Глава 227

Баркас, чья рука с вздувшимися венами крепко сжимала поводья, обвёл лагерь тяжёлым взглядом и пришпорил коня.

Когда он стремительно спустился по склону, хрупкие очертания лагеря проступили ещё отчётливее. Частокол, наспех возведённый по периметру котловины, был настолько повреждён, что трудно было найти целый участок, а в палатках, стоявших вразнобой, теснилось огромное количество раненых. Одной этой картины было достаточно, чтобы понять: здесь произошло масштабное сражение.

Он соскочил с седла и решительно зашагал к заграждениям. Часовой, издалека наблюдавший за их приближением, поспешно отодвинул плетень, освобождая путь.

Войдя внутрь, Баркас бросил без лишних предисловий:

— Где находится его высочество наследный принц?

Солдаты, выстроившиеся по обе стороны от входа, вместо ответа лишь вздрогнули и начали испуганно переглядываться. Считав в их молчании атмосферу сокрушительного поражения и ужаса, Баркас стиснул зубы и направился прямиком к центральному шатру, где располагался штаб.

Тем временем рыцари императорской гвардии, получившие донесение о прибытии основных сил союза, наперебой выбегали наружу. Большинство лиц были ему знакомы. Окинув бывших подчинённых ледяным взглядом, Баркас вошёл в большой шатёр. Там он увидел Кайлиаса, который при помощи слуги пытался подняться с постели.

— Приветствую великого герцога, — произнёс мужчина с застывшим лицом, присаживаясь на край кровати и отдавая формальный поклон.

Баркас холодным взором смерил воина, чьё плечо было плотно замотано бинтами, и сразу перешёл к делу:

— Объясни, что произошло.

— ...Мы попали в засаду, — ответил тот, скрежеща зубами. — В полудне пути отсюда к северо-востоку находится логово врага. Это неприступная крепость, расположенная на середине крутого скалистого склона. Чтобы выманить их наружу, мы перекрыли источники воды и решили обойти крепость с севера, чтобы полностью заблокировать проходы. Но там оказалась ловушка, расставленная мятежниками...

— Мне не нужны твои оправдания.

Из груди высокопоставленного рыцаря вырвался приглушённый стон. Только услышав его, Баркас осознал, что крепко вцепился мужчине в волосы. С некоторых пор он будто перестал контролировать свои агрессивные порывы. Ему пришла мысль, что всё, что он делал, пытаясь вытравить свою истинную природу, могло оказаться пустой тратой времени.

Грубо закинув голову мужчины вверх, Баркас ледяным тоном прошептал прямо в его искажённое лицо:

— Разве ты не получал приказ оставаться в тылу и ждать? Объясни мне так, чтобы я понял: на каком основании ты посмел ослушаться моей воли и предпринял эту безрассудную атаку?

— Я не мог... противиться воле наследного принца! — яростно выдохнул рыцарь сквозь зубы. — Он — будущий император. Мы, рыцари Роэма, присягали ему на верность!..

— Верность заключается не в том, чтобы нестись, как дрессированный пёс, туда, куда указывает хозяин, — холодно возразил Баркас. — Долг истинного подданного — вцепиться хозяину в ноги и остановить его, если он идёт на верную смерть.

— Мы не считаем, что решение его высочества было ошибочным! — мужчина уставился на него широко раскрытыми глазами. — Из-за предательства Севера погибло множество верных людей империи. Среди них были и наши товарищи, с которыми мы плечом к плечу сражались долгие годы. И после этого возвести на престол в качестве наследной принцессы дочь дома, повинного в их смерти?! Это пошатнуло бы сами основы имперского порядка. Мы полностью поддерживаем решение его высочества: безрассудное милосердие к тем, кто поднял руку на престол, лишь породит новые беды!

Баркас молча смотрел на него сверху вниз, и на его бесстрастном лице промелькнула искажённая усмешка.

— И где же сейчас этот наследный принц, которого ты так «полностью поддерживаешь»?

Лицо рыцаря мгновенно стало землистым. Он отвёл взгляд, закусив окровавленную губу.

— ...Хеймдалль взял его в плен.

Баркас долго хранил молчание. Не в силах выносить эту тишину, мужчина в смятении добавил:

— Похоже, Хеймдалль с самого начала целился в принца. Он намеренно пустил слух о расположении лагеря повстанцев, чтобы заманить нас в ловушку, взять его высочество в заложники и тем самым парализовать имперскую армию.

— Если подытожить, вы собственноручно отдали наследника престола в руки врага.

Рыцарь широко открыл рот, собираясь возразить, но лишь стиснул зубы. Видимо, осознал, что любые слова сейчас будут звучать как жалкие оправдания. Баркас, не сводя ледяного взгляда с его покрасневшего лица, брезгливо отбросил его голову.

— С этого момента контроль над рыцарями Роэма и элитными частями гвардии переходит ко мне. Как только маги союза закончат лечение раненых, все войска должны выдвинуться к крепости Хеймдалля.

Мужчина в ужасе вскочил с места.

— Вы вообще меня слышали? Я же сказал, его высочество в заложниках! Любая атака сейчас поставит под удар жизнь принца. У нас нет иного выбора, кроме как принять условия Хеймдалля!..

— В тот миг, когда мы примем его условия, империя встанет на путь распада.

От этого категоричного заявления шея рыцаря одеревенела.

— Он потребует автономии для Балто и огромных военных репараций. Даже если мы закончим переговоры выплатой выкупа, престиж императорского дома рухнет на дно. Хеймдалля же превознесут как героя Севера, и независимость Балто станет лишь вопросом времени.

— Это вовсе не обязательно должно...

— Неужели ты думаешь, что теперь, когда даже Брестоны отвернулись от престола, северяне будут и дальше покорно принимать власть империи?

— ...

— Если Балто отделится, остальные феодалы тоже не станут сидеть сложа руки. Через несколько лет весь континент Ровиден вернётся в эпоху древних враждующих царств, погрузившись в бесконечную пучину войн и резни.

Теперь лицо рыцаря было бледным, как у мертвеца. Баркас, спокойно наблюдая за проступающим на лице мужчины ужасом, продолжил:

— Поэтому переговоры исключены.

— То есть... вы хотите сказать, что готовы пожертвовать наследным принцем?

Баркас ничего не ответил. Мужчина вскочил и, пошатываясь, подошёл к нему.

— Это не то решение, которое великий герцог может принимать единолично! Как минимум нужно отправить доклад его величеству!..

— Решение его величества не будет отличаться. Если придётся выбирать между безопасностью империи и наследником, ответ уже предрешён, — Баркас безжалостно поставил точку. — К тому же у его величества есть ещё один наследник. Другой законнорождённый претендент на престол преспокойно пребывает в императорском дворце.

Мужчина посмотрел на него глазами, полными шока. Баркас, оставив оцепеневшего рыцаря, вышел из шатра. Снаружи вход окружили воины с застывшими лицами — судя по всему, они подслушали спор.

Окинув их взглядом, Баркас негромко отдал приказ:

— Завтра на рассвете выступаем к крепости Хеймдалля. Всем подготовиться надлежащим образом.

* * *

Основные силы союза присоединились к лагерю, когда солнце уже полностью скрылось за горным хребтом. Солдаты, вышедшие из сгущающейся синей тьмы, немедленно принялись укреплять хлипкую оборону и готовиться к завтрашнему маршу. Большинство командиров не стали оспаривать решение Баркаса.

Поздно вечером они собрались в центральном шатре, чтобы обсудить детальную стратегию штурма крепости.