Глава 24

Тейл одним рывком вытянул Хаён наверх и поддержал её, когда она, потеряв равновесие, покачнулась.

— Ха-а, ха-а...

Хаён долго пыталась отдышаться, жадно хватая ртом воздух. Тейл молча смотрел на неё сверху вниз.

— Ва-а... Это полное безумие. Я правда жива?

Немного успокоившись, она принялась ощупывать своё тело, словно не веря в происходящее.

— Видимо, ещё не время подыхать, — пробормотал Тейл, не сводя с неё глаз.

— Вы ведь Тейл? Поверить не могу. Откуда вы узнали, что я здесь?

— Ну, скажем так, вряд ли я знал. Разве я не выгляжу удивлённым?

— Ах.

Хаён понимающе кивнула, будто только сейчас осознав очевидное.

— Вы меня спасли. Огромное, огромное вам спасибо. В этот раз я думала, что мне точно конец...

Хаён коротко поклонилась Тейлу, а затем огляделась по сторонам.

— Но почему вы здесь?

— ...

«Что с ним такое? Он не заражён?»

Хаён с подозрением присмотрелась к Тейлу, который выглядел не менее изнурённым, чем она сама. На нём была разодранная, перепачканная кровью военная форма. Раны на лице, казалось, не заживали, на их месте виднелись воспалённые багровые рубцы. Он выглядел... истощённым.

— Ты ранена.

Тейл протянул руку и указал на её бок.

— Ах.

Пока она удирала от киллбера, даже не замечала боли. Стоило слегка приподнять рубашку, как стало видно, что бинты на талии насквозь пропитались кровью.

— Ха-а...

Хаён зажмурилась. Похоже, разошедшуюся рану придётся зашивать заново.

«Ну ничего же не получается по-человечески».

Проглотив рвущееся наружу проклятие, Хаён снова посмотрела на Тейла.

— Тейл, а что вы тут делаете?

Состояние Тейла выглядело неважно, словно ему чего-то не хватало. Глаза уже почти закатились, моргал он медленно.

— Работаю.

Тейл заговорил, не отрывая пристального взгляда от её раны.

— Прямо здесь?

Хаён огляделась. Судя по разбросанным столам и стульям, раньше в этом здании был ресторан. Какую работу он может выполнять в таком виде и в таком месте? Хаён в недоумении наблюдала за Тейлом, который направился куда-то вглубь помещения.

— Один патрон — один труп.

Тейл с гордостью продемонстрировал снайперскую винтовку, установленную возле окна за баррикадой из наваленных друг на друга столов.

— Вы... вы всё это время наблюдали за мной через прицел? — с надеждой в голосе спросила Хаён, обрадовавшись наличию оружия.

— Угу.

— Но я не видела, чтобы вы стреляли.

— Патронов нет.

— ...

— А бегаешь ты хорошо.

«Этот говнюк издевается?»

Хаён переспросила с выражением лица «ну кто бы сомневался»:

— А... где остальные?

— Кто знает.

— ...

— Наверное, сдохли.

У Хаён перехватило дыхание, словно в горле встал ком. Она оцепенело хлопала глазами, переваривая его слова.

— Садись сюда.

Тейл снял свою потрёпанную форменную куртку и расстелил её на полу.

— ...

— Больно?

Тейл поднялся и посмотрел на Хаён, которая стояла как вкопанная с отсутствующим видом. На его лице, пока он изучал её, промелькнуло беспокойство.

— «Сдохли»... В каком смысле? Что это значит?

— А ты почему здесь?

Разговор не клеился. Хаён и раньше замечала, но он всегда был какой-то не от мира сего.

— Я... попала в аварию по пути в убежище. В транспортёре был заражённый, и самолёт рухнул. Мне повезло выжить, и я шла, пока не оказалась здесь.

— Тяжело тебе пришлось.

Хаён закусила губу. Впервые за долгое время она почувствовала человеческое тепло, и внутри всё перевернулось. Как бы она ни пыталась быть сильной под гнётом обстоятельств, стоило появиться малейшей слабине, как слёзы начинали предательски подступать.

— А вы, Тейл, как же...

— Да так же. Не знаю, везение это или нет.

Судя по рассказу Тейла, после окончания контракта в Неделю покоя несколько членов команды Ванка, в которой он состоял, были направлены в третий район для несения караульной службы. Там всё и началось.

Трудно сказать, где была точка отсчёта в относительно безопасном третьем районе, но причина того, почему он выжил один, крылась в способе боя стражей.

Стражи не заражаются. Это было незыблемой истиной, аксиомой, железным правилом.

Однако заражение в центре второго района началось именно со стражей, доставленных из прифронтового лагеря. Штаб с опозданием поделился информацией о том, что стражи тоже могут быть инфицированы, но для тех, кто всю жизнь привык сражаться с киллберами, подставляя собственную плоть, изменить тактику боя в один миг оказалось невозможно.

Из-за этого скорость и масштаб заражения вышли далеко за пределы ожидаемого.

— Получается, все погибли, и остался только Тейл?

— Пожалуй?

Ответ был туманным. Хаён со вздохом закрыла лицо руками. Внезапный приступ боли заставил её простонать. Действительно, всё шло наперекосяк.

— Лечись.

Тейл достал из кармана таблетку стабилизатора и разжевал её. Прислонившись головой к стене, он посмотрел на Хаён снизу вверх.

— Если я мешаю, могу уйти.

Услышав это, Хаён порывисто затрясла головой. Сдаваться она привыкла быстро — пустые надежды нужно отсекать сразу. Хаён опустилась на пол рядом с Тейлом. Она и подумать не могла, что связь, которую она считала разорванной, восстановится таким образом... Похоже, их судьбы переплелись не на шутку.

Какое-то время они сидели молча, погружённые в свои мысли. Хаён приводила в порядок рану, а Тейл просто наблюдал за ней. Когда прошло достаточно времени, лучи заката из окна начали подсвечивать их фигуры.

— Хочешь спать?

Веки Хаён потяжелели под действием успокоительного. Голос Тейла, доносившийся будто издалека, казался призрачным.

— Да-а... очень... Ещё... раз... спаси... бо...

Слова растягивались. Из-за действия лекарства голова Хаён то и дело клонилась вперёд, а затем снова выпрямлялась.

— Если это сон...

— ...

— Хотелось бы никогда не просыпаться.

Тейл протянул руку и притянул засыпающую Хаён к себе на плечо. Глядя на неё, окончательно закрывшую глаза, Тейл прислонился своей головой к её макушке.

— Спокойной ночи.

Так, у окна, залитого закатными лучами, их время тихо кануло в сон.

***

Состояние Тейла было критическим.

Хаён очнулась в предрассветных сумерках. Похоже, она спала, положив голову Тейлу на колени, но, проснувшись, почувствовала, что его тело сотрясает мелкая, непрекращающаяся дрожь. С трудом, короткими выдохами, он поймал взгляд проснувшейся Хаён.

— Привет.

Вокруг была полная тьма, и только его лицо, подсвеченное луной, было отчётливо видно. Хаён поспешно приложила руку к его лбу.

— У вас есть стабилизатор?

Тейл вытащил из кармана одну таблетку.

— Последняя.

Когда он проглотил её, дрожь немного утихла, но он всё ещё выглядел паршиво. Когда гайдинг исчерпывается полностью, органы стражей начинают разлагаться, что приводит к неминуемой смерти. Нужно было срочно что-то предпринять.

— Проведи гайдинг.

Тейл протянул руку к Хаён. Она схватила его за ладонь и тут же начала вливать потоки.

— От моего гайдинга будет мало толку. Мы ведь несовместимы.

— Знаю, я и не надеюсь.

Фух, её беспокойство на мгновение испарилось. Хаён откашлялась и продолжила:

— По пути сюда я заходила в аптеку. Там оставалось немного стабилизаторов... Знала бы, что так выйдет — забрала бы всё. Как только рассветёт, я схожу туда. Пожалуйста, продержитесь до этого времени.

В её глазах читалась решимость. Тейл посмотрел на неё и улыбнулся.

— Ты такая красивая.

«...И что это значит?»

Услышав это ни с того ни с сего, Хаён переспросила, решив, что ослышалась.

— Ты мне нравишься.

Он прищурился от улыбки и прислонился головой к её плечу.

— Твой гайдинг... странный.

— Это вы так завуалированно говорите, что он дерьмовый?

— Ещё и умная.

— А ещё я отлично махаю кулаками.

— И руки у тебя красивые.

Тейл мутным взглядом уставился на руку Хаён и принялся нежно поглаживать её пальцы.

— У меня в голове вечный шум, но когда я получаю твой гайдинг, становится так спокойно.

— ...Вы же говорили, что он как жёваная жвачка.

— Угу. Когда болит голова, пожуёшь жвачку — и становится тише. Это как привычка.

Видимо, из-за того, что гайдинг был на нуле, сознание Тейла путалось. Хаён тут же отбросила шутливый тон и усилила поток гайдинга.

— Когда рассветёт, я схожу. Ни в коем случае не сдавайтесь.

С их первой встречи его пустые глаза казались глазами человека, потерявшего волю к жизни. Хаён больше не хотела никого терять. К тому же, он спас её от смерти. Выжить здесь в одиночку было невозможно. Он был ей необходим.

— А если ты умрёшь по дороге?

— Кто это тут умрёт? Я вообще-то человек, который размозжил башку киллберу куском камня. Я.

Хаён с гордым видом повысила голос. Тейл, всё ещё прислонившись к её плечу, едва заметно улыбнулся.

— Надёжно.

— Так что не волнуйтесь и продержитесь немного. Я притащу все стабилизаторы, какие только найду.

Тейл, превозмогая слабость, едва кивнул и закрыл глаза. В этот раз он уснул на коленях у Хаён. Она положила свободную руку на его пылающий лоб и продолжила гайдинг.

Спустя долгое время предрассветный свет окрасил небо в мутно-голубой цвет и постучался в окно. Хаён осторожно уложила спящего без чувств Тейла на пол и поднялась. Отложив воду и еду, чтобы он мог подкрепиться, когда проснётся, она накинула рюкзак и взяла прислонённую к стене ножовку.

Стоя у двери, Хаён сделала короткий вдох и открыла её.

— Фух...

Пройдя по коридору и осторожно спустившись по узкой лестнице, она увидела, что улица окутана лёгким туманом, делающим всё вокруг расплывчатым.

Глоть.

От волнения во рту пересохло. Каждый её шаг, пока она озиралась, был наполнен силой. Хаён сосредоточилась. В медленно наползающем тумане её фигура начала постепенно исчезать.