжались.
На покрытом густыми тёмно-коричневыми перьями теле гигантской птицы покоилась голова женщины. Но это было не лицо живого человека — скорее, будто его сшили из частей мёртвого тела.
Она тупо уставилась вниз, на бледном лице проступали синеватые жилы. И в этот момент у самого уха раздался мерзкий, пахнущий тухлой рыбой голос:
— Узнаёшь родственную душу?
Талия резко обернулась.
Гарет, одетый в алый дублет, стоял прямо за её спиной. Он лениво продолжил, с кривой усмешкой на губах:
— Тело чудовища с лицом женщины… Никого не напоминает?
Прищуренные глаза скользнули по её фигуре и остановились на скрытых под подолом ногах.
Улыбка её единокровного брата стала ещё язвительнее.
— Говорят, у тебя остались ужасные шрамы… Но, по крайней мере, в отличие от этого монстра, ты можешь прикрыть своё тело. Повезло.
В следующую секунду горькая, как желчь, жидкость подступила к горлу.
Талия развернулась и со всей силы ударила его высочество наследного принца по щеке.
Тут же раздался хриплый визг, будто режут свинью. Это за ней, как тень, ходила служанка — наверняка она и захрипела, подавившись воздухом. Краем глаза Талия увидела, как та валится назад.
Но ей было плевать. Талия своими всё ещё синеватыми ногтями провела по смуглому лицу брата.
С четырёх алых полос, идущих от виска до подбородка, начала сочиться кровь. Но рана оказалась не такой глубокой, как ей хотелось.
Она снова замахнулась, но подбежавшие рыцари схватили её с обеих сторон.
Талия извивалась, словно загнанный зверь, попавший в капкан. Но вырваться было невозможно.
От бессилия из глаз брызнули слёзы. Она злобно уставилась на своего единокровного брата, глаза налились кровью.
Сильное телосложение. Совершенное тело.
Нет. Больше не совершенное.
Она увидела, как по его лицу струится кровь — и рассмеялась.
— Повтори это ещё раз. Я изуродую твою физиономию так, что ты больше никогда не сможешь смеяться. Мне больше нечего терять. А значит, и бояться нечего.
Гарет, всё ещё держащийся за щёку, ошарашенно смотрел на неё, а затем его лицо перекосилось от ярости.
Грубая рука резко рванула её за волосы. Он схватил косу, которую ей заплетали несколько часов, и потянул так, будто хотел сломать ей шею.
— Ты… Ты, ничтожество, посмела прикоснуться к моему лицу?
Его лицо, забрызганное кровью, покраснело до нелепости.
Талия только громче расхохоталась.
Разум покидал его глаза.
Он сжал её лицо другой рукой так, что казалось, кости вот-вот треснут. Но даже сквозь головную боль, будто череп трескается изнутри, Талия не переставала смеяться.
И вдруг сильная рука грубо влезла между ними и оттащила Гарета от неё.
Талия тут же осела на пол.
Как только давление на череп исчезло, её затуманенное зрение прояснилось, и перед глазами встал знакомый силуэт.
Моргнув, она вскочила, с силой выпрямляя спину.
Сердце бешено колотилось, будто разрывая барабанные перепонки.
Трясущимися руками она поспешно натянула подол до самых ступней. И тут рядом раздался сдержанный голос:
— А, ну конечно. Ты должен был появиться.
Гарет рывком стряхнул с себя руку, державшую его за запястье, и стиснул зубы.
В его тёмно-зелёных глазах пылал адский огонь.
— Ты предашь нас из-за этой дряни?!
— ...Его величество приказал мне доставить её высочество.
— У тебя всегда одни и те же отговорки…!
— Ответ на ваш вопрос я дам после аудиенции с его величеством.
На эти непонятные слова Баркаса лицо Гарета, уже испачканное кровью, перекосилось от ярости.
Раздался жуткий скрежет стиснутых зубов.
Гарет, так сильно стиснув зубы, что казалось, у него вот-вот сломается челюсть, вцепился в плечо будущего герцога и зарычал:
— Хорошо. Посмотрим, какой ответ ты дашь. Я буду ждать.
С этими словами он, расталкивая собравшуюся толпу, вышел прочь.
Баркас, некоторое время провожавший его взглядом, опустил глаза на Талию. Девушка почувствовала, как по всему телу пробежал озноб.
В этих бездонных глазах, всегда заставлявших её чувствовать себя ничтожно маленькой, теперь отражалось её жалкое отражение. Казалось, этот взгляд разрывает её на части.
Судорожно упираясь дрожащими руками в пол, она с трудом поднялась на подкашивающиеся ноги — и в этот момент ощутила, как твёрдая рука поддержала её за спину.
Она дёрнулась и оттолкнула приблизившегося вплотную Баркаса.
— Н-не надо…!
Но это слабое сопротивление было полностью проигнорировано.
Баркас, просунув руку ей под колени, легко поднял её на руки.
Сдержав вскрик, Талия судорожно натянула подол платья, боясь, что оголятся ноги. Даже убедившись, что длинная юбка закрывает её до самых щиколоток, чувство тревоги не исчезло.
Она вцепилась в край платья и прошептала прерывающимся голосом:
— Я… я сама дойду. Поставь меня.
Баркас не ответил.
Талия сглотнула. Его молчание давило, словно удавка на шее.
— Я сказала, поставь меня!
Когда она повысила голос, она почувствовала, как руки, державшие её, слегка напряглись.
Подняв голову, Талия заметила, что он что-то сдерживает, и замолчала.
Баркас, не отрывая взгляда от дороги перед собой, заговорил приглушённым голосом:
— Вряд ли вы хотите привлечь к себе ещё больше внимания. Если немного потерпите, избежите унижения, когда все эти люди будут наблюдать, как вы едва держитесь на ногах.
Талия тупо уставилась ему в лицо, затем перевела взгляд по сторонам.
Повсюду были глаза — десятки глаз, расширенных от шока и ужаса.
Она опустила голову, будто пытаясь спрятаться от их взглядов.
Над самой макушкой прозвучал сдержанный вздох. Глаза снова предательски заволокло слезами, и Талия стиснула зубы.
— Потерпите ещё немного, — тихо прошептал Баркас и ускорил шаг.
Наконец перед ними выросли огромные двери, ведущие в зал аудиенций императора.
Главный камергер, стоявший у входа, остолбенел, увидев, как Баркас несёт на руках вторую принцессу.
Не обращая внимания на его реакцию, Баркас чуть кивнул.
— Пришёл по велению его величества. Откройте.
Камергер в спешке распахнул двери, и в глаза ударил свет огромного зала с золотым троном на возвышении.
Талия подняла голову и посмотрела на трон.
На нём восседал мужчина с мощным телосложением, будто вылепленный самой властью. Он с выражением скуки просматривал пергамент.
Рядом с ним, тихо что-то шепча, сидела Сеневьер. Повернув голову набок, она посмотрела на Талию и изящно улыбнулась — её лицо, сияющее, словно жемчуг, было безупречно.
— Наконец-то ты пришла.
Лишь тогда взгляд императора упал на Талию.
Она облизнула пересохшие губы. Чувствовалось, как его мрачные глаза медленно скользят по её фигуре, пробирая до костей. Не в силах больше терпеть этот стыд, Талия дёрнулась, забилась в руках Баркаса.
— Поставь меня. Сейчас же.
Но тот не ответил, а твёрдым шагом приблизился к трону.
Она в смятении посмотрела на него. Не понимала, почему он так поступает.
Он ведь жених Айлы. Как он может так вести себя на глазах у императора?
Талия тревогой перевела взгляд на трон, в ушах раздался голос, полный укора:
— Мне говорили, что с ходьбой у тебя нет проблем…
Вздрогнув, Талия рефлекторно пробормотала оправдание:
— Я… я просто споткнулась по дороге, лорд Сиекан помог мне…
С этими словами она резко толкнула его в грудь. Баркас, застывший, как каменная статуя, наконец-то поставил её на землю.