/
Том 1
54 из 180
По волосам стекали капли воды.
Желе, покрывавшее тело — та странная, мягкая и вязкая субстанция, в которую превратился растаявший шеф-повар — было горячим, а ведро в руках — тяжёлым.
Это было ощущение, которое можно испытать, только если жив. Осознавая это, смакуя каждое мгновение, Рейчел и Алан долго ошеломлённо смотрели друг на друга.
Первым нарушил длительное молчание Алан.
— Т-только что… ты выругалась?
Лишь произнеся это, он понял, что в данной ситуации такие слова совсем неуместны.
В самом деле, чего он так изумился? «Сгинь» или «сукин сын» — по его меркам это и не ругательства вовсе, а почти нежная поглаживающая речь.
Но Рейчел, похоже, считала иначе. Щёки её слегка порозовели.
— Э-это впервые… Чтобы у меня такое вырвалось…
— Для первого раза прозвучало очень естественно.
Лицо Рейчел стало ещё краснее, до такой степени, что, казалось, оно слилось с её волосами. Алану захотелось залепить самому себе пощёчину.
«Надо хоть что-то сказать».
Охваченный паникой, он заговорил, даже не обдумав слова. Не знал сам, что говорит.
— Ч-чего стесняться? Человек может и ругнуться. В этом жестоком мире ругательства почти необходимый навык самозащиты… Для учительницы это был очень элегантный и благородный уровень, я бы сказал. У кого вы научились?
— Научилась?.. Хм, наверное, у подруги…
Её близкая подруга, Маргарет Честер, обладала поразительным даром — в приступе гнева извергать потоки ругательств, словно водопад.
Стоило спросить, где она этому научилась, Маргарет с гордостью отвечала:
- Просто пройдись по рынку раз десять. Слушай не торговцев, а разговоры людей. Если возникнет драка, обязательно иди посмотреть. Тогда откроется новый мир, наша примерная Рейчел.
Каждый раз, когда Маргарет с азартом сыпала проклятиями, Рейчел хотелось провалиться сквозь землю. И всё же, похоже, незаметно что-то переняла.
Она зажала голову руками. В тот момент их глаза встретились.
Два ошеломлённых взгляда, распахнутые глаза.
И вдруг оба одновременно рассмеялись. Смех был таким заразительным, что удержаться было невозможно. В груди сладко защекотало.
Мы живы.
Мы выжили.
Рейчел поставила ведро на пол и села рядом с Аланом.
— Вы в порядке, мистер Отис?
— А что со мной будет? Всё нормально. А, если не считать того, что это мерзко на ощупь.
Алан смахнул с себя липкое желе шеф-повара. Клейкая масса вызвала у него непроизвольную гримасу.
— Хорошо, что не въелось в кожу, легко отходит. Но почему же оно такое горячее? Неприятно… Зато благодаря этому моё мокрое тело полностью высохло.
— …
— Учительница, подай мне то ведро. Перенесём туда.
Но ответа не последовало. Удивлённо он повернулся и встретился с её зелёными глазами, впившимися в его руку. Там всё ещё сочилась кровь.
Алан поспешно заслонил рану.
— Просто царапина. Шеф-повар…
— Это порез от острого лезвия. Вы сами сделали, правда?
— Ну…
Лгать или оправдываться он не смог. Голос Рейчел дрогнул, словно в слезах.
— А ведь вы обещали, что не будете рисковать…
— Учительница.
— Я понимаю, что у вас не было выбора. Просто… Я…
Она задрала голову к потолку и прикусила губу.
— Думаю, надо было прибежать быстрее. До того, как вы так поранились…
Он сказал ей спрятаться, и она спряталась. Трусливо, в одиночестве, в безопасном месте.
Она притворялась, будто действует обдуманно, чтобы не усложнить ситуацию, но в итоге… просто снова сбежала.
Всё это время этот юноша балансировал на грани жизни и смерти. Только ради того, чтобы спасти её одну, он бросался на смерть. От собственной ничтожности Рейчел сжимало грудь. Она тонула в чувстве вины.
И тогда тёплое прикосновение схватило её за руку и вытащило на берег.
— Учительница.
Алан Отис смотрел прямо ей в глаза.
— Я не собирался умирать, спасая тебя. Я не хотел умирать.
— Мистер Отис…
— Ты же сказала: «Давайте жить». Вот я и искал способ, где шанс выжить для нас обоих будет выше всего.
Рейчел поняла скрытый смысл.
Алан Отис сказал: он хотел жить. Тот юноша, который всегда хотел умереть, тот, кто говорил, что смерть — его единственное желание, старался выжить.
Горячая волна разлилась по её груди. Алан, почесав шею, смущённо дёрнул губами.
— То, что вы последовали моим указаниям, позволило мне действовать спокойно и расчётливо. Если бы вы пришли меня спасать, мы бы в конечном итоге попались ему. Я бы запаниковал.
— Запаниковал? — она всхлипнула и спросила. Теперь уже лицо Алана налилось краской.
— Потому что я не хочу, чтобы вам угрожала хоть малейшая опасность. Не хочу видеть, как вы получаете ранения…
— Ах…
Жар на его лице будто передался ей самой. Внезапно стало душно.
Рейчел поспешно схватила ведро.
— Вот, держите.
— А, да. Спасибо.
С всё ещё горящими ушами Алан стал сгребать желе в ведро. Засыпая его туда, он пробормотал:
— В-в общем… спасибо, что доверилась. И что спасла. Просто спасибо!
Голос прозвучал слишком громко, почти неловко. Рейчел только кивала, словно сломанная кукла.
— К-кстати, что ты сделала с шеф-поваром? Почему он так растаял?
Свалив желе в ведро, Алан перевёл тему. Рейчел облегчённо ухватилась за неё.
— А, я плеснула водой.
— Водой? Простой водой?
— Мне сказали, что шеф-повар слаб против воды. Говорят, его источник — это пламя.
Бровь Алана приподнялась.
— Пламя?.. Кто тебе это сказал? Ты с кем-то встретилась?
— Да.
Рейчел поднялась и протянула ему руку.
— Пойдёмте, мистер Отис. Я познакомлю вас с одним человеком.
* * *
Но сначала нужно было кое-что сделать.
Рейчел подняла юбку.
— А-а-а! Учительница, ты с ума сошла?!
Алан резко зажал себе глаза, отпрыгнув. Разрывая нижнюю юбку, Рейчел озадаченно спросила:
— Сошла с ума?
— Ну, э-э… Ю-юбку же!
— Не дёргайтесь так сильно и дайте мне свою раненую руку.
Рейчел намотала полоску ткани на его руку. Алан приоткрыл глаз. Белая ткань стягивала рану, останавливая кровь.
— Это единственное, что под рукой для перевязки… Больше нигде кровь не течёт?
— Нет…
Алан явно сник. Рейчел едва заметно улыбнулась.
— Вот и хорошо. Теперь вернёмся на кухню. Сможете идти?
— Я же сказал, что в порядке.
Сурово ответив, он напряг ноги. Он слегка прихрамывал, но двигаться мог.
Рейчел всё же не успокоилась и схватила ведро сама. Алан нахмурился.
— Я понесу.
— Оно тяжёлое.
— Потому я и должен нести!
— Вам нельзя напрягаться.
— Не обращайся со мной как с больным.
— Тогда быстрее поправляйтесь. Ешьте побольше вкусного, дышите свежим воздухом, крепчайте.
— …Вместе с учительницей?
Рейчел обернулась. В его голубых глазах застыла тревога.
Она усмехнулась.
— Да. Со мной.
— …
— Приготовьтесь. Если мы обойдём все известные мне рестораны, у вас заболят ноги. Так что вам придётся тренироваться заранее.
— …Хорошо.
После короткой паузы его голос прозвучал мягче.
Перед входом на кухню они подняли масляную лампу, заранее спрятанную у двери. К счастью, огонь горел ярко.
— Человек, о котором я говорю, внутри. Шеф-повара пока оставим здесь.
Рейчел поставила ведро у водяного бака. Чтобы быть спокойнее, она зачерпнула полное ведро и выплеснула сверху на желе.
— А теперь…
Повернувшись, она вдруг увидела труп с распоротыми внутренностями.
Зрелище было ужасным.
— Давай накроем его чем-нибудь, — положив руку на плечо Рейчел, Алан тихо предложил.
Она молча сняла кардиган.
Когда они только вошли в подвал, раздался крик. Значит, тогда он ещё был жив.
Если бы они пришли чуть раньше, если бы узнали слабость шеф-повара раньше… смогли бы спасти этого человека?
Она подошла с кардиганом ближе. И тогда увидела лицо.
Тело её окаменело.
— Учительница?
Алан позвал её. Но она не смогла ответить.
Когда впервые услышала крик, ей показалось, что голос знаком.
Она надеялась, что ошиблась.
— Учительница, что с тобой? …Ты её знала?
Знала ли она? Конечно. Как можно не знать? Она часто видела это лицо. Даже разговаривала с ней не раз.
Рейчел закрыла рот ладонью, подавляя рвоту. Даже видя своими глазами, она не могла поверить.
Жуткое тело, ставшее пищей шеф-повара.
Это была… да, именно «она».
Та, кого Рейчел когда-то так отчаянно искала.
Бекки Дастин.