/
Том 1
75 из 184
После этого я обыскала весь особняк, разыскивая Ру.
Сколько я ни смотрела по сторонам, не было видно и намёка на него, будто растворился в воздухе, исчез, не оставив ни звука, ни тени.
— М-мисс Дейзи, что вы делаете! Вам нужно отдыхать!
Я получила строгий нагоняй от Рены.
— Рена, ты не видела мистера Ру?
— Что? К-каллепу?..
Она, похоже, понятия не имела, поэтому я решила спросить у Маликопса, который спокойно пил чай в гостиной.
— Дедуля, а где мистер Ру? Его нет дома. Он вышел за продуктами?
Или… неужели бросил меня и вернулся в Вэзервуд один?
Нет, Ру не настолько бессердечный… хотя — он ведь Ру. Мог бы и так поступить.
— Он уехал.
Значит, правда уехал!
— Если искренне хочешь — вспомни.
Вот так сказал и первым делом сбежал? Что это значит? Просто подшутил надо мной?
— Когда он уехал в Вэзервуд?
— Не в Вэзервуд, а в Роке. И, вероятно, больше не вернётся.
...Роке?
«Не вернётся?»
В это с трудом верилось. Ситуация абсолютно не соответствовала тому, чтобы он вот так внезапно исчез.
Проглотив лекарство, которое принесла запыхавшаяся Рена, я села напротив Маликопса.
— Почему он уехал в Роке? Там что-то случилось?
— Этого я не знаю. Я не смею спрашивать его о причинах.
Вот ведь робкий старикашка.
— А почему вы так уверены, что он не вернётся?
— Он оставил тебя мне на попечение и сказал позаботиться о Вэзервуде. А раз он забрал с собой того убийцу, что проник в дом, значит, хотел использовать его как подручного на пути в Роке. Он не вернётся. Атмосфера была такой, и это точно.
Если даже Маликопс, верующий Роке, так уверен…
Я медленно открыла и закрыла глаза.
«Почему?»
Что заставило его уйти так внезапно?
Или это просто его непредсказуемая натура?
От того, что я сразу после пробуждения металась по дому, голова немного кружилась. Я решила остановиться и спокойно всё обдумать.
«Ру… тот самый маг, что когда-то дал мне жизнь Андерта».
Но из-за клятвы «забыть этот момент» я полностью забыла об этом.
Поразительно, но за прошедшие четырнадцать лет я ни разу не ощутила странности этой клятвы. Настолько сильной она была.
«Тогда почему сейчас действие клятвы вдруг рассеялось?»
Я взглянула на внутреннюю сторону руки.
След от клятвы с Ру оставался отчётливым — знак, что она всё ещё работает.
Я не маг, и толковать подобные исключения не умею.
Но, может, Маликопс знает?
— Дедушка, а если, скажем, клятва… сломалась? То есть, клятва, которую давно заключили, перестала действовать, такое возможно?
— Речь идёт о тебе, да?
Как он догадался?
— Эм, да.
— Обычно такое невозможно. Клятва — высшая из всех магий, она стоит над любой другой. Абсолютная. Однако в твоём случае может быть иначе, ведь твоя душа треснута.
Я ахнула. Откуда он знает, что моя душа повреждена?
Забавно, что Рена удивилась даже больше, чем я, непосредственная участница.
— Хо-хозяин! Такие вещи нельзя… т-так внезапно…
— Всё в порядке, Рена. Судя по её лицу, мисс Дейзи и так это знала. Верно?
Что? Рена тоже в курсе? И с каких это пор все обсуждают мои тайны?
— То есть вы хотите сказать, дедуля, что из-за того, что моя душа треснута, клятва не действует как положено?
Маликопс на миг задумался, потом решительно повернулся ко мне.
— Это долгая история. Рена, принеси для мисс Дейзи горячий чай и что-нибудь перекусить.
— Д-да!
То, что Маликопс рассказал, подливая чай, оказалось невероятным.
Значение второго уровня единства души и тела.
Телесные раны, которые не исцеляются из-за треснувшей души.
Цели, которых желала достичь армия Мефисто.
Но вот с одним я никак не могла согласиться.
«Он думает, что я была пленницей армии Мефисто и подвергалась экспериментам. Он совершенно неправильно понимает, как была разбита моя душа».
Причину, по которой моя душа разбита. Я ясно осознавала её с самого момента моего возвращения из смерти.
Да, смерть.
Я умерла и была возвращена.
В бою с Мефисто мы уничтожили друг друга, и именно смерть стала источником трещины моей души.
Оглядываясь назад, кажется, что моё проникновение в замок Мефисто ценой невероятных усилий было своего рода инстинктом.
«Ибо магия превращения поддерживалась ценой моей жизни. Десяти лет было более чем достаточно, чтобы полностью исчерпать её».
Любой ценой завершить месть до того, как жизнь полностью иссякнет.
Это было весьма похоже на меня.
«А значит, восстановление души произошло позже, после того, как неведомая сила воскресила меня. Мне нужно понять, что это была за сила».
— Скажи, что хочешь жить.
— Актриса? Если уж на то пошло, мисс Дейзи должна быть более искренней, чем они.
Теперь я начала понимать, что имел в виду Ру.
Он хотел, чтобы я жила.
Наверное, именно ради этого он пробудил во мне воспоминания четырнадцатилетней давности. Если так, то его уход кажется ещё более загадочным.
«Может, Ру вовсе не ушёл…»
…а зовёт меня?
В загадочную землю Роке.
Зовёт — «приходи».
— Кстати, где дневник Диана Кехта?
— Каллепа забрал его. Не волнуйся.
Что значит «не волнуйся»?
Я с таким трудом достала его, а какой-то тип просто забрал?
Теперь, чтобы вернуть дневник, мне придётся самой искать путь в Роке.
Негодяй. Ворюга.
— Ах да, я сообщил экономке Вэзервуд о твоём состоянии. Сказал, что ты сильно пострадала, помогая мне, так что отдохни ещё день и тогда отправляйся.
— Х-хозяин, одного дня достаточно? Мисс Дейзи ведь тяжело ранена…
— Разве Каллепа не исцелил её? Одного дня вполне хватит. Это сила бога. Сила бога.
Исцелил?
«Постой… ведь плечо почти зажило».
Даже если использовать целительную магию, невозможно полностью исцелить сквозное ранение за один день.
«...Неужели он использовал свою продолжительность жизни?»
Поскольку ни в чём нельзя быть уверенным, всё раздражает. В тот день я не спала всю ночь, думая о будущем.
Не потому что рядом не было Ру.
Совсем нет. Совсем-совсем нет.
На следующее утро, закончив завтрак, я сразу же стала собираться домой.
Я решила пока не спрашивать о глазе Диана Кехта, который хранился в особняке Вэзервуд. Меня беспокоила клятва, которой я обменялась с экономкой.
Пока я собирала вещи, Маликопс, делая вид, что просто бродит рядом, завёл разговор.
— Так ты не собираешься бросать работу горничной?
— Нет.
— Хм. Ну… так вот. Поскольку теперь здесь небезопасно, как только мы отправим тебя в Вэзервуд, мы тоже начнём готовиться к переезду в Мидвинтри. Поселимся, скорее всего, неподалёку от поместья.
В этом был смысл — после того, как мы сорвали планы Святого Меча и даже украли дневник, им лучше было исчезнуть.
Хотя дневник опять умыкнули другие…
«Но как же я доберусь до Роке?»
Мне придётся ехать туда лично, чтобы вернуть дневник.
— Если мисс Дейзи не возражает, я хотел бы, чтобы вы учились работать со мной вместе с Реной. Работа горничной тяжёлая и плохо оплачиваемая. А у меня можно освоить редкое перспективное ремесло…
— Дедушка, Роке далеко отсюда?
— Ты же вообще меня не слушаешь.
Маликопс тяжело вздохнул и похлопал меня по спине.
— Понимаю твоё разочарование, но лучше забудь о Каллепе. Он просто такой человек. Считайте его мимолётной встречей.
Не хочу.
Приняв просветлённый вид, он хотел уже закончить разговор, но я буквально вытрясла из него десятки сведений о Роке.
Может, потому что я однажды спасла ему жизнь, Маликопс был удивительно любезен. Ну и совесть, конечно, у него имелась.
Когда я уже прощалась и выходила из особняка, Рена, пришедшая проводить меня, тащила в руках целую гору вещей.
— Что это всё?
— Э-это вещи, которые хозяин велел вам отдать! Вот коробка для драгоценностей, вот сумка с кремами и маслами для рук, чтобы кожа не грубела от работы, а тут носовые платки и…
Необычайная щедрость. Он явно что-то замышляет.
Но отказываться глупо, так что я всё приняла. Повезло.
— А это… — Рена вынула из кармана письмо, — хозяин сказал, что это ответ на вопросы, которые могут вас волновать. Там есть опасная информация, поэтому, пожалуйста, когда прочтёте, обязательно сожгите. Хорошо?
Опасная информация?
«Интересно…»
Повезло вдвойне.
— Спасибо.
— До свидания! Берегите себя! И обязательно ешьте что-нибудь полезное!
Я, оставив за спиной бодрое прощание Рены, поднялась в экипаж.
Пункт назначения — станция Вествинтри.
«…Мы приехали вдвоём, а возвращаюсь одна».
Я думала, что одиночество мне привычно, но сегодня почему-то немного грустно.
Ру и Гаррош.
Я поехала в Вествинтри налегке, а возвращаюсь с кучей новых проблем.
Жизнь горничной, как всегда, нелегка.