Глава 77

Лукас скривился, будто проглотил что-то кислое.

С тех пор как дошли слухи о женитьбе Баркаса, сестра словно с ума сошла. Райна, всегда питавшая тайные надежды насчёт Баркаса и Айлы, в своей голове наспех слепила какой-то нелепый роман. И в этом вымышленном сюжете Талия Роэм Гирта играла роль редкостной злодейки, которая разлучила влюблённых.

Глаза Райны сверкнули тем же упрямым огнём, что и тогда, когда она впервые увязалась за конными воинами на охоту за мантикорой.

— Ещё посмотрим! — бросила она. — Я сама заставлю эту женщину убраться отсюда! Мы спасём брата от ведьмы из дома Таленов!

Интересно, что за дурь у неё в голове, если Баркас Раэдго Сиекан вдруг показался ей беднягой, которого нужно спасать? Иногда ему хотелось вскрыть ей череп и посмотреть, что там внутри.

Он молча поднял со спинки стула накидку.

— Ну-ну, старайся, — бросил он.

— Вот, значит, как? Хочешь смыться и бросить меня одну?

— Ты разве не видела, как брат закутал её с головой? Мне не хочется попасть в немилость будущего герцога из-за какой-нибудь глупости.

— Всё это её коварные уловки! — яростно выплюнула Райна. — Ты что, не слышал? Говорят, женщины рода Тален умеют колдовством вытягивать из мужчин душу!

У Райны едва ли не шла пена изо рта.

— Наверняка прикинулась бедной и слабой, чтобы вызвать жалость! Брат просто не смог пройти мимо!

Лукас только головой покачал. В таком состоянии с ней разговаривать бесполезно.

Он тяжело вздохнул, развернулся к двери, но сестра снова заорала:

— Ты куда?!

— Кататься на лошади! — бросил он. — Надо проветриться, а то здесь дышать нечем.

— Ты с ума сошёл?! Забыл, что скоро приём в честь возвращения брата?

Но он даже не оглянулся и вышел.

В центральном холле суетились слуги, перетаскивая багаж.

Рабочие с бледными лицами, явно из центральных провинций, переносили массивные ящики в дальний конец зала, а слуги замка Раэдго аккуратно вскрывали их и составляли описи.

Один только взгляд на содержимое заставлял глаза расширяться.

«Похоже, слухи о её расточительности не врут».

Пробежавшись глазами по одежде и драгоценностям, которыми были набиты сундуки, Лукас прошёл дальше на улицу через заднюю дверь.

Он было направился прямо к конюшне, но тут заметил на тренировочном плаце людей — это были копейщики Вольфрам, сопровождавшие Баркаса.

Узнав знакомое лицо, Лукас свернул к ним.

— Тайрон!

Мужчина, потягивающий вино и одетый только в свободную тунку, оглянулся на него через плечо.

— Ах, второй молодой господин, — протянул он своим привычным ленивым тоном, вытирая губы. — Как поживаете?

— Скучно до смерти, — буркнул Лукас, плюхнувшись на ступеньки у тренировочного плаца. Он выхватил у Тайрона бутылку и осушил её одним глотком.

— Что в столице?

— Как и ожидалось, всё вверх дном, — спокойно ответил воин, даже бровью не повёл на фамильярность Лукаса. — После этого дела взволновались и маркиз Ористейн, и почти все консерваторы. Сэр Сиекан изрядно потрудился, чтобы их успокоить.

— А первая принцесса? Наследный принц?

— Принцессу я даже не видел. Говорят, она не выходит из покоев. И немудрено — её отвергли накануне свадьбы... Пока новый жених не найдётся, она вряд ли покажется на людях. А наследный принц...

Тайрон нахмурился, сцепил руки на груди, подбирая слова.

— Хотя он был очень зол, он на удивление спокойно воспринял ситуацию. Видимо, решил, что лучше притвориться, будто он поддерживает это брачное соглашение, чтобы сохранить союз с Сиекан. Для него так выгоднее.

Лукас приподнял бровь.

— Неожиданно. Я думал, он кинется на Восток с войной, чтобы отомстить за сестру. Ходят же слухи, что ради первой принцессы он готов на всё.

Когда мальчик нахмурился, вспоминая суровое лицо наследного принца, которого повстречал в столице несколько лет назад, Тайрон рассмеялся.

— Перед властью даже свинья будет перебирать счёты, — усмехнулся он. — Да, говорят, наследный принц души не чает в своей сестре, но разве она дороже ему трона? Похоже, он куда больше тревожится не за унижение первой принцессы, а за то, что может лишиться опоры среди знати.

Лукас нахмурился.

Хотя он и сам несколько лет учился в академии столицы, с ценностями местных дворян до сих пор примириться не мог.

На Востоке родственные узы всегда ставили выше всего.

Да, Райна его порой раздражала, но случись с ней подобное, они бы без колебаний пошли на войну, чтобы смыть позор.

Он вдруг почувствовал жалость к первой принцессе. Преданная не только женихом, но и родным братом...

Может, Райна права? Женщины с кровью Тален действительно обладают той опасной магией, что способна размыть границы верности в мужских сердцах?

Он вспомнил тёмно-синие глаза, скрытые под капюшоном. Глаза, словно живые самоцветы, мерцали приглушённым светом. Нет, даже лучший лазурит не мог бы сравниться с их глубиной.

Попытка сдёрнуть капюшон была чисто инстинктивной — в тот миг, когда их взгляды встретились, его рука двинулась сама собой.

Он негромко спросил:

— А как тебе вторая принцесса? Что за человек?

На лице Тайрона пролегли глубокие складки. Он задумался, прежде чем ответить:

— Лично говорил с ней всего раз, так что утверждать не могу. Но... как и поговаривают, характер у неё непростой.

— Хуже, чем у Райны?

— Ну, не думаю, что кто-то способен переплюнуть госпожу, — усмехнулся он.

Но в уголках глаз всё же залегли лёгкие морщины — похоже, в своих словах он не был до конца уверен.

Лукас почувствовал, как любопытство разгорается ещё сильнее. Что это за женщина, если даже такой изворотливый тип, как Тайрон, морщится при одном воспоминании?

— А внешность? Действительно так красива?

Вопрос сорвался сам собой. Тайрон, потянувшийся было за бутылкой, замер и искоса посмотрел на него, будто о чём-то размышляя.

У Лукаса неприятно кольнуло под ложечкой. Он, стараясь скрыть неловкость, стал шкрябать каблуком по земле.

Тайрон, помедлив, залпом допил остатки вина и небрежно бросил:

— Достаточно, чтобы стать проблемой, — и, немного подумав, с загадочной миной добавил. — Потому лорд Сиекан и прячет её от всех подальше, верно?

* * *

Когда она открыла глаза, вокруг уже сгущалась глубокая ночь.

Талия, тяжело дыша, сжала горло рукой — казалось, чьи-то невидимые пальцы сжимают её шею.

Пытаясь избавиться от этого ощущения, она провела ногтями по коже, затем вслепую нащупала шнурок у изголовья кровати и резко дёрнула.

Вскоре раздался скрип двери.

Талия медленно повернула голову. Узнав знакомый силуэт, она, не успев осознать это разумом, ощутила, как тело расслабилось, словно оно первым узнало его.

— Судорога в ноге? — наклонившись над кроватью, спросил Баркас, зажёгший светильник у изголовья.

Талия тяжело вздохнула и покачала головой:

— Просто... захотелось пить. Хотела позвать служанку.

Его взгляд сузился. Похоже, он ей не поверил.

Баркас коснулся ладонью её лба, проверяя жар, а затем коротко распорядился опоздавшим служанкам:

— Принесите лекарство от целителя.

После чего сам налил ей воды и протянул сосуд. Такое бесцеремонное игнорирование её слов на мгновение вызвало раздражение, но она, всё же тронутая тем, как он спешил к ней, молча взяла чашу.

Один глоток холодной воды — и туман в голове слегка рассеялся.

Талия поставила чашу и медленно оглядела его ясным взглядом.

Баркас поверх облегающей туники накинул широкую накидку — такую, какие носили мужчины в этих краях.

Незнакомый наряд невольно взволновал её.

Она исподтишка взглянула на очертания его груди, чётко проступавшие между распахнутыми полами одежды, и тут же опустила глаза, нахмурившись.

— Что это на тебе за наряд? Странный какой-то.

— …Это традиционная одежда Востока.

— Больше такое не надевай. Тебе не идёт.

Хотя на самом деле шло чертовски хорошо.

Мужчина, обычно одетый строго, в этом свободном наряде выглядел неожиданно раскованным. Его обычно сдержанный вид теперь казался вызывающим. И именно это её раздражало.

Она с нажимом произнесла:

— Выглядит крайне непристойно. Если будешь так ходить, вассалы перестанут тебя уважать. Так что не надевай больше.

Баркас молча смотрел на её лицо, а затем медленно кивнул:

— Понял.