Глава 128

— Разве не чудесно? Брат лично для меня на охоте добыл, чтобы поднять мне настроение.

Талия остановилась и повернула голову на голос. За перилами виднелась Райна. На её плечи был накинут серебристый мех.

Она кружилась перед служанками и с горделивым видом воскликнула:

— Если из этого меха сшить зимнюю одежду, можно будет даже в самую стужу скакать на Сайке, сколько захочу!

— Конечно! Дракар ведь чудовище, что гнездится даже в ледниках. Такой мех запросто удержит любой мороз.

— Раз его светлость прислал вам такой великолепный подарок, значит, он и вправду очень вас ценит.

На льстивые голоса служанок Райна широко улыбнулась.

— И вы правда так думаете?

— Разве кто-то стал бы вручать столь редкий дар, если бы вы были ему безразличны?

Лицо девушки, которое с похорон всё время было омрачено унынием, ожило от радости.

Талия, наблюдавшая за ней с верхней площадки лестницы, молча отвернулась.

И она поверила, что он рисковал ради неё? Какой же бесстыдной она стала за эти месяцы. А ведь чуть было не выставила саму себя на посмешище.

Талия с тяжёлой поступью вернулась к себе в покои.

Однако горькое чувство, будто она проглотила пепел, к вечеру поутихло.

Она тысячу раз клялась себе: не питать никаких ожиданий по отношению к нему. И теперь было бы смешно разочаровываться в таком пустяке.

Пусть это и был всего лишь довесок, нельзя было отрицать, что он прислал ей ценный подарок.

«По-человечески поблагодарить всё же стоит».

Иначе это выглядело бы неестественно. Вести себя как угрюмый ребёнок означало бы разочарование, а разочарование, в конечном счёте, означало бы, что она ждала от него большего.

Наконец решившись, Талия отложила книгу, лежавшую у неё на коленях, и встала с постели.

Когда она подошла к его покоям, дежурный оруженосец поспешил возвестить о её прибытии, будто хотел опередить вечно врывающуюся без стука герцогиню.

Но и на этот раз Талия не стала дожидаться приглашения: она сама потянула за ручку двери.

Она уверенно шагнула внутрь, и её взору предстала ярко освещённая спальня.

Обычно он всегда ждал её, погружённый в темноту. Неужели сегодня решил, что она не придёт?

Нахмурившись, она оглядела комнату и увидела две тени, растянувшиеся перед камином.

Резко повернув голову, Талия с шумом втянула воздух. Молодая женщина сидела рядом с Баркасом и касалась его обнажённой груди.

Талия непроизвольно повысила голос:

— Что вы здесь делаете?!

Женщина в смущении поднялась с места.

— В-ваша светлость…

Только теперь она узнала в ней целительницу герцогского дома, из-за которой её саму когда-то вырвало кровью.

Женщина, низко склонившись, пробормотала оправдание:

— Я как раз обрабатывала рану его светлости.

Талия прищурила глаза, гневно сверля её взглядом, а потом повернулась к Баркасу:

— Ты забыл, какая это никчёмная целительница? Как мог позволить ей!..

Она осеклась, увидев две длинные диагональные рваные раны, тянущиеся от его плеча к груди.

Сердце сжалось: рана оказалась куда серьёзнее, чем она предполагала.

Она в спешке кинулась к нему:

— Ч-что произошло? Ты же говорил, ничего страшного!

— Выглядит хуже, чем есть на самом деле. Ранение несерьёзное. Кости целы, основные мышцы и нервы также не сильно повреждены, — Баркас произнёс это безучастно.

Талия смотрела на него так, будто не могла поверить.

Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы увидеть, как вокруг покрасневшей кожи вздулись лиловые сосуды. Должно быть, боль была адской.

Она не осмелилась ударить его, но ярость прорвалась словами:

— Это ты называешь «несерьёзным»? Если это несерьёзно, то что тогда серьёзно, ты, болван?!

Целительница ахнула и прикрыла рот рукой. А Баркас и бровью не повёл.

Он кивнул ей:

— Можешь идти.

— Н-но я ещё не закончила перевязку…

— С этим я справлюсь сам.

Женщина колебалась, но всё же поклонилась и поспешно вышла.

Талия даже не глянула ей вслед. Она протянула руку к Баркасу:

— Дай сюда бинт. Ты же одной рукой толком не справишься.

— Мне это ни к чему.

— Нечего спорить! Живо дай сюда.

Мужчина, пристально смотревший на неё, наконец протянул бинты. Талия почти выхватила их у него, пододвинула стул и села напротив.

Вблизи это выглядело ещё ужаснее: гной сочился из рваных ран, блестящих от мази, а кожа, краснее обычного, была горячей.

Талия, прикусывая губу, осторожно начала обматывать его грудь.

Привычка перевязывать ногу каждый день и поправлять узлы помогла: она быстро справилась.

— Ты точно уверен, что всё обойдётся? А если потом будут осложнения…

— Как только выйдет весь яд, можно будет исцелить магией. Можете не тревожиться.

— Кто сказал, что я тревожусь за тебя? Если с тобой что-то случится, мне тоже достанется…

— Понимаю. Я сказал это, чтобы успокоить вас, ваше высочество, что вы не овдовеете.

На его спокойные слова Талия только раскрыла рот, не найдя ответа.

Баркас, прислонившись к спинке стула и смотря на неё задумчивым взглядом, слегка сжал её запястье и спросил:

— Зачем вы сегодня пришли?

На мгновение её сердце сжалось, словно она была застигнута врасплох.

Значит, он недоволен её визитом?

Она украдкой взглянула на его лицо. Свет играл на его бесстрастном и прекрасном лице.

Он слегка склонил голову и добавил:

— Вы же сказали, что какое-то время не будете делить со мной ложе. Вы передумали?

Она мгновенно вырвала руку:

— Ничего я не передумала! Думаешь, я так отчаялась, чтобы валяться с человеком в таком состоянии?

— Тогда зачем пришли? — он наклонился к ней.

Талия, замерев, лихорадочно метала глазами и наконец выдавила заготовленное оправдание:

— Просто… хотела поблагодарить за подарок.

Мужчина молча смотрел на неё, словно пытаясь оценить искренность её слов, и наконец заговорил:

— Он вам понравился?

— Кому же не понравится такой подарок?

Почему-то ей было трудно смотреть на него прямо. Талия смущённо опустила глаза.

— Но впредь не вздумай из-за этого охотиться на чудовищ. Пусть тебе и захотелось порадовать сестру, но рисковать ради этого — безумие, особенно тебе, правителю восточных земель…

— Какой мужчина пойдёт на такое ради сестры?

Талия, тараторившая свои упрёки, запнулась и снова посмотрела на него.

Баркас уже играл её волосами. Мужчина, вороша её пряди, словно кот, играющий с клубком, невозмутимо продолжил:

— Ваше величество часто простужались даже в разгар лета. А зимы здесь суровее, чем в центральных регионах. Такая вещь необходима, чтобы вы могли провести её без происшествий.

— …Это ведь было в детстве, — Талия сглотнула и попыталась не обращать на это внимания. — Все мы одинаково зиму переживаем. Зачем эти преувеличения…

— Это вовсе не преувеличение.

Его холодные голубые глаза медленно скользнули по ней с головы до ног.

Талия невольно сжала шаль на плечах. Он, конечно, знал, как сильно она исхудала после несчастья, но от этого её чувство стыда лишь усилилось.

Она торопливо перевела разговор:

— В любом случае, впредь забудь об охоте на чудищ. Лучше прикажи своим подчинённым. Ты же больше не простой рыцарь, а великий герцог. На что ещё тебе воины?

— Эффективнее сделать это самому. В конце концов, я не могу рисковать своими подчинёнными ради подарка жене, верно?

Он произнёс слово «жена» так буднично, что у неё загорелись уши.

Талия лишь надеялась, что багровый закат скроет её румянец, и в раздражении выкрикнула:

— Если это слишком опасно для твоих воинов, тогда и сам не смей этим заниматься, глупец!

— …А разве вы пришли не для того, чтобы поблагодарить меня? — он приподнял бровь.

Талия фыркнула:

— И отругать тоже. Помни, твоё тело теперь принадлежит не только тебе. Если будешь распоряжаться им без моего разрешения, я не прощу.