Глава 41

Штаб разрушался изнутри. Отголоски страшного взрыва сотрясли весь город.

Каждый раз, когда раздавался взрыв, Хаён рушилась вместе с ним. Стоял полдень, и яркие солнечные лучи слепили глаза. Раньше, куда бы она ни пошла, повсюду была тьма, а теперь свет стал настолько невыносимо сильным, что, напротив, ничего не было видно.

Надо выжить.

Она выкинула из головы все остальные мысли.

«Слёзы — потом».

Где-то прозвучавший голос Тейла скользнул по закоулкам памяти и закружился в голове.

Один за другим прогремели новые взрывы, готовые разорвать барабанные перепонки. Взмывающий кверху чёрный дым заволок синее небо.

Стоило чудовищному, сотрясающему землю гулу разнестись по округе, как спавшие в городе киллберы начали стягиваться к штабу.

С каждым шагом Хаён казалось, будто она проваливается глубоко под землю. Она всё сильнее отставала от Чухёка и Чимин. Внутри всё переворачивалось, а ноги подкашивались.

Впереди снова показался каменный мост. Хаён брела вслед за идущими впереди спутниками. В ушах до сих пор звенел сигнал тревоги. Окружающие предметы расплывались; она упорно гналась за кем-то, но воспоминания о том, зачем, были смутными.

Быстрый бег сменился шагом, а затем она и вовсе остановилась. Дыхание перехватило. Сердце разрывалось на части.

— Кхэ-э-э…

Из глубины горла вырвалась тошнотворная, выворачивающая наизнанку кислая желчь. Невыносимое отчаяние душило её.

«Моя кровь снова навлекла беду… Он погиб из-за меня… Из-за меня… Из-за меня…»

Она медленно погружалась в трясину, из которой невозможно выбраться. Слишком много смертей пронеслось мимо неё. Ей никак не верилось, что она получила шанс выжить ценой чьей-то жизни. И надо же было, чтобы этим «кем-то» оказался именно Тейл — тот, кто дорожил ею, защищал и был так искренне важен для её сердца…

— Хнык… У-у-у-а-а-а…

Хаён рухнула на сырую землю и разрыдалась. Боль в груди была нестерпимой.

Почему она не остановила его до конца? Зачем позволила ему уйти? Почему, чёрт возьми, она настолько беспомощна?

Его образ — то, как он бежал навстречу смерти с этой горькой улыбкой — намертво врезался в память. Тяжесть чужой гибели царапала, резала и давила её. Хаён беспомощно барахталась в этом омуте.

— Берегись!

В тот самый момент, когда Хаён, окончательно потеряв рассудок, обливалась слезами, раздался пронзительный крик Чимин.

Хаён рефлекторно отреагировала на звук и вскинула голову. Взгляд, затуманенный слезами, был совершенно расплывчатым. Фокус никак не ловился, но на отдалении к ней стремительно летело нечто огромное. Она моргнула, и скопившиеся слёзы покатились по щекам. Моргнув ещё пару раз, она наконец чётко разглядела приближающийся объект. На неё на огромной скорости летел автомобиль.

— Приди в себя!

Чухёк резко дёрнул её на себя, увлекая в сторону, и они вместе покатились по земле, уворачиваясь от удара.

Хаён всё ещё пребывала в прострации. В глаза бросилась мерцающая поверхность реки, отражающая солнечный свет. Искрящаяся серебром вода была до слёз прекрасна. Точно такое же благоговение она испытала, когда впервые в жизни увидела фейерверк. Это было настолько прекрасно, и эта красота разливалась в таком избытке, что заставляла двигаться дальше, даже когда хотелось всё бросить. Сама жизнь не собиралась её отпускать.

— Не смейте делать смерть Тейла напрасной! Сейчас не время сидеть и безмятежно предаваться скорби! — прорычал Чухёк, сквозь зубы выплёвывая каждое слово.

Хаён мгновенно опомнилась. Она ведь обещала выжить, а значит, не имела права умереть такой нелепой смертью.

Разбитая вдребезги воля снова собралась воедино.

Сдаться можно в любой момент. Но только не сейчас. В эту секунду, когда она стоит на фундаменте чужого самопожертвования, это было абсолютно недопустимо.

Чухёк силой поднял Хаён на ноги. В этот момент к ним, лавируя между брошенными машинами, подбежала Чимин. Прямо за её спиной был киллбер, чья морда вокруг глаз чудовищно оплавилась. Это была та самая тварь, что напала на Тейла на лекарственной складе.

— Уходи! Беги!

Чухёк толкнул Хаён в спину и рванул прямо навстречу приближающемуся киллберу. Он со всей силы швырнул имевшийся у него железный штырь в шею монстра. Однако тварь ловко перехватила оружие на лету и, ориентируясь на слух, метнула его обратно в сторону источника шума.

— А-а-а-ах!

Хаён издала истошный крик боли и повалилась на землю. Острый железный штырь насквозь пробил бедро бежавшей в противоположную сторону девушки.

— Что делать, что же делать?! Онни, онни! — подскочившая Чимин изо всех сил пыталась поднять Хаён.

— Нужно идти, нужно идти!

Чимин оглянулась назад. Казалось, даже Чухёк, будучи стражем, совершенно не справлялся с киллбером. Когти твари с мясом вырвали кусок из груди Чухёка. Его колени подогнулись, но он тут же, превозмогая боль, заставил себя выпрямиться.

Он не имел права пасть здесь. Раз уж он пообещал вытащить её живой, он был обязан сдержать своё слово до конца.

— Я задержу его, а вы уходите к «Тайм-Билдингу»! Не оборачивайтесь! Доберитесь до транспортника и выживите любой ценой! — закричал он, до последнего вздоха выполняя свой долг.

Хаён, повиснув на плече Чимин и сильно хромая, медленно уходила с каменного моста. Кровь непрерывным потоком струилась по её ноге. Каждый шаг оставлял за собой цепочку багровых пятен.

Теряя сознание, Хаён всё же обернулась назад. Под ослепительно ярким солнцем неподвижно стоял Чухёк. Сквозь полуприкрытые веки она увидела, как Чухёк с разорванным в клочья животом мёртвой хваткой вцепился в лапу киллбера, не давая тому сдвинуться с места.

Хаён уходила, оставляя за собой ещё одну жертву. В следующий миг она окончательно закрыла глаза.

***

— Что же делать, что делать…

Состояние Хаён было критическим. Она наполовину лишилась рассудка, то и дело проваливаясь в беспамятство и ненадолго приходя в себя.

Железный штырь, застрявший в бедре, к счастью, не задел крупную артерию, но продолжать путь в таком виде было невозможно. Требовалось срочно остановить кровь. Без элементарной первой помощи её смерть от кровопотери оставалась лишь вопросом времени.

— Что нужно? Я всё принесу!

— Зажигалку… алкоголь, полотенце…

Чимин затащила Хаён внутрь небольшого полуразрушенного супермаркета.

Придя в себя после очередного обморока, Хаён хрипло перечислила Чимин вещи, необходимые для обработки раны. Девушка действовала молниеносно и тут же принесла всё, что просила Хаён.

— Как только я… вытащу его… залей рану этим.

Вместо обезболивающего Хаён осушила почти половину бутылки крепкого алкоголя и протянула остаток Чимин. Затем она намертво зажала рот полотенцем и медленным, тягучим движением начала вытягивать железный штырь из своего бедра.

— М-м-м-п-п-у-у-ух!!

Капилляры в глазах Хаён полопались, отчего глазные яблоки страшно покраснели и припухли, будто она вот-вот заплачет кровавыми слезами. На висках вздулись толстые синие вены.

Сотрясаясь в бешеной и неконтролируемой дрожи, Хаён замерла. Из-за дикой, разрывающей боли она так и не смогла вытащить штырь до конца и потеряла сознание.

— Онни, онни!

Кто-то настойчиво тряс Хаён за плечо, заставляя очнуться. Похоже, она отключилась лишь на мгновение. Поскольку когда-то она уже бывала в подобной переделке, реальность перед глазами на секунду смешалась с прошлыми воспоминаниями, прежде чем окончательно проясниться.

С трудом разомкнув веки, она увидела прямо перед собой лицо Чимин. Девушка тяжело дышала, её лицо раскраснелось. Поверх запёкшейся грязи и крови крупными каплями катились пот и слёзы. Чимин заговорила едва слышным шёпотом:

— Кажется, этот киллбер выследил нас. Я попыталась увести его подальше, но, думаю, он скоро вернётся.

Пока Хаён была в отключке, киллбер пришёл на запах свежей крови. Тварь выглядела ещё более покалеченной, чем на мосту. Одно ухо было оторвано, а правая рука отсечена чуть ниже локтя — это были следы, оставленные ценой жизни Чухёка.

— Нужно уходить, идём.

Из-за обморока они даже не успели нормально продезинфицировать рану. Чимин вылила остатки алкоголя на валявшееся полотенце и туго перетянула бедро Хаён, чтобы хоть как-то сдержать кровотечение.

Хр-р-р-а-а…

Они уже собирались выскользнуть наружу, как вдруг у самого входа выросла массивная туша киллбера. Тварь шумно водила наполовину сгнившим носом, вынюхивая кровь.

Чимин аккуратно пинком запустила валявшуюся под ногами конфету в противоположный угол магазина. Киллбер повёл ухом и тут же с грохотом метнулся в ту сторону. Пользуясь моментом, Чимин потащила Хаён к выходу.

Однако продвигаться в одиночку, да ещё и с раненой Хаён в виде груза, было слишком тяжело — киллбер настиг их в считанные мгновения. Чимин швырнула подвернувшуюся жестянку в сторону стеклянной витрины, а сама юркнула вместе с Хаён в каморку небольшого склада.

— Сука… — Чимин аккуратно опустила Хаён на пол и в полном отчаянии огляделась.

Дверь не могла их защитить. Эта хлипкая сборная перегородка разлетится в щепки от одного мощного удара киллбера.

Склад был крошечным. Стеллажи, установленные по обе стороны, оставляли лишь узкий проход посередине — две девушки заняли собой всё свободное пространство.

Это был тупик. Бежать им было абсолютно некуда.

— Наверх…

Хаён с огромным трудом подняла руку и указала на потолок. Чимин проследила за её жестом. Между разошедшимися панелями навесного потолка виднелась пустая ниша.

Чимин без лишних слов помогла Хаён забраться на стеллаж и протолкнула её наверх, в потолочное пространство.

БАХ!

Киллбер уже крушил магазин в поисках добычи. Чимин поспешно взобралась на полку стеллажа вслед за ней. Хаён протянула руку сверху, помогая подруге подняться.

БAM!

Дверь склада была вырвана с корнем.

Чимин со сдавленным криком рванулась вверх. Когтистая лапа киллбера в самый последний момент мазнула по воздуху, едва не схватив её за лодыжку. Тварь подпрыгнула с места и, прежде чем девушки успели закрыть за собой панель, намертво уцепилась за край потолочного проёма, подтягивая тушу вверх.

— А-а-а! Отвали!

Киллбер уже наполовину залез в проём. Чимин отчаянно била его ногами, пытаясь сбросить вниз, но монстр был слишком силён. У него не осталось практически ни одного живого места на теле, но он всё равно доминировал. В этом и заключалась природа стражей.

Пространство за потолком было крайне тесным. Хаён упёрлась спиной в бетонную стену. Её взгляд был абсолютно пустым. Происходящее перед глазами казалось чем-то чуждым и нереальным — из-за огромной потери крови мозг отказывался нормально снабжаться кислородом.

Хаён медленно моргала, безучастно наблюдая за разворачивающейся сценой: уродливая лапа киллбера, бьющаяся в истерике Чимин и зажигалка, которая от резких ударов выпала из кармана брюк девушки прямо на пол.

«Зажигалка…»

Глаза Хаён резко распахнулись.

Мощный прилив адреналина волной захлестнул всё тело. Перехватив поудобнее штырь, она одним резким рывком выдернула железную арматуру из своего бедра. Дикая боль мгновенно потонула в бешеной концентрации. Кровь брызнула фонтаном. Хаён сорвала повязанное на бедре полотенце и быстро обмотала им острый конец штыря.

КР-Р-А-А-А-АГ!

Почуяв резкий запах свежей крови, киллбер забил лапами с удвоенной яростью. Хаён чиркнула зажигалкой и поднесла огонь к пропитанной алкоголем ткани. Тёмное пространство под потолком озарилось жарким, ярким светом.

— В сторону!

Чимин испуганно обернулась на Хаён. В прежде пустых зрачках девушки сейчас яростно полыхало дикое пламя. Затаив дыхание, Чимин вжалась в стену, освобождая пространство для удара.

— Пошёл к чёрту, ублюдок.

Собрав всю оставшуюся силу до последней капли, Хаён рванула вперёд и обрушила горящее оружие прямо в голову киллбера.