/
Том 1
24 из 180
Она шла на цыпочках по коридору, стараясь не шуметь.
Лицо Рейчел было полно напряжения. Побелевшие руки не переставали теребить узелок, спрятанный за пазухой.
«Было бы хорошо, если бы у меня был подарок получше…»
Но что особенного могло быть в скромном багаже бедной домашней учительницы? Да и выйти за пределы особняка ради покупки подарка она тоже не могла.
Рейчел с трудом сглотнула и остановилась перед нужной дверью. Это была не что иное, как личная библиотека Алана Отиса.
Место, куда она и подумать не могла зайти за время своей работы в этом доме. Напряжение поднималось, словно прилив, и давило на затылок.
Но выхода не было. Сегодня здесь она должна была сделать то, что откладывать нельзя.
После слов поддержки Роджерса, которые она услышала накануне, Рейчел решила двигаться вперёд. И в голове всплыли два человека: первой была, разумеется, её мать, а вторым — Алан Отис.
С матерью она пока не решалась заговорить, смелости не хватало. Но это ничего, ведь они всё равно будут вместе.
А вот с Аланом иначе. Через год они больше никогда не увидятся. Поэтому благодарность и извинения нужно было передать ему как можно скорее.
Пока не остыл её решительный настрой, пока не стёрлись из памяти тот день и чувство вины.
Она посмотрела на двустворчатую дверь цвета красного дерева. За последний месяц она заметила, что Алан почти целыми днями запирается у себя в библиотеке. Наверняка и сейчас он там.
Она глубоко вдохнула и подняла руку, чтобы постучать. И вдруг…
— Ах!
Дверь резко распахнулась, прежде чем она успела опомниться. Рейчел поспешно отскочила в сторону. В воздух вырвался резкий запах лекарств, а в дверном проёме показалось бледное, тонкое лицо, всё ещё хранящее подростковые черты.
— …Что?
Глаза Алана, сначала удивлённо распахнутые, тут же сузились, придав взгляду привычную колкость. Рейчел неловко улыбнулась и быстро окинула его взглядом.
Сегодня на нём была рубашка со стоячим воротником и сверху серовато-синий свитер. Всё это удивительно шло к его голубым глазам.
«Настроение…»
Неясно. Выражение лица было таким же нахмуренным, как всегда.
Но лицо выглядело ещё бледнее, чем обычно, а под глазами залегли тёмные круги. Похоже, он несколько дней толком не спал.
Ей очень хотелось спросить о здоровье. Но нельзя. Если опять проявит излишнюю заботу, он больше и разговаривать с ней не станет.
Собравшись с духом, Рейчел выпрямилась и осторожно шагнула вперёд.
— Здравствуйте, мистер Отис. Можно на минутку? Я пришла кое-что сказать.
— Ещё лекарства нужны? Там в комнате полным-полно, сама возьми.
С явным раздражением он кивнул на дверь сбоку. Ту самую, куда приводил её, когда она была в бреду.
Рейчел покачала головой.
— Нет, не в этом дело. Я хотела извиниться.
— …Извиниться?
— В прошлый раз я позволила себе лишнее. Поддалась чувствам и наговорила дерзостей. Простите меня.
Она искренне склонилась в поклоне. На макушке ощущался его взгляд. Спокойно продолжила:
— Простыми извинениями я не смогу загладить нанесённую обиду, но…
— Ради этого ты сюда пришла?
— Что?
Голос его звучал жёстко. Неужели она снова что-то не так сказала?
Рейчел поспешно подняла голову и встретилась с его глазами.
Её отражение дрожало в небесно-голубых зрачках, сияющих, словно готовое пролиться дождём небо.
— Ах…
Алан быстро отвёл взгляд, будто испугался собственной реакции.
— …Не нужно извинений. Я и так не придал значения. Если всё сказала, уходи.
Он попытался закрыть дверь, но Рейчел в спешке сунула ногу в проём.
Дверь остановилась в последний миг, и Алан взвился, словно кошка, увидевшая огурец:
— С ума сошла?! Хочешь остаться без ноги?
— Я… я просто кое-что хотела вам отдать!
Боясь, что дверь всё же захлопнется, она поспешно развернула узелок.
Первым делом протянула два пузырька, те самые лекарства от простуды, что он ей дал.
— Спасибо за них. Немного осталось, но…
— Остатки оставь себе. У тебя ведь должны быть под рукой. Всё?
— Нет!
Почему он так спешит? Может, читал интересную книгу и не хотел отвлекаться? Если так, понять его можно.
Рейчел быстро вынула следующее.
— На самом деле я приготовила вот это. В знак благодарности. Это пустяк, но…
Алан с удивлением приподнял брови и нехотя взял вещи.
— Книга… и мешочек?
— Это ароматическая смесь с травами, такими как лаванда и мелисса. Запах помогает расслабиться и лучше спать. Повесьте возле кровати. А книга…
Она смущённо почесала щёку.
— Это сборник математических задач, которые я любила решать. Когда в голове сумятица, помогает успокоиться. А! Я решала всё в уме, так что страницы чистые, ответы в конце.
Оба предмета были с ней давно. Попурри она регулярно обновляла, поэтому запах был свежим, но выглядело всё это неброско, как-то неловко дарить такое.
Но это если хоть немного поможет развеять мрак в душе Алана Отиса… для неё это будет настоящим счастьем.
Алан какое-то время молча смотрел на вещи, потом поднёс попурри к лицу и вдохнул аромат. Его длинные ресницы дрогнули, словно золотые нити.
Он тихо вымолвил:
— …Не пахнет розами.
— По секрету, я не очень люблю аромат роз. Ха-ха-ха.
— …Понятно.
Алан прикрыл глаза, словно наслаждаясь ароматом. Рейчел едва заметно раскрыла рот: пусть на мгновение, но на его лице промелькнула настоящая улыбка.
Скоро он снова сделался серьёзным и принялся листать книгу.
— Но разве эти вещи не важны для тебя?
— А? Ах… Ничего страшного. Я как раз хотела подарить их вам. Вы ведь так много для меня сделали.
— …Я помог?
В его голосе слышалось искреннее недоумение. Рейчел замахала руками.
— Конечно! И лекарствами, и вообще. Вы не раз меня выручали.
— …
— Вот почему я так хотела поблагодарить. Спасибо вам, мистер Отис.
Она поклонилась и снова взглянула на него. И тут в груди что-то дрогнуло.
Та же хмурая линия бровей, тот же резкий разрез глаз, тот же недовольный рот. Вроде ничего нового. Но почему-то сквозь эту привычную маску ей вдруг увиделся ребёнок, вот-вот готовый расплакаться.
Рейчел забыла о своём решении держаться сдержанно и в порыве воскликнула:
— Если вдруг вам понадобится помощь, пожалуйста, скажите мне!
— Что?
— Я сделаю всё возможное, чтобы поддержать вас.
Она почувствовала необыкновенное облегчение, словно выдернула пробку. Да, именно это она и хотела сказать. Пусть он знает: если будет тяжело — она протянет руку.
Алан заморгал, ошарашенно глядя на неё. Его пальцы крепче сжали книгу и попурри.
— …Ты…
Он не смог договорить. Несколько раз беззвучно шевельнул губами, потом резко сжал зубы, словно проглотил слова.
И наконец заговорил низким, тяжёлым голосом:
— Тогда… больше никогда не вмешивайся в мою жизнь.
— …Что?
Алан резко шагнул к ней. Его взгляд был настолько холоден, что сердце сжалось от боли. Рейчел невольно попятилась.
Длинные белые пальцы ткнули ей в плечо.
— Проживи этот год тихо, как мышь, и уезжай из этого особняка, как только контракт закончится.
С предельной холодностью он выговорил:
— Это единственное, чем ты можешь мне помочь.
С этими словами он решительно отвернулся. Дверь снова стала закрываться, и в этот раз Рейчел не успела её удержать.
Перед тем как створки сомкнулись, в коридор выскользнул тихий голос:
— И ещё… не слишком сближайся с Роджерсом.
Дверь с грохотом захлопнулась. Рейчел растерянно уставилась на неё. Постепенно дыхание восстановилось.
«Может, слова о помощи действительно были слишком дерзкими?..»
И всё же она не жалела. Пусть хотя бы раз в жизни Алан Отис вспомнит, что был человек, готовый поддержать его в отчаянии.
Она знала, какое это великое спасение — услышать такие слова на краю пропасти.
Она повернулась. Но подавленное настроение никуда не делось. Каждый шаг был тяжёл, будто она шла по грязи.
Вдруг впереди показалась дверь в комнату Роджерса. И только теперь до сознания ярко дошло последнее предупреждение Алана.
«Не слишком сближайся с Роджерсом».
Почему он сказал это?