Глава 103

— Так если вы позволите, я проверю состав. Тогда и вашему высочеству будет спокойнее.

Талия, не выразив ни согласия, ни отказа, лишь отмахнулась, показывая, что пора уходить. Женщина тут же склонила голову и вышла из покоев.

У камина, глядя на потрескивающие угли, Талия ощутила накатывающую усталость и поднялась.

Стоило улечься на мягкие простыни, как боль, расползавшаяся по коленям, понемногу отступила. Видимо, подействовала мазь: кожа уже не так саднила, хотя вместе с целебным эффектом в теле медленно распространялась и сонная одурь.

Прищуренными глазами она уставилась в потолок с неровными пятнами, затем перевела взгляд на витражное окно, где багровел закат.

Небо постепенно темнело: золотисто-янтарный свет перетекал в густой винный оттенок.

Яркое зарево вот-вот должна была поглотить тьма, удобное время для внезапного нападения.

Талия молила, чтобы ночь выдалась особенно глубокая и тихая, тогда враги Баркаса не смогут его обнаружить.

В воображении вспыхнула картина предстоящей битвы в кромешной темноте, но Талия решительно отогнала наваждение.

Баркас стал командиром рыцарей, обойдя сотни рыцарей Роэма, ещё не достигнув двадцати лет. Разве какие-то мародёры могут быть для него проблемой?

С усилием подавив тревогу, она медленно закрыла глаза. В постепенно меркнущем сознании зазвучал колокол, возвещающий конец дня.

Слушая гулкие переливы, доносящиеся с башни, Талия незаметно провалилась в тяжёлый сон.

Очнулась она лишь под утро, когда на землю уже опустилась кромешная тьма.

От жгучей жажды Талия приоткрыла глаза, но внезапный приступ удушья заставил схватиться за ворот льняного платья.

Но тяжесть в груди не отпускала. Она, задыхаясь, поползла к изголовью и протянула руку к лампе.

В этот миг на стене дрогнул алый отсвет. Талия повернула голову и заметила последние языки пламени в камине. Вдохнула глубже: убывающее сияние казалось живительным воздухом.

Сбивчиво дыша, она поднялась и подошла к очагу. В чёрном пепле ещё тлели искры.

Схватив поленья, Талия сунула их внутрь и с силой нажала мехи. Дрова зашипели и вспыхнули ярким пламенем.

Она облегчённо выдохнула, и в ту же секунду раздался странный звук.

Талия резко обернулась. Спустя пару секунд поняла — это был вой.

Неужели в округе завелись дикие псы?

Она подошла к окну, осторожно распахнула створку. В лицо ударил сухой холодный ветер.

Вздрогнув от озноба, Талия прислушалась внимательнее.

На залитом лунным светом холме разносился протяжный плачущий вой. Но никакого зверя не было видно.

Может, звук шёл из леса?

Она перевела взгляд к краю степи, и тут раздался стук в дверь.

Талия настороженно прищурилась.

— Кто там?

— Прошу прощения, ваше высочество. Услышав шум, я подумала, может, вы страдаете от боли, и решилась войти.

То была целительница из дома Сиекан.

Талия сощурилась и холодно бросила:

— Просто сон не шёл. Уходи.

За дверью воцарилось молчание. Потом неуверенный голос снова донёсся:

— Если позволите, я приготовлю травяной отвар. Он поможет спокойно уснуть.

Талия нахмурилась. Досада оттого, что её приказ не исполнили сразу, едва не сорвалась раздражённым окриком.

— Не нуж… — начала она, но осеклась, вспомнив, что обещала передать снадобье целительнице дома Тален.

Хотя она и не верила, что её действительно хотят отравить, лишняя осторожность не помешает.

После короткой паузы Талия выдохнула:

— Хорошо. Входи.

Вскоре в покои вошла целительница с небольшим свёртком.

Талия внимательно оглядела её с ног до головы. Та, похоже, только что поднялась с постели: на ней была свободная шерстяная ночная рубаха и наспех накинутый серый плащ.

Немного смущённая, женщина поправила взлохмаченные волосы и подошла к камину.

— Подождите немного. Скоро будет готово.

Она подвесила медный котелок на крюк и достала из свёртка пучки трав. Несколько из них отправила в сосуд с водой.

Вскоре по комнате поплыл запах ромашки и лаванды.

— Готово, — сказала целительница и осторожно протянула чашу.

Талия взяла её и понюхала: в цветочном аромате ощущалась сладкая нотка, должно быть, добавили мёд.

Она уже собиралась сделать глоток, как новый протяжный вой прорезал ночь. Талия раздражённо вздохнула. Видимо, этот зверь не успокоится до утра.

— Закрой окно. И занавес опусти.

Женщина послушно подчинилась, но даже за плотно закрытой рамой и тяжёлой тканью звук становился всё отчётливее.

Целительница смущённо сказала:

— Похоже, волк тоскует по кому-то из здешних жителей.

Талия вскинула брови:

— Это у тебя сейчас шутка такая?

— Нет, вовсе нет… — спешно возразила та и, собравшись, продолжила спокойнее. — На востоке существует поверье: те, кто умер, не получив крещения, возвращаются в облике диких зверей. Их ночной вой — это песня о тех, кого они любили при жизни.

Талия фыркнула:

— Глупости. Некрещёные души ниспадают в бездну и исчезают. Элементарного догмата не знаешь?

— Знаю, конечно, — с печалью в уголках губ ответила женщина. — Но согласитесь: думать, что любимый канул в бездну, куда мучительнее, чем верить, будто он вернулся хотя бы в зверином обличье. Даже священники закрывают глаза на такую надежду.

Талия удивлённо посмотрела на неё.

— Так часто умирают некрещёными?

— Как и все граждане империи, мы крестим детей в первые сто дней. Но мертворождённым младенцам это не дано…

В её голосе прозвучала боль. Талия напряглась. Неужели целительница сама потеряла ребёнка?

Не зная, что сказать, она только беспокойно наблюдала. Но та вдруг мягко улыбнулась, будто развеяла тяжёлую атмосферу:

— Чай остынет. Прошу, выпейте.

Талия поднесла чашу к губам и сделала глоток.

Целительница некоторое время молча наблюдала за ней, потом поставила на полку несколько пузырьков с лекарством и вышла.

Талия вновь легла и прислушалась к затихающему вою.

А вдруг женщина действительно слышала в нём зов к себе? Может, поэтому и не спала до сих пор.

Но Талия отогнала эту мысль. Ей хватало собственной боли. На чужие переживания не оставалось сил.

* * *

Благодаря отвару ночь прошла без сновидений, и впервые за долгое время Талия спала спокойно.

Проснувшись в непривычно свежем расположении духа, она лениво потёрла глаза и взглянула на светлеющее окно.

И вдруг почувствовала присутствие рядом.

Может, это няня принесла воду для умывания?

Она повернула голову и ощутила прохладные пальцы на своей щеке.

Талия распахнула глаза: Баркас, в удобной одежде, склонился над ней. Когда он успел вернуться?

Она моргнула, ошеломлённо глядя на него, и резко села. Уже собиралась оглядеть его с головы до ног, убедиться, не ранен ли, как вдруг подбородок приподнялся и без всякого предупреждения его губы коснулись её губ.