/
Том 1
68 из 92
За обеденным столом воцарилось безмолвное утро. Лишь негромкое позвякивание столовых приборов нарушало тишину столовой.
Ынсу, читавшая газету, обратилась к госпоже Сон, которая как раз ставила перед ней чашку кофе:
— А где Хэвон?
— Ах, студент Хэвон с того самого дня не возвращался. Должно быть, остался в своих апартаментах? Кажется, он всё ещё... ну, продолжает поиски...
— Ясно.
За столом снова повисло неуютное затишье. Госпожа Сон, не решаясь уйти, неловко переминалась с ноги на ногу.
Сделав глоток кофе, Ынсу посмотрела на сидящего напротив Хэгана.
— Так что ты хотел сказать тогда в машине, но не успел?
— О чём ты?
— ...Про девушку Хэвона.
Она спрашивала о том неоконченном разговоре, который прервался, когда она увидела в окно Сори, которую тошнило.
«Но всё-таки, что произошло? Честно, ты сейчас сам на себя не похож, будто тебя околдовали».
«Девушка Хэвона...»
Воскресив в памяти тот момент, Хэган поставил чашку и ответил:
— Если не сейчас, то будет поздно. Если не сказать сейчас, ты, Ынсу, никогда об этом не узнаешь…
— ...
— …так она мне сказала.
Он легонько побарабанил пальцами по столу.
Теперь все вопросы отпали. Стало ясно, почему девушка Хэвона говорила так, будто наблюдала за ними со стороны.
Будучи Пухляшкой, она видела жизнь супругов с самого близкого расстояния.
Поэтому и в лифте, и в другие моменты она так отчаянно пыталась наладить их отношения...
Тук, тук. В звуке пальцев по дереву сквозило смятение.
Ынсу, проследив за его рукой, внезапно отрезала:
— Забудь. Её никогда и не существовало.
Хэган и госпожа Сон одновременно посмотрели на неё.
— А если бы мы не раскрыли этот секрет?
— Госпожа...
— Она бы обманывала нас до последнего, а потом просто исчезла бы в один прекрасный день. Какая наглость, — лицо Ынсу при этих словах оставалось пугающе холодным. — В любом случае, это существо должно было исчезнуть. Просто это случилось сейчас.
— ...
— Она и сама понимает, что пути назад нет, поэтому и ушла отсюда.
Хэган, слушавший молча, наконец разомкнул губы:
— А как же Хэвон?
— ...Пока оставь его. Он сейчас всё равно никого слушать не станет.
— Хорошо.
Хэган поднялся и взял висевший на стуле пиджак.
— Я на работу.
Ынсу проводила его взглядом.
В последнее время они начали хоть немного разговаривать, но он по-прежнему оставался для неё человеком, чьи мысли невозможно прочесть. Было очевидно, что в безучастном и холодном лице Хэвона больше половины от отца.
Фух. Коротко вздохнув, она тоже встала.
В застывшем воздухе гостиной госпожа Сон, стараясь улыбнуться, последовала за хозяйкой.
— Госпожа, вы сразу в офис?
— Да.
Направляясь к прихожей, Ынсу внезапно обернулась.
— Госпожа Сон. Пожалуй, вам стоит съездить куда-нибудь отдохнуть на пару недель. Об оплате не беспокойтесь, я найму временного домоправителя.
— Ой, да что вы такое говорите! Я ведь не приболела и ничего такого.
— Нет, просто вы проводили с ней больше всего времени... С Тайгером.
— Но...
— Отдохните.
Перед решительным тоном Ынсу госпожа Сон была вынуждена смиренно кивнуть.
Стоя в прихожей, Ынсу наклонилась, чтобы обуться. Госпожа Сон, вышедшая проводить её до дверей, привычно повернула голову:
— Тяв, проводи госпожу на рабо… — осознав ошибку, она испуганно замерла. — О-ой, что же это я... простите, пожалуйста.
На лице Ынсу появилась едва заметная тень.
Она и сама, уже надев туфли, почему-то медлила, будто чего-то ждала.
Плотно сжав губы, Ынсу развернулась и вышла из дома.
Звук шагов, похожий на перекатывание гальки, когда кто-то, хлопая ушами, пулей вылетает навстречу даже из глубокого сна, так и не раздался.
* * *
Шурх-шурх, хрусть-хрусть.
Шурх-шурх, хрусть-хрусть.
Звук, будто кто-то увлечённо поедает чипсы, настойчиво лез в уши.
С трудом разомкнув веки, я протёрла затуманенные глаза.
Вместо мягкой лапы — человеческая рука. Видимо, из-за того, что вчера я ворочалась с больной головой, я в итоге обернулась человеком.
— Проснулась?
Докми, лежавшая рядом, хрустела чипсами и с любопытством меня разглядывала.
— И правда превращаешься. Прямо как девочка-волшебница. Хотя нет... дворняжка-волшебница.
Есть еду прямо в постели...
Этот факт шокировал меня куда сильнее, чем прозвище «дворняжка».
— Раз ты превращаешься голышом, тебе, должно быть, было непросто жить абы где.
Докми подпёрла подбородок рукой, изучая меня с интересом.
— И где ты обитала до этого?
Я, закутавшись в одеяло по самые уши, ответила едва слышным голосом:
— ...В доме Сок Хэвона.
— Значит, слухи о сожительстве были правдой наполовину.
Мне нечего было возразить, так что я просто коротко кивнула.
— Вы встречаетесь?
— Я жила в семье Сок Хэвона в качестве питомца.
— Ладно, поняла я, что не встречаетесь, хватит тявкать.
Хрусть-хрусть. Докми закинула в рот очередную порцию чипсов и безжалостно спросила:
— Судя по тому, что ты пришла ко мне, тебя выставили?
— ...Семья Сок Хэвона узнала, что я человек.
— Вот оно что.
В её голосе не было ни капли сочувствия.
Хотя такая прямолинейность мне даже нравилась. С ней было проще — не нужно гадать, что у человека на уме.
— И что, этот Сок Хэвон тоже сказал тебе убираться?
— Нет, дело не в этом...
— Тогда почему ты не пошла к нему?
Я замялась, не зная, что ответить.
Докми, посмотрев на моё нерешительное лицо, безучастно перевела взгляд на телефон.
— Ладно, забей. Раз уж ты человек, сгоняй домой и забери свои шмотки.
— Вещи?
— Одежду там, личные предметы. Ты же собираешься какое-то время пожить здесь?
Я воодушевилась и переспросила:
— Можно остаться?
— Убираться умеешь?
Да это для меня раз плюнуть! Если я по клавишам лапами стучать умею, то уж пол помыть и подавно смогу.
Я сжала кулаки под одеялом и с энтузиазмом сказала:
— Я даже твою лохматую шевелюру в порядок приведу!
— Вон отсюда.
— Выгонять уже поздно!
Я вскочила и пулей скрылась в ванной.
Раз уж я навязываюсь ей, мне действительно нужно зайти домой. Нужно успеть, пока я снова не превратилась в собаку.
Спустя некоторое время.
— Докми... Слушай, дай какую-нибудь одежду.
Я робко высунула голову из ванной. Докми, не отрываясь от вебтуна, указала пальцем:
— Там.
У двери ванной лежал белый пакет. Стоило мне заглянуть внутрь, как волосы на голове зашевелились.
Мне... в этом... предлагается... выйти на улицу?..
Я ошарашенно смотрела на содержимое пакета.
— ...Им Докми.
— Чего?
— У тебя что, больше нет другой одежды?
— Из того, что я не ношу — только это. Я не делюсь своей одеждой с другими. Всё остальное летнее, замёрзнешь нафиг.
Она ест чипсы на кровати, но одежду делить не хочет. Странные у неё правила гигиены.
— Но кто в здравом уме выйдет в таком в люди?
— Иногда встречаются такие кадры. Ну, или могу одолжить денег на такси. Тебе же всё равно прямо до подъезда?
— Это вопрос человеческого достоинства!
— Ты — собака, — равнодушно бросив это, Докми вернулась к своему вебтуну.
Поскольку я была в положении нахлебника, качать права я не могла. Не решаясь выругаться, я лишь тихонько прошептала:
— Точно как Сок Хэвон.
— Я всё слышу.
Мой взгляд, устремлённый в недра пакета, становился всё более печальным.
* * *
— Высадите меня здесь, пожалуйста.
Взгляд таксиста преследовал меня до тех пор, пока за мной не захлопнулась дверь.
Я натянула капюшон пониже, скрывая лицо, и уже собралась войти в подъезд, как вдруг замерла.
В стекле отразилась женщина в ярко-жёлтой пижаме-кигуруми в виде тигра.
Это был костюм Докми со школьного спортфестиваля — полноценный комбинезон, где даже рукава заканчивались лапками с подушечками.
«Ну и ну, Им Докми...»
Позор-то какой.
Опасаясь встретить соседей, я быстро взбежала по лестнице и... застыла.
У дверей моей квартиры, прислонившись к косяку, стоял тёмный силуэт.
Вздрогнула.
На мгновение я испугалась, что это тот «кальмар», который уже приходил ко мне, но мои глаза расширились.
Это был Сок Хэвон в длинном чёрном пальто.
— Ты как здесь… — я невольно подала голос.
Услышав шорох, он медленно повернул голову.
Я замерла, сглатывая слюну. Неизвестно, сколько он здесь простоял.
Наши взгляды встретились, и мысли спутались.
Я не была готова встретиться с ним прямо сейчас.
Как так вышло, что тайна раскрылась? Почему я сбежала? Что случилось с его семьёй после моего исчезновения?
У меня не было сил обсуждать это спокойным тоном.
Поддавшись порыву сбежать, я резко развернулась. Но не успела я сделать и шага, как Хэвон протянул руку.
Хвать.
— ...
Меня поймали за хвост.