/
Том 1
143 из 153
«…Неужели он опять собирается меня запереть?»
Оделли тревожно посмотрела на него, и Рудвиль тут же крепко прижал её к себе, тихо сказав:
— Ни на миг не отходите от меня.
К счастью, на этот раз это не означало заточения.
Поскольку врагом, который метил в неё, был дракон, оставить её одну показалось ему куда опаснее.
Только тогда Оделли тихо вздохнула с облегчением, избежав угрозы быть запертой.
Она посмотрела на кровавый кристалл сложным взглядом и всё-таки спрятала его.
Её всё ещё беспокоил тот факт, что этот кристалл был создан из жизненной силы Рудвиля, и воспоминание о том, как он странно реагировал в тот момент, когда они вместе мечтали о будущем.
«Но всё же… когда-нибудь он может пригодиться».
В тот миг, когда она убирала камень, Рудвиль холодно и убийственно уставился на кота.
Похоже, он собирался разрешить все свои сомнения через этого зверя.
«...Он был подозрительным».
Оделли вспомнила момент в секретной лаборатории Кардель, когда она была отделена от Рудвиля.
Кот всё время прятался внутри кровавого камня и не вылезал, а потом будто специально вёл её к дракону.
А когда дракон ожил благодаря некромантии, кот выскочил, начал ластиться и пытался высосать его ману.
Однако, не сумев поглотить, он закричал, раздув хвост и вздыбив шерсть.
Точно как…
— Перебежчик, который попытался переметнуться на более сильную сторону, но потерпел неудачу, — пробормотала Оделли, пристально глядя на кота.
Кот в панике замотал головой.
— Нет-нет! Не так! Я подумал, что если съем ману мастера, то смогу вернуться в прежний облик! Я только ману хотел, честно!
Глаза Рудвиля опасно сузились.
— …И ты всё ещё будешь притворяться, что ничего не помнишь?
Кот в его хватке отчаянно забился лапами.
— Я не притворяюсь! Я правда не помню!
Голос Рудвиля стал ещё холоднее:
— А ты вообще слуга дракона? Сам дракон на тебя даже не отреагировал.
— Мастер вообще ни к чему интереса не проявляет! И ко мне тоже!
Кот отчаянно оправдывался.
— Для того, кто ничем не интересуется, он был так настойчив в поисках моей жены.
— Ну, да?.. Влюбился с первого взгляда, что ли?
— …
— Это всего лишь предположение, не смотри на меня так.
— Не предполагай, а дай мне ответ. Попытайся хоть как-то восстановить память.
Кот напряжённо попытался вспомнить, приоткрыл рот… и тут же схватился лапами за голову, словно ударился о запечатанную дверь, и застонал.
— Кх… А-а!
Рудвиль молча смотрел на него сверху вниз и тихо произнёс:
— …Ты сказал, что если поешь маны — вернёшься в прежний облик.
Намерение было ясно: накормить кота маной и вернуть ему воспоминания.
Он сосредоточил ману на кончиках пальцев… но тело всё ещё было истощено, мана тут же рассеивалась дымом.
Рудвиль опустил руку и холодно приказал:
— Зовите всех магов. Всех до единого.
В итоге в одном месте собрались абсолютно все маги дома великого герцога Эксепсиона.
Один из них протянул ладонь, кот нехотя втянул немного маны, но тут же отвернулся и с противным звуком выплюнул.
— Тьфу!
Взгляд Рудвиля опасно сузился.
— …Кажется, ты не понимаешь ситуации. Разве сейчас время привередничать?
— Я не могу есть то, что несъедобно, что мне поделать?!
Уговоры, угрозы, ледяной допрос — ничего не помогало.
Кот принимал только ману Рудвиля и упрямо отвергал всех остальных.
Оделли, наблюдая за этим, подумала про себя:
«…Странно».
Кот ест только ману Рудвиля.
И при этом утверждает, что служит дракону…
Тут она вдруг вспомнила кровавый кристалл — кусочек души Рудвиля, сотканный из его жизненной силы.
Кот свободно входил и выходил из него, вёл себя так, будто это его родной дом.
Он одержим маной Рудвиля, но при этом называет себя подчинённым дракона.
Между драконом и Рудвилем явно существует какая-то необъяснимая связь.
«…А вдруг Рудвиль — потомок дракона?»
Но Рудвиль был бывшим рабом.
Если бы он был потомком, у него хоть какая-то врождённая сила должна была бы проявиться.
Дракон — абсолютное существо, называемое божественным зверем.
А Рудвиль получил нынешнюю силу через тысячи регрессий, бесконечные пробы и ошибки, боль и упорство.
Не врождённая власть, а сила, выстроенная повторением и одержимостью.
Всё, что у него было от рождения — лишь невероятная выносливость, жизненная сила и сила духа.
«Конечно, эта сила духа давно вышла за человеческие рамки».
Человек со слабой душой не выдержал бы такого количества регрессий и остался бы в здравом уме. Да, иногда он немного… не в себе, но для того, кто прожил столько времени, состояние вполне сносное.
«А может, Рудвиль — это дракон, лишившийся всей своей силы и переродившийся человеком…»
Тогда становится понятно, почему всесильный артефакт вроде «Камня Возвращения» реагировал именно на Рудвиля. И почему именно ему давал тысячи шансов вернуться.
«Подсказок совсем нет, вот и начинаешь придумывать полную чушь».
Оделли покачала головой, отгоняя внезапную догадку.
* * *
Той ночью.
После долгого дня Оделли лежала в крепких объятиях Рудвиля.
Снова в той самой «супружеской спальне».
Его руки сжимали её, как кандалы, но именно это давление странным образом успокаивало.
Прижавшись ухом к его груди, слушая ровный стук сердца, она постепенно расслабилась.
«…Только пока Рудвиль не восстановит ману. Потерплю до тех пор, тогда что-нибудь прояснится».
Если кот вернёт воспоминания и вспомнит, что действительно служил дракону, они как-нибудь справятся.
Держась за надежду посреди тревоги, Оделли медленно закрыла глаза.
Но… тьма всегда просачивается в любую щель.
Ветер, скользнувший в окно, был странно холодным и влажным.
Скорее не ветер, а чьё-то дыхание.
В углу спальни, куда не доставал даже лунный свет, из пола выползла тень.
Чёрная, как жидкость, тьма медленно поползла по кровати и, словно живое существо, начала просачиваться в Оделли.
«…Что это?»
Кончики пальцев задрожали.
Она не могла пошевелиться, словно её парализовало.
Она всё ещё лежала в объятиях Рудвиля, но ощущения уходили всё дальше.
Словно душу вырывали с корнем и тянули в незнакомое место.
Тело оставалось на реальной кровати, а сознание бесконечно погружалось вниз.
БАМ!
В тот момент, когда она услышала звук падающего сердца, мир перед глазами Оделли полностью перевернулся.
«…Где я?..»
Бесконечная тьма, влажный воздух, похожий то ли на воду, то ли на кровь, и красная мгла, витающая над всем этим.
В ушах всё ещё слышалось биение пульса Рудвиля, но этот тёплый ритм становился всё дальше и слабее.
Она открыла глаза в мире, который не был реальностью.
«…Сон?»
Для сна это было слишком реально.
В густом тумане и запахе крови в темноте мерцал огромный силуэт.
Чёрная чешуйчатая кожа вспыхивала бликами, длинные разорванные чёрные зрачки смотрели прямо на неё сверху вниз.
[...Делла… нет, Оделли.]