Глава 32

На третий день мы ходили слушать оперу. Было скучно.

На четвёртый день посетили концерт. Было невыносимо скучно.

На пятый день...

«Нет, возьми себя в руки. Если я так и дальше буду лениться, то не только не узнаю ничего о Диане Кехте и заказчике, но и испорчу отношения с дворецким-убийцей. Каким бы это ни было утомительным, но уж второе слишком проблемно».

Никакого безделья.

Надо выжать всё, что только можно, пользуясь положением виконта Вэзервуда, правда?

Вернёмся к третьему дню.

Третий день.

— Дорогой, вставай, к тебе пришли.

— М-м?

Я проснулась после сладкой дремоты во время оперы и увидела знакомые лица друзей, ждавших меня.

Они посмотрели на меня, всё ещё полусонную, с некоторым смущением, а затем натянуто улыбнулись.

— Видимо, спектакль оказался… немного скучноватым для вас. Узнаёте нас? Вчера мы вместе смотрели поединок рода Беркли-Грейтон.

— Мы были очень удивлены, когда узнали, что вы — виконт Вэзервуд.

Это были сын владельца газеты и сын банкира, которые вчера объясняли мне о дуэлях дома Беркли-Грейтон.

Но их вчерашняя развязная манера куда-то исчезла, речи и выражения лиц были подозрительно натянутыми. Видимо, им мешал мой титул виконта.

Впрочем, если выясняется, что человек, с которым ты свободно общался, — виконт… то внутри невольно становится неловко.

Я широко зевнула и похлопала их по плечу.

— Как я мог забыть друзей? Этот светловолосый джентльмен — сын владельца газеты, Е…квин. Этот черноволосый джентльмен — сын банкира, Волка… рси.

— Хм. Я — Егерси, а это — Волквин.

— Вы явно забыли.

Ну да, кажется, так их и звали.

— Вчера я толком не представился. Меня зовут виконт Грей Вэзервуд. А это моя жена, Мориан Серенье. Говорите со мной свободно, друзья. Или я недостаточно хорош, чтобы быть вашим другом?

Егерси округлил глаза и замахал руками:

— Ч-что вы! Ни в коем случае!

— Вот и прекрасно. Не люблю неловкости. А если кто-то заставит меня чувствовать себя неловко, я тут же встану и уйду.

— …Вы правда хотите, чтобы мы говорили с вами свободно?

— Считайте, что я неудачно выразился и забудьте.

Егерси и Волквин переглянулись с неожиданным выражением, потом осторожно предложили:

— Если ты так говоришь… в общем, мы хотели кое-что спросить. У тебя есть планы после спектакля?

— Нет.

— Отлично. Тогда пойдёшь с нами? Мы заказали места на террасе, хотим пропустить по стаканчику. Но там остались свободные места. Ах, разумеется, виконтесса Вэзервуд тоже приглашена.

Меня приглашают — это приятно. Но и Ру тоже зовут?

«Взять Ру с собой, значит…»

Я прекрасно помнила вчерашнюю партию.

Ру не проиграл ни разу, пока я терпела двадцать три поражения подряд. Чем больше я злилась и раздражалась, тем счастливее он улыбался.

Вряд ли перед людьми будет иначе.

В воображении мгновенно возникла картина: Ру, играющий и язвящий, я, корчащаяся от злости, и эти двое, наблюдающие за нами.

Ужас.

— Нет.

— Нет? В каком смысле?

Я серьёзно посмотрела на Ру и без улыбки ответила:

— Моя жена слишком красива. Это опасно.

— ...Ах, вот как?

Прикрыв рот ладонью, Ру мило усмехнулся и похлопал меня по плечу.

— Ах, дорогой! Ты меня смущаешь!

От его искренне-застенчивого выражения у меня побежали мурашки.

Без малейшей фальши, в образе безупречной дамы, Ру вежливо обратился к Егерси и Волквину:

— К сожалению, у меня договорённость с другим человеком. Пожалуйста, позаботьтесь о моём муже.

— Какая досада. Ну что ж, в следующий раз.

Встреча? Впервые об этом слышу. Я наклонилась к Ру и шепнула:

— Встреча? С кем?

— Секрет.

Хм.

«Он что-то замышляет».

И правда, со вчерашнего вечера он подозрительно тих.

— Смотри, не встревай в неприятности, ладно, дорогой?

Хотела было я сама предостеречь его, но он опередил меня.

— ...Хорошо.

Мы вышли из оперного зала и спустились вниз.

На среднем уровне Блэк Лагал находилась небольшая галерея, где можно было любоваться небом за чашкой чая, самое то.

Не успели мы сесть, как первым заговорил Волквин:

— Грей. Можно звать тебя Греем? У вас с супругой очень хорошие отношения.

— Я тоже был удивлён. Серенье — это ведь одна из старейших и самых знатных семей королевства Астроса. Добраться сюда из таких мест непросто. Видимо, жена и правда очень тебя любит.

Я с удивлением посмотрела на Егерси.

— Ты знаешь род моей жены?

— Ну, я учился за границей в Северном Союзе. Ах, какая же там удивительная культура! Особенно королевство Астроса — сердце северного континента, там есть чему поучиться.

После этого он довольно долго рассказывал истории из своей студенческой жизни.

Информация и опыт Егерси, второго сына владельца крупной газеты, были во многом новы для меня.

— Как вам известно, из-за Северного хребта культурный обмен между нашей империей Пен Лота и Северным Союзом оставляет желать лучшего. Отец хотел бы открыть там филиал. Теперь, когда Магическая война закончилась, если занять нишу заранее, рост будет невероятный.

— ...Выходит, ты регулярно общаешься с людьми с Севера?

— В какой-то мере. Количество профессоров факультета культуры Северного континента, которых мы спонсируем, превышает двадцать. Грей, если у тебя будут дети, обязательно сперва обратись ко мне. Среди аристократов сейчас бум на северную культуру. Репетиторы по иностранным языкам нарасхват.

Кафедра северной культуры… Такие люди наверняка хорошо осведомлены и о знатных родах вроде Серенье.

«А ведь род Серенье явно связан с Ру».

Раз он сказал, что использование личности Серенье не вызовет проблем, значит, должна быть глубокая связь.

Если покопаться, можно найти подсказку к разгадке личности Ру.

Я, будто ненароком, предложила:

— Если бы ты мог познакомить меня хотя бы с одним из тех профессоров, моя жена была бы очень рада.

— Это несложно. Мы же друзья.

— О, спасибо, друг! Ах да, раз уж речь зашла о профессорах… А у них нет, например, курса по поискам сокровищ?

— Поиск сокровищ? То есть археология?

— Ну, к примеру, реликвии Диана Кехта.

Взгляд Егерси мгновенно стал настороженным.

«Он что-то знает?»

Чтобы вытянуть полезную информацию, надо было сперва снизить его бдительность.

Я помахала книгой <Семь великих тайн континента: версия для детей> — той самой, что Ру читал рядом со мной, пока я дремала.

Сумочка у леди была слишком крохотной, так что носила её я, как заботливый муж.

— Кажется, у жены появился интерес после этой книги. В чужой стране мало развлечений, вот и подумал, может, отправимся в исследовательское путешествие.

Выражение Егерси немного смягчилось.

— Исследование? Вот чёрт… Грей, ты и правда...

— Наивный.

— Да, Волквин. Наш новый друг Грей слишком наивен. Даже тревожно за него становится.

Это шутка высшего общества? Или насмешка?

Егерси, потирая подбородок, наклонился ближе и шёпотом сказал:

— От таких вещей, как весёлая экспедиция с супругой, проще говоря, лучше отказаться. Реликвии Диана Кехта опасны. Точнее, в последнее время они стали особенно опасны. По какой-то причине на них положили глаз очень опасные люди.

Опасные люди.

«Вот оно».

Я сразу поняла: «Среди тех самых «опасных людей», о которых он говорит, наверняка есть и мой заказчик».

Особенно учитывая, что заказчик наверняка рылся не только в делах рода Вэзервуд, но и в других местах. Ведь реликвий Диана Кехта целых пять.

Это была сенсационная новость. Но показывать чрезмерный интерес нельзя, Егерси был слишком проницателен и мог заподозрить неладное.

Я, словно дилетант, выдала короткий комментарий, будто речь шла о какой-то интересной легенде:

— Опасные люди? Неужели правда, что если собрать все пять реликвий — станешь бессмертным?

— Этого я не знаю. Но во всяком случае это опасно, так что ищи другие развлечения.

— А чем опасно? Становится всё любопытнее. Правда, Волквин? Ну так кто же эти опасные люди? Император? Тайные ордена?

— А-ха-ха… Грей, в тебе есть что-то по-детски непосредственное. Тайное общество — такое выражение я слышал в последний раз в детстве.

Волквин засмеялся, но лицо Егерси оставалось мрачным.

Тогда Волквин, словно что-то подозревая, понизил голос:

— Что с тобой, Егерси? Неужели правда связаны император и тайный орден?

Хорошо! Спрашивай дальше! Давай!

— Ну это…

Егерси прикусил губы, потом зажмурился и тяжело выдохнул:

— ...Достаточно. Не втягивайте меня в неприятности, болваны. Я ещё должен успеть увидеть свадьбу собственного ребёнка, прежде чем умру!

— Ха-ха… Сначала сам женись, а потом такие речи говори, Егерси.

Свадьба? Что ж, тема как раз подходящая, чтобы плавно перейти к следующему.

— А как насчёт Джин Беркли-Грейтон?