Глава 23

У покорности есть своя цена.

Обычно не знаешь, будет ли эта цена радостью или печалью, пока не столкнёшься с ней. И цена покорности, которую я заплатила сегодня, была высшей степенью мучения.

Потому что мне пришлось примерить и лично утвердить дизайн и ткани для целых девяти нарядов, а также шляп и перчаток.

— Так гораздо лучше.

И к тому же главным героем этой игры в куклы была вовсе не я, а Ру!

Он играл с моим телом, как ему вздумается.

Звучит немного двусмысленно, но, клянусь, это не преувеличение.

Рассевшись на длинном диване, словно полулёжа, Ру один за другим раздавал указания по поводу цвета ткани, её яркости, узора, сочетания с кружевом. Он был до отвратительности придирчив и дотошен.

— И это неплохо.

— Правда ведь? Это сейчас модный оттенок. У вас кожа светлая, прозрачная, поэтому идёт ещё лучше. При такой выразительной красоте, как у вас, обычно рекомендуют однотонные яркие ткани, но и такие пастельные бирюзовые оттенки вам тоже прекрасно подойдут.

Даже моим глазам, совершенно незнакомым с дизайном и рисунками, было видно, что у него превосходный эстетический вкус.

— Ткань возьмём вон ту.

Причём он даже не удостаивал взглядом те ткани, которые настойчиво рекомендовала хозяйка салона, а выбирал только то, что нравилось лично ему.

«Если уж шить из той ткани, что тебе нравится, то зачем было прикладывать её к моему лицу?»

Я уже почти два часа стояла, и ноги болели. Минут сорок я демонстративно излучала раздражение, сверля его взглядом.

— В этот раз пусть мисс Дейзи сама выберет ткань, которая ей нравится.

Он, будто проявив щедрость, передал решение мне.

Спасибо большое, конечно. Но какая разница? Всё равно ведь эти платья предназначены не для меня.

— Вот эту и вот ту.

Среди разноцветных тканей и кружев, разбросанных повсюду, я выбрала два самых броских образца.

А именно: ткань под названием «зебра, несущаяся по саванне» и кружево с вышивкой весенних цветов.

— Эти ткани… вы имеете в виду?

Я кивнула.

Вместо того чтобы смутиться, как я ожидала, в глазах хозяйки вспыхнули чёрные искры.

— Как и ожидалось. Женщин иногда тянет на смелые дизайны нижнего белья.

Что? Это была ткань для белья?

Я уставилась на Ру, который улыбался с видом «Какая вульгарная и безвкусная комбинация». И от этого улыбка только сильнее раздражала. Этот нахальный тип.

А вот хозяйка, словно охваченная внезапным вдохновением, долго кивала, а потом шепнула мне на ухо:

— Идеальное сочетание для незабываемой ночи. У вас прекрасный вкус.

В этот момент я мгновенно осознала.

«Ага. Эта женщина думает, что мы с Ру — та самая супружеская чета, виконт и виконтесса, переодевшиеся в простолюдинов».

Впрочем, неудивительно.

Меня ещё можно принять за кого угодно, но Ру с его дьявольской внешностью и непринуждённой манерой уж никак нельзя назвать обычным человеком.

Да и то, как он, не задумываясь, выбирал ткани для нарядов «виконтессы», — это явно поведение самого заказчика, а не случайного спутника.

— На этом проверка дизайна и тканей завершена.

Свобода!

Я быстро влетела в примерочную, натянула своё старое платье и выбежала. Никогда ещё моё убогое, старомодное платье не казалось мне таким милым.

Надвинув на лицо шляпу, я почти бегом выскочила наружу. Ру, глядя на моё бегство, тихо усмехнулся:

— Настолько ужасно было?

— Уж лучше уборка.

Хотя бы от скуки не трясёт.

Когда Ру, расплатившись, неторопливо подошёл ко мне, та самая сотрудница, что встречала нас у входа, нервно обратилась к нему:

— Э-э… господин. Вы, случайно, не работаете в особняке Вэзервудов?

— Да.

— Если позволите… можно узнать ваше имя?

Щёки девушки вспыхнули румянцем.

Ру мягко улыбнулся и ответил, словно это не стоило никакого труда:

— Когда одежда будет готова, достаточно связаться с особняком Вэзервудов.

— Н-нет, я имела в виду…

— Что вы там застопорились, мисс Дейзи? Вы же говорили, что это было ужасно.

— Господин!

Девушка в отчаянии схватила Ру за рукав. Но он спокойно освободил руку.

В отличие от хозяйки, которая сомневалась в нашей личности, эта служащая, похоже, безоговорочно поверила в его статус.

Ну, формально ведь это и правда так.

Ру прошёл мимо меня и толкнул тяжёлую дверь. Подперев её плечом, кивком указал на улицу. Я без возражений последовала за ним.

Он спокойно зашагал, но вскоре, недалеко от салона, вдруг остановился и стал отряхивать рукав пальто.

Это было то самое место, за которое его только что схватила девушка.

То ли он просто слишком аккуратный, то ли с характером у него что-то не в порядке.

Хотя… речь о Ру, так что скорее и то и другое.

— Я взял вас с собой, чтобы вы потренировались говорить. А вы выбираете какие-то ужасающие ткани для нижнего белья, в которых хоть по саванне скачи. Даже если вы присутствуете, толку от этого никакого.

Да, определённо оба варианта.

«Если ты хотел потренировать мою речь, нужно было предупредить заранее».

Но я не особенно беспокоилась из-за своей скупой манеры речи. В мужском теле я вполне могла бы выдавать длинные тирады.

— Ру.

— Ру?

— Мистер Ру. План изменился? Теперь я должна быть виконтессой, а вы виконтом?

— Виконтесса — это я.

Сказано было с такой уверенностью, будто он и вправду родился виконтессой.

— Тогда почему снимали мерки по моему телу?

— Так эффективнее. И потом, следуйте не туда, а сюда. Возвращаться в особняк ещё рано. Нам нужны ещё мужские обувь и одежда.

— …Мужская одежда будет по вашим меркам?

— А как же иначе? — Ру спокойно парировал и посмотрел на меня.

Одежда, сшитая по его меркам… значит, мне придётся превратиться минимум в 190-сантиметрового, вытянутого, стройного и подкачанного мужчину.

«Мне и в этом теле неудобно, а ты хочешь, чтобы я стала мужчиной на двадцать сантиметров выше?»

Это уж точно неэффективно. Куда удобнее было бы подогнать под тело, к которому я привыкла.

Вспомнив приблизительно рост Андерта, я сказала:

— Можно другой рост?

— Например?

— Рост — 180 сантиметров. Грудь, бицепсы и трицепсы развиты больше, чем сейчас, шея чуть короче. Талия тоньше, но бёдра…

— Это, случаем, не ваш ли вкус?

Что?! Я вздрогнула и замотала головой.

— Нет? Как можно? Это совершенно не так!

Ру склонил голову и уставился на меня подозрительным взглядом.

— Если не так, то почему такие подробные указания? Удивительно, право слово.

Ну, потому что моё тело было таким…

— Раз уж придётся двигаться, то с таким телом будет удобнее, вот и всё.

Подумав, я вдруг поняла, что расписала всё слишком уж по-извращенски подробно.

К счастью, Ру дальше не расспрашивал.

Вместо этого он свернул и вошёл в узкий тёмный переулок между домами. В испуге серый крысёныш торопливо юркнул в укрытие.

«Зачем он сюда… Неужели он придерживается принципа, что извращенцев нужно воспитывать кулаками?»

Когда я начала неуверенно замедлять шаг, Ру вдруг обернулся ко мне спиной.

— Вот так?

Я почувствовала, что что-то неловко изменилось, и его взгляд, устремлённый на меня, теперь был на целую голову ниже.

«Без заклинания использовал магию превращения?»

Безмолвная магия.

Добиться этого было непросто.

Даже по сравнению с высшей ступенью мечника, именуемого Мастером Меча, это было всего на одну ступень ниже.

Моё предположение, что Ру на самом деле императорский маг, получило ещё больше оснований.

— Плечи слишком широкие. Сделай их более человеческой ширины.

Хруст.

Со скрежетом костей тело Ру снова изменилось. Линия плеч стала уже, как я и просила.

— Кожа должна быть более загорелой. Запястья толще. И руки тоже массивнее.

Будто тень легла, цвет кожи Ру потемнел.

— Хм. Что-то… Кажется, общее телосложение в целом…

Цокнув языком, Ру спросил в недовольной манере:

— Кого же ты так себе воображаешь?

Я замялась.

Не могла же я ответить, что представляю прежнею себя… Может, сказать, что младшего брата?

Но если подумать, это выглядело бы ещё нелепее — лепить фигуру под брата.

Ру холодным голосом поторопил:

— Отвечай. Детородный орган должен быть крупнее? Или уменьшить?

— Какой такой «детородный орган» ты имеешь в виду?

Ру, до того глядевший на меня в упор, вдруг расплылся в весёлой улыбке.

— Как вы думаете, какой?

Вот именно, какой же?

Не опускай головы. Смотри только на лицо Ру. Сделай вид, будто не поняла.

И только не вздумай ради пустой гордости ляпнуть: «Разумеется, должен быть больше!»

Затянувшееся молчание заставило Ру сделать разочарованное лицо.

— Если не можешь сказать, то оставим так.

— …Да. Этого и так достаточно.

— Естественно, должно быть достаточно. Уже и в таком облике чувствуешь себя так, будто ходишь прижатый к земле.

Если с ростом под сто восемьдесят он себя чувствует так, то с моим ростом я, выходит, хожу, будучи закопанной в землю.