Глава 98

Сразу после инцидента с праведными сектами турнир снова продолжился по плану. Однако воины Демонического культа больше в нём не сражались.

Будучи однажды оскорблёнными лишением права участия, они не собирались униженно заявляться туда лишь потому, что им вернули эту возможность. Им было важно не участие в турнире, а сам факт восстановления утраченного статуса, чтобы сохранить достоинство.

Раз уж цель достигнута, не было нужды задерживаться дольше. Однако была договорённость остаться в Лояне, чтобы вместе присутствовать на официальном закрытии турнира.

Поэтому последователям Демонической секты, прибывшим сюда, позволили немного расслабиться и отдохнуть.

— Кьяха!

Как обычно, день выдался неспешным: я играла с Хараном, который висел у меня на руках и покусывал мой палец.

Хёк Доджин сказал, что ему нужно ненадолго отлучиться, и в Золотом Цветочном Павильоне осталось чуть больше десяти человек для охраны.

Я сидела на первом этаже, держа Харана на руках, беседуя с Джу Хварин и перекусывая сладостями с чаем, когда вдруг распахнулась дверь павильона и внутрь вошла группа людей.

Стражник, стоявший у входа, повернулся и преградил путь входящим.

До того как Демоническая секта полностью выкупила это здание для своего использования в Лояне, сюда часто заходили ради еды или ночлега.

Я решила, что это такие же обычные посетители, и не обратила внимания, продолжая играть, но голос стражника не стихал.

Подняв голову, я посмотрела в сторону двери.

Шестеро человек стояли у входа, что-то объясняя стражнику. Среди них одна фигура показалась мне знакомой.

Кто же это?.. Маленькое лицо, чёткие черты. Настоящая красавица. Моргнув, я вдруг вспомнила и тихо вздохнула.

Это была та самая женщина, что совсем недавно постоянно держалась рядом с Моён До в день поединков.

Я передала Харана Джу Хварин и поднялась с места.

— ...Как бы ни были влиятельны Пять Великих Семей... — начал было стражник.

— Всё в порядке.

Я остановила его и взглянула на женщину. Вблизи её красота была ещё более поразительной. Увидев, что я вышла, она удивлённо распахнула глаза, посмотрела на меня, а потом собралась и приняла серьёзный вид.

— Прошу прощения за внезапный визит. Я — Пэн У Рён из клана Пэн в Хэбэе.

— Вы младшая сестра госпожи Пэн Рён Рён?

— Вы знаете мою сестру?

— Как я могу не знать? Она известная героиня в мире праведных сект. Пожалуйста, проходите внутрь.

Провожая нас в гостевую комнату, Джу Хварин тихо двигалась, наблюдая за ситуацией. Я устроилась и предложила Пэн У Рён место. Она слегка поклонилась и села, велев пятерым спутникам оставаться позади.

В это время Джу Хварин подала ароматный чай.

— Пожалуйста, угощайтесь. Поскольку у нас здесь нет налаженной связи, я не знала о вашем визите и не смогла подготовить должный приём.

— Это моя вина, что я явилась без предупреждения. Ах, примите это, пожалуйста.

— Что это?

Я взглянула на красную шкатулку, которую она протянула. Пэн У Рён мягко улыбнулась.

— Это и в качестве извинения за столь внезапный визит, и в качестве подарка для госпожи.

Внутри лежали шесть корней.

— Это корни небесного дикого женьшеня с горы Тайшань.

— Такой драгоценный подарок... Могу ли я принять его?

Я серьёзно посмотрела на неё, закрывая крышку.

Пэн У Рён мягко кивнула с лёгкой улыбкой, как бы говоря, что тут нет никакой скрытой цели. Но я не могла принять это за чистую монету. Это ведь бесценный небесный дикий женьшень.

Тот факт, что она дарит целых шесть корешков, наверняка означает нечто большее, чем простое желание подружиться.

С улыбкой я попыталась понять её намерения.

Я слышала краем уха, что Пэн У Рён чувствует себя в тени своей старшей сестры, Пэн Рён Рён.

И это неудивительно. Пэн Рён Рён была единственной женщиной в клане Пэн из Хэбэя, которая почти в совершенстве овладела их семейным боевым искусством «Пять тигров, разрубающих врата» и стала мастером непревзойдённого уровня.

Хотя разница в возрасте между ними составляла почти двадцать лет, и сравнивали их крайне редко, но даже малейшие сопоставления задевали самолюбие У Рён.

Однако и она была весьма выдающейся — в совершенстве постигла Непрерывный Белый Меч Неба и Земли и считалась настоящим гением.

А если добавить ещё и её красоту и поддержку влиятельной семьи, то вполне естественно, что она являлась одной из Четырёх Драконов и Четырёх Цветков.

Что же привело ко мне Пэн У Рён, у которой, казалось бы, всё есть?

Я ненадолго задумалась и решила осторожно прощупать почву:

— Скажите… у вас ведь есть какая-то просьба ко мне?

— Нет. Как я могу просить вас об одолжении, госпожа? Я просто хочу извиниться и наладить отношения.

Слишком уж смиренно. Но я ведь госпожа Демонического культа, а не праведных сект. Ей вовсе не нужно было вести себя так скромно передо мной.

— Понятно. Спасибо.

Я улыбнулась и намеренно оборвала разговор. Воцарилась тишина.

В неловкости, вызванной прекращением беседы, Пэн У Рён бегло скользила глазами по мне, изучая мою реакцию.

Я спокойно отпила из чашки, ожидая, когда же она заговорит первой.

— Я…

Вскоре, как я и ожидала, Пэн У Рён наконец прервала молчание.

Я отставила чашку и подняла взгляд. На её лице мелькнуло смущение.

— Та история на днях… Очень жаль, что так получилось. Всё произошло из-за недоразумения между сторонами, но в итоге привело к вражде. На сердце тяжело.

— Не думаю, что это было просто недоразумение. Слишком много всего произошло, чтобы назвать это «недоразумением».

Услышав мои слова, Пэн У Рён со смущённым видом торопливо кивнула.

— Д-да, вы правы. Слишком серьёзно, чтобы списывать на простую ошибку. Это было скорее… как бы точнее выразиться… — она забормотала. Её слова теряли тему и направление, беспорядочно сталкиваясь друг с другом.

Что же она всё-таки хочет сказать? У неё ведь наверняка есть какая-то цель, но это бесконечное хождение вокруг да около только раздражало.

Наверное, это было последствием перенесённой боли. Мне никогда особо не нравились пустые разговоры.

Если болит — надо сказать, что болит. Если вылечить нельзя — значит, нельзя. Лучше сразу провести чёткую линию, чтобы не строить пустых надежд.

Вот почему поведение Пэн У Рён мне совсем не нравилось.

— …Так что мой старший тоже…

— Ха-а…

Я громко вздохнула, перебивая её.

Плечи Пэн У Рён вздрогнули. Я поставила чашку на стол и пристально посмотрела на неё. Её взгляд беспокойно скользнул по мне.

Я ритмично постукивала пальцами по тыльной стороне ладони, потом откинулась на спинку стула и тихо сказала:

— Давайте сразу к делу. Чего вы хотите? От меня или от Демонической секты. Иначе зачем бы вы сюда пришли?

— …

Прямой вопрос заставил Пэн У Рён закусить губу, размышляя. Я ждала, пока она наконец заговорит.

— …Мне нужна помощь.

А ведь только что говорила, что ничего не нужно. Я усмехнулась про себя и спокойно спросила:

— Какая именно помощь?

— Вы знаете Чха Ёнхву?

Пэн У Рён быстро ответила на мой вопрос. Чха Ёнхва? Чха Ёнхва…

— Чха Ёнхва? Вы имеете в виду Первую вершину Хуашаня? Самую драгоценную ученицу, гордость секты?

— Да, верно.

— Конечно, знаю. Она очень известна. Но при чём тут она?

— Тогда, может, вы знаете и о том, что герой Моён До питает к ней нежные чувства?

Слова, сорвавшиеся с её губ, оказались довольно шокирующими.

Я думала, зачем она завела речь о Чха Ёнхве, так теперь ещё и упомянула Моён До, и этим дело явно не ограничивалось.

Я нахмурилась, а Пэн У Рён, будто готовая к такой реакции, быстро продолжила:

— Чха Ёнхва – первая красавица и наследница Хуашаня. Но Хуашань – это секта даосов, и если девушка становится мечником цветущей сливы, заключить брак будет чрезвычайно трудно. Разве что муж придёт в её дом, но тогда он не должен быть мастером боевых искусств, а если и является мастером, то не должен быть наследником знатного клана или известной школы. Но ваш брат – будущий глава клана Моён, один из сильнейших мастеров, владеющий техникой Двух Полюсов. Поэтому…

— Погодите-погодите.

Я быстро прервала беглую речь Пэн У Рён. Она замолчала и посмотрела на мою поднятую ладонь, слегка склонив голову. В её глазах мелькнуло недоумение. Я внимательно посмотрела на неё, собрала мысли и спросила:

— То есть вы хотите сказать, что мой брат влюблён в первую вершину Хуашаня, но их отношения обречены, так?

— Я не всё сказала, но да, вы правы.

— …И к чему вы это?

— К чему… простите?

Я пристально посмотрела на Пэн У Рён, которая ответила вопросом на мой вопрос. Она не понимала меня.

— Зачем вы рассказываете мне о том, что мой брат влюблён в первую вершину Хуашаня и что они не будут вместе? Это проблема для вас?

— А?..

— Как вы и сказали, их союз невозможен. Хоть он и влюблён, хоть будет тосковать — он не откажется от своего клана ради Хуашаня. А Хуашань тоже не захочет ссориться с кланом Моён. Поэтому, естественно, они не будут вместе. Но это проблема для вас?

— Это…

Её нерешительность заставила меня почувствовать неладное. Я внимательно следила за её словами и действиями, строя предположения. Мои глаза сузились.

Может, всё наоборот? С этой точки зрения всё обретало смысл.

— Клан Моён — не даосская семья, так что даже если она станет мечником цветущей сливы, это не будет препятствием для брака. Нет, скорее наоборот: если столь знаменитая первая вершина Хуашаня, их Феникс, станет госпожой семьи Моён, они будут только рады этому союзу.

Лицо Пэн У Рён исказилось. Её реакция подтвердила мою догадку.

Я чуть расслабилась, откинулась на спинку кресла и, глядя на неё, тихо произнесла на выдохе:

— Госпожа Пэн У Рён.

— Да?..

— Я не люблю, когда мне врут. А ещё больше — когда увиливают.

— …

— Говорите честно. То, что вы сказали, верно с точностью до наоборот, не так ли? Это Чха Ёнхва влюблена в моего брата. И если она откажется от звания мечника цветущей сливы, их брак не встретит никаких препятствий… Так ведь?

Она прикусила губу и замолчала. Я поняла, что попала в точку, и медленно усмехнулась:

— А вы этим недовольны, потому что сами любите моего брата… Верно?

— …

Её губы сжались в тонкую линию.

Я окончательно убедилась и тяжело вздохнула.

И та, и эта…

Всего несколько недель назад поднялся большой переполох из-за того, что Чок Биволь из Школы Змеиной Крови возжелала моего брата, а теперь вот ещё и Пэн У Рён заявляется с признанием.

Вот оно, горе младшей сестры, у которой такой популярный брат.

Лучше бы она пошла и призналась самому Моён До, зачем приходить ко мне и устраивать это?

Я протянула руку к чашке и слегка приподняла её, но она была уже пуста. Цокнув языком, я поставила её обратно и посмотрела на всё ещё молчавшую Пэн У Рён.

В отличие от Чок Биволь, Пэн У Рён была внучкой главы клана Пэн, Пэн Ак Чхоля. Причём внучкой по прямой линии. Со временем она унаследует семейное боевое искусство Пять тигров, разрубающих врата. К тому же клан Пэн славился выдающейся физической мощью.

Если бы у брата и Пэн У Рён родился ребёнок, он унаследовал бы всё лучшее. Не был бы таким слабым, как я.

Если так смотреть, Пэн У Рён — не худший вариант. Во всяком случае, лучше, чем Чок Биволь.

Но если сравнивать её с Чха Ёнхвой… честно говоря, Феникс из Хуашаня выигрывала. И мастерством, и репутацией. Да и сама секта Хуашань явно была лучше, чем замкнутый клан Пэн из Хэбэя.

С этими мыслями мне стало понятно, зачем Пэн У Рён явилась ко мне.

Пока я собирала всё воедино, она, похоже, тоже разобралась в себе и, глядя на меня, с решительным видом заговорила:

— У меня есть просьба.

— Говорите.

Максимум, о чём я могла подумать — это попросит свести её с братом. Я приготовилась выслушать.

Пэн У Рён сжала губы, а потом решительно открыла их:

— Расскажите, как вы соблазнили младшего лидера Демонического культа?

— …Что?

Что я сейчас услышала?..