/
Основная история
29 из 41
29. Мышеловка (2)
Первый план, который Беренис разработала для разрыва помолвки, заключался в том, чтобы воспользоваться незаконными сделками графского дома Блейз, которые как раз в это время вовсю процветали.
«Если отец узнает, что граф Блейз занимается работорговлей на чёрном рынке, он наверняка расторгнет помолвку».
Хотя и говорят, что честных торговцев не бывает, маркиз презирал торговлю людьми. Тем более что Эгонид был империей, где по воле первого императора рабство отсутствовало как явление.
Если бы этот факт стал известен, речь шла бы уже не о разрыве помолвки — сам род графа Блейз мог рухнуть.
Проблема заключалась в том, как бы «естественным образом» донести это до маркиза... Но тут...
— У него есть возлюбленная? И он встречается с ней уже три года?
Неожиданно появился куда более простой способ разорвать помолвку. Этого она не знала до своего возвращения в прошлое.
«Хотя… раз эту новость принесла Белая Ворона, можно сказать, она упала с неба?»
Её прекрасные янтарные глаза холодно потемнели.
Дело было вовсе не в том, что она почувствовала предательство из-за такой мелочи.
Просто она радовалась тому, что получила ещё один шанс снова столкнуть в бездну Найэна — того самого, с кем в прошлой жизни она разделила конец.
Но Надия, не знавшая, через что прошла Беренис до возвращения, похоже, решила, что та глубоко ранена тем, что её жених изменяет.
— Г-госпожа… вы скажете об этом маркизу?
Заметив, что в дрожащем голосе и взгляде Надии полно тревоги за неё, Беренис быстро взяла себя в руки и положила письмо на стол.
Сэндвичи и чай уже остыли.
— Скажу. Но не лично.
На данный момент графский дом Блейз считался довольно честным купеческим родом. Это значило, что одно слово Беренис не сможет мгновенно разрушить их репутацию.
К тому же, если бы она выступила сама, ей пришлось бы объяснять, когда, как и от кого она узнала об этом.
Придумать подходящий предлог несложно, но в процессе она могла случайно выдать маркизу лишние подсказки, чего следовало избегать.
«Значит… придётся воспользоваться Лоуэллом».
Подумав о том, что спустя столько времени она наконец-то сможет получить хоть какую-то пользу от своего близнеца, Беренис кивнула.
— Пока никому об этом не говори.
— Да, поняла.
Этого было достаточно, чтобы Надия держала рот на замке. Теперь можно готовиться к следующему шагу.
Ах да, но сначала…
— Нужно написать ответ.
— Сейчас подготовлю.
Пока Надия ушла за бумагой и пером, Беренис быстро закончила лёгкий обед из остывшего чая и сэндвичей.
Порция казалась небольшой, но, чтобы хорошо выглядеть в платье, ей всё равно пора было начать следить за питанием, так что этого было достаточно.
С лёгким сожалением взглянув на пустую тарелку, Беренис вытерла руки, взяла подготовленное Надией перо и начала аккуратно писать ответ.
Спустя некоторое время она запечатала конверт сургучом и передала его Надии, ожидавшей рядом.
— Выйдешь через заднюю дверь. Там тебя будет ждать ребёнок, который принёс письмо. Передай ему это.
— Он меня ждёт?
— Да. И по дороге загляни на кухню, возьми ему чего-нибудь поесть. Скорее всего, он ещё не ел.
Белые вороны часто используют детей из трущоб в качестве посыльных. Даже в столице империи нищие дети встречались повсюду, и нередко они забредали в районы знати в поисках еды.
Дети в лохмотьях, прислонившиеся к стенам особняков и ждущие прохожих, чтобы утолить голод, были обычным зрелищем.
Однако дети, выполнявшие поручения Белых воронов, не были обычными беспризорниками. Они готовились попасть в их «гнездо»… проще говоря, были кем-то вроде учеников.
И брали туда далеко не всех.
Детей тщательно отбирали, постоянно тестировали и проверяли их способности, и лишь после этого позволяли войти в их организацию.
Что происходило с теми, кто не проходил отбор, Беренис не знала.
Это тоже было тайной гнезда, и, если честно, ей вовсе не хотелось знать такие подробности.
Она и так примерно представляла, насколько жестокими могут быть информационные гильдии, защищая свои секреты.
К тому же Белые вороны были не просто информационной гильдией — это была организация, созданная для защиты Бронвен, последней выжившей из бессмертного рода.
Если бы они не были жестоки, Бронвен пришлось бы жить в постоянных страданиях из-за глупых, но могущественных людей, мечтающих о бессмертии.
Жестокость Белых воронов существовала ради Бронвен, которая без особого способа даже умереть не могла, так что ей, посторонней, не стоило об этом рассуждать.
— Лучше сосредоточусь на своих делах.
Отогнав мысли о Белых воронах, Беренис решила поспешить с подготовкой к предстоящему балу.
В процессе никто не сочтёт странным, если одна нерадивая горничная совершит ошибку и будет выгнана из особняка.
— Кого выбрать… Тео или госпожу Паттерсон?
Глядя на закрытую дверь будуара, Беренис представила лица помощника дворецкого и старшей горничной, после чего, будто приняв решение, кивнула.
Для такого дела лучше подойдёт старшая горничная.
Разобравшись с мыслями, Беренис поднялась с места. Раз решила — надо действовать. А для этого сначала…
— Нужно закончить подготовку к балу.
Из-за того, что она вредничала перед Марьен, подготовка сильно затянулась. Впрочем, в голове уже был примерный план, так что нужно было всё утвердить до конца дня.
— Что касается ленты... может, просто сделать вид, что я выбираю?
В любом случае, на этом весеннем балу Беренис не собиралась надевать ленту, подобранную в паре с Найэном. Она намеревалась разобраться не только с Марьен, но и с ним ещё до бала.
— По порядку, шаг за шагом.
Сначала — Марьен.
Войдя в будуар, Беренис остановилась перед заранее приготовленным для бала платьем.
Юные аристократы, проходящие обряд совершеннолетия на весеннем балу, по традиции носили белое.
Соответственно, платье Беренис тоже было белым — из роскошного шёлка, украшенное несколькими слоями изысканного кружева и бриллиантами.
Пышный подол, припорошённый пудрой из измельчённых драгоценных камней, ослепительно мерцал в свете ламп.
— Госпожа.
Пока она любовалась платьем, сзади послышался голос Марьен. Похоже, та заметила, что Надия вышла из комнаты, и вернулась.
Неужели ей есть что ещё сказать?
Однако Беренис, не желая больше тратить на неё время, заговорила, даже не оборачиваясь:
— Позови остальных. Больше нельзя откладывать, нужно закончить приготовления сегодня.
— Что? А, да! Поняла!
Марьен, у которой перехватили инициативу, поспешно ответила и выбежала наружу. Ради того, что должно было произойти дальше, ей нельзя было давать время на размышления.
С этим решением Беренис начала без передышки нагружать Марьен работой. А поскольку она была её старшей служанкой, это не составляло труда.
Она велела принести все вещи, выбор которых до этого откладывала, и начала выматывать служанку, выбирая то одно, то другое, потом снова возвращалась к первому, окончательно сбивая всех с толку.
Драгоценности и наряды, которые глава огромного торгового дома готовил целый год к совершеннолетию дочери, бесконечно вносили в комнату и выносили обратно.
— Госпожа, может, эти серьги подойдут?
— К ним нет подходящего ожерелья. Может, лучше возьмёте этот комплект?
— Тиара — это, наверное, всё же слишком?
— Госпожа, лента…
— Госпожа! Этот браслет просто идеален!
Благодаря горничным, которые без конца приносили и раскладывали перед ней всевозможные вещи, Марьен выглядела совершенно растерянной.
Но этого было недостаточно.
Ради того, что должно было случиться, Марьен должна была быть настолько занята, чтобы даже не понимать, что делает.
Суета, начавшаяся ближе к позднему обеду, продолжалась ещё долго после захода солнца. Ведь Беренис объявила, что сегодня обязательно всё завершит.
— Г-госпожа, осталось только выбрать ленту…
— Ленту… давай завтра?
— Да!
Услышав, как все в комнате единодушно согласились, Беренис кивнула.
— Отобранные вещи оставьте в будуаре, остальные верните в хранилище.
— Да, госпожа.
Наконец-то всё закончилось. В ту ночь, когда все облегчённо вздохнули и разошлись по своим местам...
— А-а-а-а!
В особняк проник вор.