/
Акт 1. Эта любовь подобна проклятию
72 из 246
Служанки тихо зашагали по коридору.
Талия последовала за ними, осторожно переставляя ноги.
Когда она черепашьим шагом наконец добралась до лестницы, спина уже была мокрой от пота. Она мрачно посмотрела вниз на ступени.
И в этот момент заметила Баркаса, стремительно входящего в особняк.
Талия забыла, как дышать, и невольно окинула его взглядом с головы до ног.
На нём не было формы рыцарей Роэм, лишь чёрная кираса с гербом дома Сиекан и накинутый на плечи плащ из серой звериной шкуры.
Он походил на воина-кочевника племени Кан — тех самых, что некогда наводили ужас на весь континент Ровиден. Её сердце болезненно сжалось.
Баркас, быстро преодолев расстояние, остановился прямо перед ней.
Похоже, он спешил — волосы, всегда аккуратно уложенные, теперь были непривычно растрёпаны.
Наклонившись к ней, он уставился на неё пронзительным, словно отполированная сталь, взглядом.
— Как вы себя чувствуете?
Талия лишь бездумно моргнула. В обычной ситуации она бы отрезала: «Не твоё дело», — но язык словно прилип к нёбу.
Лишь спустя несколько секунд ей удалось выдавить:
— …Нормально.
Глаза Баркаса сузились. Похоже, он насторожился из-за слишком мирного ответа.
Пристально глядя ей в лицо, он снял перчатку и потянулся к её лбу. Талия рефлекторно шлёпнула по его руке.
Раздался звонкий хлопок, и на миг воцарилась тяжёлая тишина.
Девушка сжала онемевшие пальцы и украдкой посмотрела на него.
Кажется, он не сильно рассердился. Хотя… кто знает. Понимала ли она когда-либо, что у него на уме?
Опустив взгляд, Талия пробормотала хриплым голосом:
— П-просто… ты неожиданно дотронулся. Я удивилась.
В этот момент снова в поле зрения попали его длинные белые пальцы.
Талия инстинктивно втянула шею. Но на этот раз он не позволил ей отстраниться.
Проведя ладонью по её лбу, Баркас аккуратно поправил ворот накидки, затянув завязки до самого подбородка.
Не дав ей ни секунды на протест, он резко подхватил её на руки и хмуро произнёс:
— Придётся привыкнуть к моим прикосновениям.
Талия распахнула глаза. Сердце болезненно вздрогнуло.
Что… он имеет в виду?
Нет. Нет! Не строй иллюзий.
Он просто жалеет калеку. Это всё.
Она поспешно подавила робкую надежду, а Баркас, перехватив её поудобнее, начал спускаться по лестнице.
Боясь пошевелиться, Талия обвила его шею руками.
Он же одной ладонью прижал её к себе и зашагал медленно и осторожно.
Вскоре перед ними открылся двор, заполненный незнакомыми мужчинами.
Талия с недоумением оглядела их. Сразу было видно — это не солдаты Роэмского ордена.
На спинах у всех были длинные алебарды, а поверх тёмных доспехов они носили просторные плащи в виде мантий.
Один из мужчин выступил вперёд:
— Так это и есть будущая герцогиня?
Талия внимательно оглядела его. Молодой человек с загорелой, цвета пшеницы кожей, тёмно-каштановыми волосами и чёрными глазами.
Он с любопытством посмотрел на неё, едва видя её глаза из-под плаща, а затем вежливо поклонился:
— Рад встрече, ваше высочество. Меня зовут Тайрон эль Дракан.
Только услышав его странно звучащее имя, Талия поняла: перед ней — восточные вассалы дома Сиекан, прибывшие сопровождать своего господина.
Она попыталась откинуть капюшон, чтобы ответить на приветствие, но Баркас помешал ей.
Натянув ткань обратно на её голову, он равнодушно бросил:
— Мы скоро выезжаем. Подготовьте лошадей.
— Мы не заедем в императорский дворец?
— Передача командования уже завершена. Здесь нам больше нечего делать.
Баркас резко ответил и бросил холодный взгляд на слугу, который всё так же безучастно стоял у кареты.
— Ты чего ждёшь? Живо открой дверь.
Слуга, словно вынырнув из прострации, поспешно распахнул дверцу.
Баркас, ловко вскарабкавшись внутрь, осторожно усадил девушку на сиденье, покрытое толстым слоем мягкой обивки. Затем, поправляя ей одежду аккуратными движениями, проговорил:
— Мы будем в пути несколько часов без остановок. Если почувствуете себя плохо — дайте знак кучеру.
Талия с тревогой посмотрела на него снизу вверх.
Почему такая спешка?
Неужели кто-то преследует их?
В памяти всплыли лица Гарета и Айлы.
Может быть, они что-то замышляют?
В ушах будто снова прозвучал ядовитый голос Айлы: «Ты ещё пожалеешь об этом».
Талия прикусила губу. Раньше интриги были её уделом. Теперь же их роли поменялись.
Если Айла любила Баркаса хотя бы вполовину так же, как Талия… она будет готова на всё, чтобы его вернуть. Даже послать убийц.
Может, Баркас торопится, предвидя засаду…
— Ваше высочество.
Он, словно почувствовав бурю в её мыслях, взял её за подбородок, заставляя встретиться взглядом.
— Я уже говорил: вам не нужно ни о чём думать.
Низкий голос звучал, будто гипноз, оседая в голове.
Талия растерянно нахмурилась.
Что он этим хочет сказать? Предупреждение? Или… или всё-таки…
Она поспешно оборвала опасную мысль.
Этот мужчина вломился в её жизнь, перевернул всё с ног на голову — и теперь ведёт себя так, будто ничего не произошло.
Бросил её в чужом месте и исчез на неделю.
Слишком много разочарований прошлись по её душе, чтобы цепляться за двусмысленные фразы.
Она оттолкнула его руку.
— Не неси чепуху. Если едем — так едем.
Резкие слова не произвели на него ни малейшего впечатления.
Его нечитаемый взгляд скользнул по её лицу. Талия облизнула пересохшие губы. Лишь когда горло уже начало гореть, он медленно выпрямился и вышел из кареты.
Захлопнулась дверца. Только тогда Талия смогла выдохнуть.
Она осторожно прижалась к стенке кареты и украдкой выглянула в окно. Там Баркас о чём-то говорил с восточными воинами.
На фоне мужчин с тёмными волосами и светло-золотистой кожей он выглядел чужаком. Хотя, быть может… так и есть.
Он ведь покинул родной дом в раннем детстве и почти всю жизнь провёл при дворе. Для него Восток тоже был чужбиной, как и для неё.
Внезапно перед ней возник образ мальчика, которого отправили на чужие земли. Этот образ слился с её воспоминаниями о том, как она впервые попала во дворец.
Интересно, шестилетний Баркас тоже был так же одинок? Ему тоже казалось, что он попал в брюхо чудовища и не может дышать?
Поглощённая этими мыслями, она не сразу поняла, что карета тронулась.
За окном, словно река, текли знакомые и незнакомые пейзажи. Талия проводила их взглядом и вдруг горько усмехнулась.
Почему я беспокоюсь о человеке, которому суждено править Востоком?
Теперь ей самой предстояло отправиться в неизвестность. Без родных, без опоры. Новая жизнь — с нуля, на земле, где никого нет рядом.
Хотя… разве у меня когда-то был кто-то, на кого можно было положиться?
Талия свернулась клубком в углу кареты и уткнулась лицом в колени.
Императорский дворец — не лучше. Там ей тоже не было места.
Для Сеневьер она была лишь полезным инструментом.
Для императора — болезненным напоминанием о прошлом.
Для единокровных брата и сестры — грязным пятном, от которого когда-нибудь придётся избавиться.
Вдруг ей стало любопытно.
А кем я стану на Востоке?