Глава 85

Вслед за этим раздался оглушительный рёв, сотрясший весь тренировочный двор.

Лукас шумно выдохнул. Он долго сдерживал дыхание.

Баркас выдернул оружие из груди поверженного противника и развернул коня.

Когда отблеск факелов осветил его суровые и благородные черты, гул толпы разгорелся ещё сильнее.

Лукас обвёл взглядом раскрасневшиеся от возбуждения лица воинов, окружавших арену, и снова перевёл глаза на Баркаса.

Даже среди всей этой суматохи мужчина казался бесконечно спокойным.

Баркас, с равнодушным, почти усталым лицом, пересёк арену и легко спрыгнул с седла.

— Узнай, есть ли в доме Гутван другие достойные мужчины, — велел он Дарену, передав оружие подбежавшему слуге. — Если подходящего наследника не найдётся, пусть среди вассалов поищут кого-нибудь, кто сможет управлять юго-восточными землями.

— С-среди его единокровных братьев есть довольно умелый воин, — дрогнувшим голосом ответил Дарен. — Он собирался вступить в орден копейщиков Вольфрам, да и в академии в столице учился... Думаю, с ролью лорда он справится.

Баркас снял железную перчатку и отдал слуге, задумчиво провёл пальцем по губам.

— Пусть приведут ко мне как можно скорее. Если сочту его достойным — устроим церемонию назначения без промедления.

Как раз в этот момент двое оруженосцев сняли с его груди тяжёлую кирасу. Облегчённый Баркас сразу двинулся сквозь толпу — прямо к Лукасу.

Тот, не успев опомниться, попятился. При этом девушка, за которую он держался, едва не упала — Лукас поспешно обхватил её за талию.

В тот же миг кровь ударила ему в голову.

Её талия была такой хрупкой, что даже в его ещё не окрепших руках легко помещалась целиком. Более того, её кожа, сиявшая белизной даже в темноте, источала сладкий аромат, которого он никогда раньше не чувствовал.

Что за запах?..

Не отдавая себе отчёта, Лукас потянулся носом к её шее и вдохнул, но тут же его щёку обожгла звонкая пощёчина. Он ошарашенно прижал ладонь к лицу.

Девушка, оттолкнув его, метнула на него полный негодования взгляд и крикнула:

— Что ты творишь, извращённый сопляк!

— И-извращённый?! — Лукас растерянно раскрыл рот. — Я просто хотел подхватить тебя, чтобы ты не упала!..

— А нюхать зачем стал, если просто подхватить хотел?

Лукас покраснел до ушей. В её полном презрения взгляде он впервые в жизни почувствовал унизительное жжение стыда.

Он вспыхнул и, пытаясь оправдаться, выпалил:

— Да я просто… просто странный запах почувствовал!..

В ответ пылающий жар растёкся по другой щеке. Лукас шарахнулся назад.

Что за женщина вообще такая?..

После всех этих изматывающих тренировок синяки и ссадины были делом привычным — но чтобы кто-то вот так бил его по лицу, да ещё при всех — такого с ним ещё не случалось.

Сжав зубы от унижения, он зло уставился на девушку и уже открыл рот, чтобы рявкнуть что-то в ответ, как вдруг рядом оказалась Райна. Она с силой оттолкнула девушку в сторону.

— Ты кто такая, чтоб руки распускать?! Ведьма!

Талия, словно листок бумаги, отлетела назад от силы её натренированных верховой ездой рук. Лукас инстинктивно протянул руку, чтобы поймать её, но в тот же момент чья-то длинная рука перехватила её.

Длинная рука выхватила девушку прямо из воздуха. Лукас поднял голову — Баркас стоял в шаге от него и, держа её на руках, холодно глядел сверху вниз.

— …Похоже, вам всем нужно заново выучить основы дисциплины, — медленно проронил он.

Затем обернулся к побледневшей Райне:

— С сегодняшнего дня оба лишены права садиться на коня.

— Т-так нельзя! — Райна попыталась возразить, но Баркас уже отвернулся от неё, не желая слушать.

— Найди им строгого наставника, — бросил он Дарену. — Пока не освоят правила приличия как положено — за ворота замка ни шагу.

Не дожидаясь ответа, он направился к крепости.

За его удаляющейся спиной всё ещё раздавались восторженные крики воинов.

Большинство восточных жителей, поклоняющихся силе, казалось, были полностью очарованы им.

А вот слуги, напуганные его сокрушительной мощью, шептали молитвы или торопливо осеняли себя крестом.

Даже среди знати уже разгорались жаркие споры о том, не зашёл ли их будущий владыка слишком далеко.

Не обращая внимания на этот гомон, Баркас безмятежно покидал арену.

Райна, до сих пор следившая за его спиной, вдруг с опозданием выпалила протест:

— Это несправедливо!

Она обвела всех глазами, словно ища поддержки.

— Причина всего этого — та девушка! Так почему же мы должны быть наказаны?!

Но Лукас, не слушая сестру, что вот-вот разревётся, шагнул к изуродованному тренировочному двору.

Солдаты, убиравшие тело Алека Гутвана, поспешно расступились.

Присев на колено у почерневшего тела, Лукас придирчиво осмотрел работу брата.

Смерть пришла мгновенно — сердце было пробито насквозь. Из смятого нагрудника всё ещё сочилась густая кровь. Череп, расколовшийся при ударе о землю, медленно выпускал наружу сероватое месиво мозга.

Когда солдаты сняли с него искорёженный шлем, открылось его вытаращенное белёсое лицо и окровавленные губы, на которых застыла пена.

Кончина человека, которого ещё этим утром превозносили как сильнейшего мечника Востока, была поистине жалкой.

— На вид громила, а на деле так себе, — бросил Лукас.

— Не может быть, — Тайрон, подойдя ближе, горько усмехнулся и покачал головой. — В юности этот человек голыми руками тролля завалил. И в придачу к зверской силе обладал изумительным мастерством. Никто и подумать не мог, что он встретит такой бесславный конец.

Лукас с тревогой взглянул на него снизу вверх:

— Не обернётся ли это нам боком?

— Это был поединок, который приняли обе стороны. Если кто и решит поднять шум, Гутваны только посмешищем станут, — ответил Тайрон с ленцой. — К тому же, хотя формально вызов бросил молодой лорд, первым поставил под сомнение авторитет молодого лорда именно этот мужчина. Никто не посмеет обвинить дом Сиекан в этом исходе.

Завершив фразу, он задумчиво перевёл взгляд на группу аристократов:

— Однако среди лордов могут возникнуть разногласия.

Лукас тоже посмотрел туда, куда глядел Тайрон. Местные дворяне явно были ошарашены тем, что правитель юго-восточных земель сменился буквально за день.

Наблюдая за их встревоженным ропотом, Тайрон негромко вздохнул:

— Возможно, церемонию наследования придётся перенести на более ранний срок. Без сильного герцога этот хаос не утихнет.

* * *

— И что ты сердишься?

Талия, сжавшись на краю кровати, наконец не выдержала и резко спросила.

Всю дорогу обратно во дворец Баркас молча хранил угрюмый вид.

Это выводило её из себя. Ей положено было злиться. Разве не он проигнорировал её слова и бросился в бой?

Талия яростно уставилась на мужчину, перебирающего склянки на полке.

При воспоминании о том, как тот чудовищный мужчина ринулся на Баркаса, её тело пронзила дрожь, а желудок болезненно сжался.

Всё, что случилось потом, не тронуло её вовсе — она лишь хотела встать на колени и вознести молитву за то, что он жив.

И в то же время была готова избить его собственными руками за то, что заставил её так дрожать. Если бы не подкошенные ноги, она непременно бы так и поступила.