/
Том 1
25 из 141
Глава 6
И Джэ проснулась на рассвете и села в позу лотоса. В прошлой жизни она медитировала ежедневно — ничто так не очищало тело и дух.
Она долго пренебрегала практикой, боясь странных взглядов при дворе, но ни король, ни Дебора не возражали. Так что теперь она предавалась медитациям всё чаще.
Сколько времени прошло? И Джэ открыла глаза и пробормотала себе под нос оправдание, к которому прибегала всякий раз, когда оказывалась в трудной ситуации:
— Ладно. Нельзя же стать вдовой всего через месяц после свадьбы.
Она уже родилась сиротой и обладала духовным зрением.
Но, не снискав благосклонности богов, она прожила жизнь, не принадлежа ни этому миру, ни иному.
Она ушла из жизни молодой и сразу же вышла замуж за первого встречного. Казалось, что она будет глубоко несчастна, если и он отправится вслед за ней.
Раз она сама сказала, что у него есть причина победить, то и ответственность за эти слова хотела бы разделить.
Решившись, И Джэ наполнила углублённую чашу чистой водой.
У шаманов, помимо талисманов, есть своё оружие — «мугу».
Кто-то использует веера, кто-то — разноцветные флажки или колокольчики.
Для И Джэ это были чётки и лук.
Отдать своё мугу — всё равно что отдать часть себя.
И было горько осознавать, что никто не понимал этого значения.
Это всё равно что отдать пусть и не сердце, но как минимум одну почку. Не сравнить даже с куриными ножками.
Уже передав чётки королю, И Джэ глубоко вздохнула перед чашей.
Она сожгла над водой два талисмана, затем приложила к солнечному сплетению указательный и средний пальцы, зашептав заклинание.
Перед глазами не было призраков, поэтому заклинание получилось мягким и широким.
Это было всего лишь благословение — чтобы придать силы королю.
— Гань-жи-жэнь-у, бу-ши-чжи-цзай.
— В мире рождаются те, кто несёт великую силу.
— Где бы он ни был, что бы ни делал — вы не посмеете тронуть того, кто пришёл в этот мир под сенью великой судьбы.
Дыхание стало прерывистым, но, странным образом, это было терпимо.
«Бабушка… Видимо, суровая среда — лучший стимул к росту мастерства».
«Жизнь, как всегда, учит практике, а не теории».
И Джэ выплеснула воду с пеплом в окно, пару раз прокашлялась и плюхнулась на кровать.
* * *
Сегодня Родерик выглядел особенно угрюмым.
— Может просто пристрелю его?
Он дёрнул тетиву, проверив натяжение.
Джейд вздрогнул, проследив за взглядом короля. Лоренс стоял к ним спиной, и трудно было сказать, как долго он так стоял.
Неужели приступ безумия без всяких предвестников?
Раньше такого не было…
— Ваше величество…
— Эй, успокойся. Просто подумал вслух.
Учитывая всю его репутацию, немудрено, что даже такие шуточки вызывали у окружающих озноб.
Джейд, пристально следивший за лицом короля, осторожно добавил:
— Но, в общем… их отношения были невинными. Герцог Дункан яростно противился и следил за ними.
Уловив, что речь зашла о плотских отношениях, Родерик приподнял бровь:
— Зачем ты поднимаешь такие низменные вопросы? Это было до свадьбы, у королевы тоже есть личная жизнь.
— …Я тоже так думаю.
«До свадьбы, личная жизнь… Тогда почему вы, ваше величество, так раздражены?»
Тем более всего за четыре дня до свадьбы он сам сказал Хэйли, что его не волнует, кто в её сердце.
— Герцог противился, и это было абсолютно логично. Наверняка с самого рождения дочери растил её как будущую королеву.
«И что… теперь мне, выходит, надо ещё и быть благодарным ему за это?»
Родерик с явным раздражением на лице вдруг что-то вспомнил и спросил:
— Джейд, Лоренс ведь бросил Хэйли, верно? Я так понял из докладов.
— Да. После того как слухи о королевском браке всплыли, это стало для него серьёзным бременем, и он первым предложил расстаться.
— А Лоренс вообще в том положении, чтобы бросать Хэйли?
— …Что?
Джейд растерянно переспросил, но король, кажется, говорил абсолютно серьёзно.
— Кроме того, что он в юном возрасте стал рыцарем, в нём нет ничего особенного. Характер, лицо… Ну, объективно говоря, по всем параметрам Хэйли куда лучше.
— Но Лоренс — один из лучших мечников Кайена. В технике владения мечом он превосходит даже вас и меня. И его будущее весьма перспективно. Вы же сами это признавали, ваше величество. А сейчас… вы несколько необъективны.
Это была та фраза, которую мог позволить себе сказать только друг. Джейд продолжил:
— Но всё равно, продолжать тайные встречи — это тоже было бы неправильно. По-моему, он вовремя и правильно поставил точку.
Родерик тоже это понимал. Но на лице его оставалось недовольство — будто что-то продолжало его коробить.
— Я не о том. Я о том, что расставание должна была инициировать Хэйли, а не Лоренс. И вообще, в тот день королева… выглядела совсем не так, будто «поставила точку».
Вот что его бесило.
Королева, как правило, вела себя сдержанно. Иногда молчала, но никогда не позволяла себе слёзы.
Но тогда она не справилась с эмоциями, её трясло, а слёзы текли ручьём — и из-за этого Родерик не мог сосредоточиться всю охоту.
«Сейчас из-за меня вы в затруднительном положении, не так ли?»
Но когда она извинялась сквозь слёзы… ему захотелось притянуть её и поцеловать.
Что он, собственно, и сделал в какой-то момент.
Тем временем Джейд, наблюдая, как Родерик с каждым днём всё больше теряет голову, осторожно заметил:
— Вы стали намного ближе с её величеством… Она вам действительно так нравится?
— Кто знает.
Родерик ответил уклончиво, но его взгляд прилип к платку, привязанному к поводьям.
Для Джейда это было красноречивее любого «да».
— Чем больше я её узнаю, тем страннее она кажется.
— …
— То кажется, что она открывает душу… а потом понимаешь, что это не так.
— …
— Она определённо что-то скрывает. В этом я уверен. И всё же… она по-своему удивительно честна. Иногда кажется, что понимаешь её мысли, а иногда она остаётся полной загадкой.
Джейд искоса посмотрел на короля:
— Тогда попробуйте надавить на неё. Разве не так проверяют чужие намерения? Вы-то должны знать. По-моему, ваше величество сейчас… Вы сейчас слишком явно показываете, что увлеклись.
По мнению Джейда, если король так одержим мыслями о ней — значит, уже слишком поздно что-то менять. Ведь королева, кажется, не испытывает подобного любопытства к нему.
На самом деле, если сравнить, король искал встречи с ней гораздо чаще. Она сама инициировала их лишь пару раз — всего два чаепития.
Но они не знали: каждый раз это происходило именно в те моменты, когда Родерик больше всего нуждался в поддержке.
Родерик фыркнул в ответ на совет Джейда:
— Видно, ты не до конца её понял. Если «надавить» на королеву — она отдалится аж до границ Кайена. Она знает, что я её подозреваю.
— …
Чем больше он думал, тем больше странностей всплывало.
— Она совсем не выглядит заинтересованной в делах своего дома. Скорее, даже испытывает отвращение.
— Разве можно её винить? Вы же знаете, каким отцом был герцог.
— Но она вошла в королевскую семью без единого союзника. Разве это возможно? Это же ты докладывал, что она покорная дочь.
— …
— А между тем она уже дважды выставила собственного отца дураком. Без малейших колебаний.
Джейд кивнул:
— Признаю, отчёт был неточным. Я уже распорядился провести новое расследование.
Но Родерик раздражённо махнул рукой:
— Слишком поздно спохватились. Вам бы хоть половину её проницательности! Вы знаете, насколько быстро она читает людей?
— …
— Хэйли определяет, спал я или нет, по одному взгляду. Настолько, что если я совру — она сразу поймёт.
Хотя Кан И Джэ и правда отличалась внимательностью, но в данном случае причина была не в ней.
Сегодня недопонимание продолжало углубляться.
А Джейд, ни за что получивший выговор из-за этого недопонимания, только молча смотрел на Родерика.
«Мы с вами — совершенно разные люди. Вы делите с ней постель, а я — нет. Будь у меня столько же возможностей наблюдать за ней и тем более делить с ней постель, я бы тоже всё понял».
Но он промолчал.
Потому что король всё ещё раздражённо щёлкал тетивой, глядя на спину Лоренса.
Король был одним из немногих, кто мог составить конкуренцию Джейду в бою.
Если сейчас завести речь о «постели» — король мог направить свой гнев на него. А это никому не нужно.