/
Том 1
39 из 141
Глава 8. К голосам мёртвых
Пятый король, Ноэль Провизио Блейк, был рождён в соответствии с брачной политикой предыдущего короля [1]. Он был единственным из королевской семьи, кто обладал способностями как королевского рода, так и рода Дунканов.
Однако после его смерти все силы на континенте начали угасать.
В конечном итоге, сила Даймона [2] исчезла полностью, а новые представители королевской крови больше не обладали способностями владеть Священным Мечом.
Но перед самой кончиной Пятого короля…
- Из «Обращения к будущим королям», страница 103
* * *
Король выглядел так, словно вот-вот сорвётся — таким он не был уже давно.
— Повтори ещё раз.
Когда король уставился на присутствующих ледяными голубыми глазами, в зале стало по-настоящему холодно.
— …На западной границе произошли локальные стычки.
— Это силы восстановления Даймона?
— Да, но граница в безопасности благодаря успешной обороне.
— Армия сейчас хвастается этим передо мной?
На тыльной стороне сжатого кулака короля вздулись вены. Аристократы, поддерживающие корону, поспешно опустили головы.
— Разве ты не докладывал, что их полностью подавили?
— Прошу прощения… Мы атаковали то, что считалось их оплотом...
Родерик, раздражённо откинув с лица волосы, оглядел зал. Его взгляд остановился на герцоге Дункане, едва заметно усмехнувшемся уголками губ. Гнев Родерика внезапно сменился ледяным спокойствием.
Аристократы, выступавшие против короля, один за другим начали высказываться:
— Надо бы призвать к ответу командира западного гарнизона, ваше величество. Этого вполне достаточно, чтобы сместить его с поста.
— Именно. Он не справился с возложенными обязанностями.
Сторонники короля смотрели на него, ожидая реакции. Хотя герцог Дункан молчал, Родерик, уже справившийся со вспышкой гнева, не сводил с него взгляда.
Повод для наказания был очевиден. Однако одно неосторожное движение — и он может дать герцогу Дункану лишний повод для давления. Пока король колебался, напряжение между фракциями только нарастало.
Родерик отложил решение.
— Я обдумаю это. После получения подробного отчёта от армии приму меры.
Когда король покинул зал, Джейд сразу последовал за ним.
— Ваше величество, что собираетесь делать? Почему не прихлопнули их сразу?
— А что, по-твоему, я должен просто бросить западную границу?
Если задуматься, эти люди оказались на удивление живучими. С момента падения Даймона прошло уже пять сотен лет. Континент давно забыл это имя.
Но почему именно сейчас они снова активизировались?
Он невольно поддерживал подозрения предыдущего короля.
Погружённый в размышления, Родерик бросил косой взгляд на своего верного друга.
— Вот почему я сказал, что тебе стоит отправиться на запад.
— Разве это не было просто попыткой уязвить самолюбие герцога?
— Лучше ты, чем Альберт Дункан.
Старший Дункан не нравился ему, но и средний не внушал доверия. В этом семействе не было ничего привлекательного, кроме младшей Дункан.
— ...Если меня не будет, кто защитит вас, ваше величество?
На самом деле Джейда не особо тревожила безопасность короля. Он волновался скорее о том, кто будет сдерживать разъярённого монарха и защищать остальных от него.
Вдруг он вспомнил о человеке, который жил во дворце королевы. Это был один из главных сторонников короля и опытный член группы подавления.
И тут к ним подошёл камердинер.
— Направитесь к королеве, ваше величество?
Он собирался дать знак послать весточку, но, немного подумав, Родерик покачал головой.
— Нет. Пойду в кабинет.
Ему не хотелось снова поднимать тему Дунканов перед Хэйли. Тем более не хотелось говорить о Даймоне или политике.
Он не желал раскрывать свои сложные чувства и не хотел расстраивать и без того встревоженного человека.
Король продолжил свой путь.
Родерик, усевшись за письменный стол, достал из ящика старую, изъеденную временем рукопись. На обложке книги были начертаны символы, понятные лишь членам королевской семьи.
「Обращения к будущим королям」
Он прочитал его лишь раз после восшествия на престол и больше не открывал. Но теперь Родерик медленно перелистывал страницы.
У династии Блейков был завет, передававшийся из поколения в поколение.
Не доверяй Дунканам.
Покойный король отправил Альберта Дункана с запада на юг именно потому, что движение за восстановление Даймона вспыхнуло у западной границы. А корни дома Дунканов уходили в Даймон.
Но были ли эти древние подозрения действительно оправданы?
Родерик нахмурился и через некоторое время подозвал Джейда:
— Командир рыцарей.
— Да, ваше величество.
— Вызови принца.
Джейд замешкался — брат короля сейчас находился не в Кайене.
— Э-э… Думаю, он будет не в восторге.
— Пусть уже бросает свою учёбу и едет помогать. Разве я единственный член королевской семьи в этой стране?
— …
— Когда в стране кризис, долг королевской семьи — встать и действовать.
Джейд выглядел озадаченным.
Род Блейков издавна проявлял особую чувствительность к Дунканам и всяческим движениям по возрождению Даймона. Пограничные конфликты нередко использовались в политических целях, а Дунканы стояли во главе антикоролевской фракции — это было вполне логично.
Но даже так назвать происходящее «кризисом» в стране было бы преувеличением.
— Ваше величество, позвольте заметить, у них недостаточно сил, чтобы развязать полномасштабную войну.
Родерик покачал головой:
— Но и оставлять всё как есть — тоже не выход. Джейд, у тебя здесь и так полно дел. А послать Альберта Дункана я не могу. Поэтому отправим кого-то из королевской семьи в качестве советника. Получим и повод, и выгоду.
— …
— А заодно и дворяне на время утихнут.
— …Да. Понял.
Джейд молча почтительно поклонился.
Но взгляд Родерика не отрывался от страницы.
В голове вновь и вновь звучали старые строки.
«Не доверяй Дунканам. Не доверяй Дунканам».
В то же время младшая Дункан находилась у озера.
Белка, которую поймал Родерик, всё норовила забраться на И Джэ.
— Ну сколько раз говорить: не лезь на голову, играй на плече!
И Джэ раздражённо отмахивалась, пока зверёныш копался в её мягких волосах. Белка была слишком быстрой — схватить её не удавалось, и та вскоре удрала, мелькнув рыжим хвостом.
Как и белка, И Джэ почувствовала мощную энергию. Когда она бросила взгляд на плечо, то увидела юного духа, который смотрел на неё с оттенком жалости.
Поправляя волосы, изрядно растрёпанные белкой, она недовольно буркнула:
— Чего так уставились?
- Как ты могла даже белку не поймать?
Её чуть не прорвало от возмущения, но, вспомнив, что перед ней вовсе не обычный призрак, И Джэ сдержалась и спросила:
— Вы ведь тот самый юный король, да?
- Так меня называют. Хотя умер я почти в сорок, довольно постыдное прозвище. Но признаюсь, до самой смерти во мне и вправду была юношеская свежесть.
— …
«Чёрт, ну и день…»
Не выдержав, И Джэ сломала ветку.
Но тут её внезапно что-то заинтересовало:
— А почему вы до сих пор так выглядите?
- Как?
— Слишком молодо.
Обычно духи, блуждающие в мире живых, сохраняют облик, который у них был перед самой смертью — ведь эти воспоминания самые яркие. Именно поэтому души, погибшие мучительной смертью, так часто выглядят ужасающе.
Юный король, кажется, понял, к чему она клонит, и кивнул:
- Кан И Джэ, ты что, думаешь, человек — существо настолько объективное?
— О чём вы?
- Яркие воспоминания — вещь крайне субъективная.
— …
- Человек не может полностью избежать боли. Но он сам решает, с чем идти дальше — с моментом страдания или моментом счастья. В этом и есть прелесть человеческой природы.
— …
- Именно эта мелочь и создаёт разницу между злобным духом и духом-хранителем.
— По-моему, это совсем не мелочь.
Юный король усмехнулся:
- Ты ведь и сама знаешь. Тот, кто охвачен сильной злобой, становится мстительным духом. А тот, кто лелеял великие идеалы, нарушает законы.
— …
- Ну и вообще… Я ведь до самой смерти оставался с юным лицом. Это, знаешь ли, врождённое. Что ты за вопросы такие задаёшь, аж смущаешь.
И Джэ, которая до этого с интересом слушала, раздражённо хмыкнула и сломала ещё одну ветку.
— Раз вы такой великий, могли бы и помочь! Не знаю, с какой мечтой вы умерли, но раз уж вы дух-хранитель…
Юный король, который до этого парил в воздухе, опустился на землю и сел рядом с И Джэ. Подперев подбородок, он уставился на неё. И Джэ вздрогнула — теперь, зная, кто он, она заметила, что у него есть что-то общее с Родериком. В этой семье, похоже, кровь очень сильная.
- Кан И Джэ. Ты, похоже, с самого начала находишься в очень большом заблуждении.
— …В каком?
- В мире мёртвых тоже есть свои правила. Думаешь, усопшие могут просто так вмешиваться в дела живых? Духи-хранители не могут делать всё, что захотят.
И Джэ и сама понимала, что это — пересечение черты. Но было так обидно, что она недовольно пробормотала:
— Но злобные духи же могут! Они вмешиваются, вредят людям, мучают их!
- Вот именно поэтому они и злобные духи. Ты что, правда думаешь, что я такой же ничтожный, как они?
Самодовольный тон, но в целом он был прав, и Кан И Джэ не смогла возразить.
- Кан И Джэ. Даже если ты будешь искренне молиться за них, большинство всё равно исчезнет. Так что не трать силы понапрасну. Что ты вообще хочешь этим добиться?
— …
- Среди призраков ты уже и сама не можешь понять, дух ты или человек? Так и до смерти недалеко.
Юный король усмехнулся, глядя на понурившуюся И Джэ. Но та, видя его улыбку, ощутила странное раздражение. Потому что в его лице всё чаще узнавались черты Родерика. Это было похоже на то чувство, которое испытывал Родерик, каждый раз замечая черты младшей Дункан в старшем.
В конце концов, И Джэ не сдержалась:
— Как вы можете быть таким безразличным к собственным потомкам?
- Что?
— В нашей стране Восточного Этикета [3] предки вели себя иначе! Они заботились о потомках и отечестве! Когда случалась беда, они помогали преодолеть её! Наши духи-покровители были куда более альтруистичными!
В ней внезапно проснулся конфуцианский дух.
Но юный король только презрительно фыркнул, будто наблюдал за глупой игрой.
- Эй. А вот в мои времена… на всём континенте…
И Джэ аж вздрогнула. В «мои времена»? Он что, кореец?!
- Да неважно. В общем, живи как знаешь. Я тебе, можно сказать, почти как свёкор.
У И Джэ перекосило лицо.
— Что за «свёкор»?! Противно! Не говорите такие вещи с таким лицом!
Видимо, конфуцианство в ней было избирательным.
И в этот момент в голове И Джэ всплыло воспоминание. Её зрачки дрогнули, как будто она не могла поверить в происходящее.
— Значит… Вы, считая себя почти свёкром, тогда… Вы правда предлагали мне заняться с вами близостью как с духом?!
Юный король пожал плечами.
- Просто решил проверить. Мне нужно было понять, что ты за человек. Кстати, это ты неправильно истолковала и начала говорить первой.
— …
- В любом случае, извини.
Но И Джэ только замотала головой:
— Боже, какие времена настали…
- …
— Ну есть же границы у того, что можно «проверить».
- …
— Ну и духи предков нынче пошли… Полный развал, никакого почтения!
«Посмотрим, как далеко она зайдёт», — подумал юный король и вдруг… достал Священный Меч. И на этот раз вся его энергия сконцентрировалась в острие клинка.
- Кан И Джэ. Теперь, когда ты знаешь, кто я, может, будешь вести себя почтительнее? Или тебе нравится задираться?
Из кончика меча вспыхнуло ослепительное сияние, расходящееся по сторонам. И Джэ никогда в жизни не видела такого света.
Оторопело глядя на это, она наконец пришла в себя. И в ней вдруг пробудилось конфуцианское уважение к старшим. Смиренно сложив руки, И Джэ тихо спросила:
— Может… мне стоит встать на колени?
Юный король расхохотался. Беседа между свёкром и невесткой вышла по-настоящему душевной.
Примечания:
↑1. Предыдущий король, Райан Блейк, поддерживал браки между королевским родом Блейк и родами, вышедшими из Даймона — Меллон, Рассел и Дункан. Глава 30.
↑2. Государство, предшествующее Кайену. Дунканы — выходцы из Даймона. Глава 15.
↑3. Страна Восточного Этикета — это китайское историческое название Кореи, подчёркивающее её конфуцианские традиции.