/
Акт 2. Отчаяние цвета пепла
136 из 246
Талия перевела полный подозрений взгляд с упрямо-строгого лица старшей горничной на стоявших за ней служанок.
— Говоришь одно, а за моей спиной всё равно собираешься обо всём доложить, да?
— Как можно так думать, ваше высочество. Не извольте беспокоиться, мы и рта не раскроем, пока вы сами не сообщите, — с важным видом пообещала главная горничная, выпрямив спину.
Талия, глядя на неё полуприкрытыми глазами, надменно кивнула:
— Хорошо. А теперь все можете идти.
— Разве вы уже забыли, что сказала жрица? На время вам необходим абсолютный покой. Отныне при вас постоянно будут находиться ответственные горничные, которые будут служить вам.
Твёрдо, словно вбивая гвоздь, сказала главная горничная и позвала стоявших позади служанок:
— Бриса, Ивон.
Названные девушки тихо шагнули вперёд к постели.
Талия внимательно окинула взглядом их юные лица. Это были молодые горничные, которые иногда помогали ей приводить себя в порядок или приносили еду.
— Это самые сообразительные и проворные девочки из всех горничных. Держите их рядом и пользуйтесь их услугами, как вам удобно.
Две девушки одновременно склонили головы.
Талия, недовольно прищурившись, грозно предупредила:
— Если хоть немного будете мешаться, вышвырну вон.
— Мы приложим все усилия, чтобы служить, не причиняя вам неудобств, ваше высочество, — отчётливо ответила горничная по имени Бриса.
Талия слегка фыркнула, затем повернулась и легла на бок.
По этому немому приказу уходить все, кроме двух горничных, один за другим покинули комнату. Однако тишина длилась недолго. Вскоре пришла целительница.
— Поздравляю, ваше высочество, — подошла женщина со своим обычным невозмутимым лицом и осторожно поприветствовала.
Талия метнула в неё полный подозрений взгляд.
— Значит, всё это время ты даже не догадывалась, что я жду ребёнка?
— В какой-то мере я предполагала. Но решила, что лучше сказать вам после того, как это подтвердится, — ответила женщина ровным тоном.
Талия издала смешок, полный негодования:
— Решила? Ты думаешь, у тебя есть право решать что-то насчёт моего тела?
— …Я лишь беспокоилась, что вы, ваше высочество, расстроитесь, — целительница, опустив глаза, пробормотала в оправдание. — Разве вы и так не испытываете давления из-за вопроса беременности? К тому же на раннем сроке легко ошибиться с диагнозом, а ваше здоровье настолько ослаблено, что я хотела понаблюдать ещё несколько дней, прежде чем говорить.
Талия нахмурилась.
— Моё состояние настолько плохое?
В тот миг на лице целительницы скользнула тень колебания. Она скосила взгляд на двух горничных у постели, после чего заговорила на эльфийском языке:
— У вашего высочества телосложение, затрудняющее саму беременность. Вы от природы очень слабы, к тому же из-за несчастного случая у вас немного смещён таз. Поэтому даже если зачали ребёнка, вам нужно быть предельно осторожной.
В её речи было несколько незнакомых слов, но понять общую картину было несложно.
Талия побледнела и плотно сжала губы. По её реакции целительница поняла, что та уловила смысл, и продолжила:
— Именно поэтому я и скрывала это до сих пор, не желая, чтобы в доме великого герцога узнали. Если вдруг с ребёнком что-то случится, виноватой посчитают вас, ваше высочество.
Сухо сглотнув, Талия с трудом выговорила на ломаном эльфийском:
— Жрица Великого храма Кальмора осматривала меня. К этому времени, наверное, уже все об этом знают.
— Я как раз возвращаюсь от той жрицы, сославшись на то, что хочу услышать её мнение. К счастью, она, кажется, не заметила особенности вашего телосложения.
Тихо вздохнув, целительница обхватила её руки и наставительно сказала:
— Прошу, впредь воздержитесь от осмотров у посторонних. Если эта беременность завершится рождением здорового сына, проблем не возникнет. Но… ведь всегда есть «если».
Губы Талии натянуто сжались. Возбуждённое, словно пьяное настроение вмиг рухнуло в пропасть. Она прикусила нижнюю губу и кивнула.
— Я поняла.
— Слишком не тревожьтесь. Я буду ещё внимательнее следить за вашим здоровьем, ваше высочество, — сказала целительница, мягко похлопав холодеющую руку и снова перейдя на имперский язык. — А теперь позвольте осмотреть вашу ногу.
Она раскрыла висящую на боку кожаную сумку и достала мазь для шрамов и обезболивающее, которое Талия регулярно принимала.
Талия бросила тревожный взгляд на горничных. Те, будто зная о её нежелании показывать тело, тотчас поставили вокруг кровати ширмы.
Втайне облегчённая их сообразительностью, она осторожно свесила ноги с кровати.
Когда она задрала пышные юбки, из-под свободно перевязанного бинта показались красные уродливые рубцы. Повязка была наложена неплотно, поскольку кожа под ней была натёрта.
Целительница бережно размотала ткань, тщательно намазала раны мазью и снова наложила чистую свободную повязку. После этого она заварила ей чашку лечебного чая, который помогает успокоить тело и дух, и тихо вышла из покоев.
Наконец, когда никто больше не мешал, Талия свернулась клубком под одеялом.
Ребёнка она зачала, значит, цель достигнута. Но почему же так тревожно на душе?
Если ребёнок в животе окажется девочкой, ей придётся начинать всё сначала. А что, если вторая беременность не удастся?
На этот раз ей улыбнулась удача, но вновь такого могло и не случиться. Хуже того, если станет известно, что ей трудно забеременеть, люди Востока попытаются сместить её с положения великой герцогини.
В худшем случае её могут отправить в монастырь. И даже там ей вряд ли придётся рассчитывать на спокойную жизнь. Гарет будет пытаться убить её любыми средствами, а мать не станет защищать бесполезную дочь…
Погружённая в эти мрачные фантазии, Талия вовремя остановила себя.
Пока что рано думать о худшем. В конце концов, она успешно забеременела, как и планировала. Если она благополучно родит наследника великого герцогства, её безопасность будет обеспечена.
С усилием усмирив тревогу, Талия съела принесённую служанками миску супа и задремала.
Когда она открыла глаза, солнце уже заметно клонилось к закату.
Поднявшись и взглянув в окно на потемневшее небо, Талия услышала тяжёлые шаги и обернулась.
Баркас вошёл в спальню раньше обычного.
— Как самочувствие, ваше высочество?
Сняв плащ и небрежно бросив его на стул, Баркас широким шагом подошёл к постели. От него ощутимо тянуло мылом и мятой — должно быть, он мылся в рыцарской бане.
— Да так… как всегда.
Талия на мгновение взглянула на его ещё влажные волосы цвета янтаря, а затем, смутившись, опустила взгляд.
Он сел на край постели и приложил тыльную сторону ладони ко лбу Талии, нахмурившись:
— У вас всё ещё небольшой жар.
— Это потому что я слишком долго сидела у камина.
Талия неловко кашлянула и поспешила сменить тему:
— Лучше скажи, почему ты так рано вернулся? Управляющий же говорил, что собрание затянется…
— Я приобрёл то, о чём вы просили, ваше высочество, и потому поспешил назад.
Баркас засунул руку за расшитый пёстрыми узорами дублет и вытащил маленький свёрток.
Талия уставилась на него с недоумением. Его длинные красивые пальцы с выступающими костяшками умело распаковали кожаную обёртку, и на свет показалось несколько смятых бумажек, в которые были завёрнуты красные ягоды.
— Жаль, что мякоть у них твёрдая и сладости немного не хватает, но сейчас лучше сорта не найти. Однако я уже отдал поручение торговцам из Ракасима [1] — в течение месяца привезут получше. До тех пор придётся довольствоваться этим.
Талия ошеломлённо раскрыла глаза.
Хотя она и просила раздобыть их, сейчас была уже ранняя зима. Она хорошо знала, что найти клубнику в этом холодном регионе было делом нелёгким даже для императора.
— Хотите попробовать? — Баркас взял одну ягоду, очищенную от обёртки, и протянул ей.
Талия, безучастно смотря на сияющий сочный красный плод, медленно открыла рот.
Маленькая ягода коснулась её языка. Она покатала её во рту, а затем раскусила зубами. По нёбу разлился сладкий аромат, а во рту защипало от сильной кислинки — так сильно, что к глазам подступили слёзы.
— Ну как? — спросил Баркас, большим пальцем смахнув капли сока с её губ.
Она отвела взгляд, почувствовав, как перехватывает горло.
Это было так вкусно, что хотелось плакать. Вкуснее, чем что бы то ни было в её жизни.
— …Неплохо.
Примечание:
↑1. Ракасим — город Южного континента (из новеллы «Под дубом»).