Глава 234

* * *

Неизвестно было, сколько дней и ночей они провели в седле.

Время от времени они заезжали в обители жрецов, чтобы получить исцеляющую магию, но от непрерывной изнурительной скачки конные воины заметно осунулись, а боевые кони начали спотыкаться, пуская изо рта белую пену.

В конце концов Баркас разделил войска на две части.

Пока передовой отряд, состоявший из обладающих высокой мобильностью лёгких всадников, двигался по кратчайшему пути, остальной корпус тяжёлых рыцарей следовал за ними, попутно собирая все доступные силы у лордов окрестных земель Кальмора.

Благодаря этой бешеной гонке без права на передышку им удалось достичь опушки леса Армунд на два дня раньше намеченного срока.

— Не беспокойтесь слишком сильно, — тяжело проговорил Дарен, подъехав к нему, когда они миновали уже половину густого берёзового леса. — Воины Кальмора не так просты. Даже если зрамы нападут все разом, пока ворота заперты и ведётся осада, они смогут продержаться несколько месяцев.

Баркас не ответил. Он понимал, что слова Дарена были скорее попыткой утешить самого себя.

Бьёрн Блодар Хеймдалль выдавал себя за святого рыцаря, имея поручительство от Великого Храма. Это означало, что среди высокопоставленных жрецов Центрального Храма был кто-то, кто ему помогал.

Если и в Восточном Храме завелись предатели, то нельзя было поручиться не то что за месяцы, но даже за одну ночь.

Он пришпорил Торка и в мгновение ока пересёк густую чащу. Вскоре перед ним предстала сожжённая дозорная застава.

Направив коня к поваленному частоколу, Баркас нахмурился при виде тел, разбросанных вокруг почерневшей сторожевой башни.

Около двадцати трупов. Судя по степени разложения, они погибли как минимум полмесяца назад. Видимо, враги заранее перерезали пути связи, чтобы изолировать Кальмор.

Он стиснул зубы. Если на других заставах ситуация такая же, то Кальмор сейчас находится в состоянии полной изоляции.

Баркас тут же хлестнул поводьями, словно кнутом, ещё больше увеличивая скорость. Конные воины, осознав серьёзность положения, тоже начали нещадно гнать своих коней, следуя за ним.

Сколько ещё они скакали в таком темпе?

Выбравшись из леса и преодолев пологий холм, они увидели раскинувшуюся внизу панораму деревни, превратившейся в руины. Заметив за ней тысячи захватчиков, разбивших лагерь, Баркас мгновенно обнажил меч.

Враги стояли лагерем на юге и севере, нанося удары одновременно с двух сторон.

При виде десятков осадных орудий, выстроившихся вдоль поля и извергающих снаряды в сторону крепостных башен, из уст рыцарей вырвались грубые ругательства.

К счастью, город, судя по всему, ещё не пал окончательно, но часть стены была сильно повреждена, и в проломы защитных укреплений потоком врывались вражеские солдаты.

Баркас без колебаний бросился вниз с холма.

Пролетая сквозь сожжённую деревню, он ворвался в тыл врага, и его клинок снёс голову солдату, который как раз перенастраивал катапульту. В тот же миг полторы тысячи всадников, словно яростная волна, обрушились на вражеский тыл.

Осадные отряды, всё внимание которых было сосредоточено на штурме города, не смогли оперативно среагировать на атаку с тыла.

Стальные копыта боевых коней, ворвавшихся с неистовой силой, в мгновение ока растоптали сотни обезумевших от ужаса врагов, и их строй рухнул в один миг.

Часть пехоты, запоздало осознав ситуацию, бросилась на помощь осадным отрядам, но элитные рыцари Вольфрама уже успели изрядно проредить вражеские ряды.

Баркас безжалостно отсёк голову солдату, с воем бросившемуся на него, и сразу же ворвался через пролом в стене.

Охранявшие пролом мародёры замахнулись на него алебардами. Он легко отбил атаку и резко натянул поводья. Торк тут же высоко вскинул передние ноги и беспощадно размозжил голову копейщику.

Увидев это, дикари в замешательстве отступили. Не упуская шанса, Баркас въехал в город, быстро окидывая взглядом широкую улицу, где кипел рукопашный бой. Повсюду на главной дороге, окутанной густой пылью, раздавался нестройный шум битвы.

— Ваша светлость великий герцог! — громко выкрикнул один старый воин, заметив его.

Баркас прищурился, узнав мужчину. Модриан, облачённый в тяжёлые доспехи, сражался сразу с двумя мародёрами.

Он тут же бросился туда и вонзил меч в спину врагу.

Пробитый насквозь мужчина издал истошный вопль и обернулся к нему. Баркас взмахнул мечом по диагонали, распарывая ему бок, и одним ударом снёс голову второму противнику, который бросился на него в ярости.

Увидев, как за мгновение двое крепких мужчин были разрезаны, словно масло, вражеские солдаты тут же отпрянули. Однако за его спиной уже заняла позиции кавалерия Вольфрама. Десятки коней, влетевших на бешеной скорости, вмиг смели врагов.

Увидев это, Модриан не смог сдержать восторженный возглас:

— Вы прибыли в самый критический момент! Видимо, Бог ещё не оставил Кальмор!

Баркас, не удостоив его взглядом, внимательно осматривал окрестности.

Хотя окраины города были в ужасном состоянии из-за прорыва врагов, центральная часть выглядела относительно целой. Это означало, что враг ещё не добрался до замка Раэдго.

В тот момент, когда он это осознал, по всему телу разлилось облегчение, граничащее с трепетом.

Баркас крепко сжал рукоять меча дрожащими руками. Только тогда он понял, насколько был охвачен крайним напряжением и страхом.

На мгновение почувствовав дурноту от нахлынувшей слабости, он взял себя в руки и повернулся к Модриану:

— Докладывай. Кратко.

— Две недели назад... нет, сегодня уже пошла третья неделя. Спустя всего несколько недель после вашего отбытия дикари начали внезапную атаку.

Старый воин глубоко вздохнул и продолжил уже более спокойным тоном:

— Благодаря тому, что мы вовремя заперли ворота, нам удалось сдержать первый натиск... Но с тех пор они притащили осадные орудия и ежедневно осыпают нас камнями, из-за чего многие городские постройки разрушены.

— Каковы потери среди людей?

— Потери среди гражданских не так велики. Часть жителей, обитавших за крепостной стеной, пострадала, но большинство успело быстро укрыться в городе, так что худшего удалось избежать. Горожан из окраинных районов мы тоже заранее переселили за внутренние стены, благодаря чему удалось значительно минимизировать человеческие потери.

Сделав паузу, мужчина стёр пот со лба и добавил:

— И всё это заслуга её светлости великой герцогини. Благодаря её быстрому решению многие граждане смогли спасти свои жизни.

Баркас, быстро осматривавший улицу, где всё ещё шли стычки, замер и обернулся к нему:

— Что это значит?

— Сразу после начала нападения её светлость распорядилась немедленно разместить горожан в замке. И не только это: она вместе со служанками лично ухаживала за ранеными, не жалея сил для оказания помощи. То, что десятки тысяч горожан продержались до сих пор — целиком и полностью заслуга великой герцогини.

Баркас безмолвно смотрел в лицо старого воина. В голосе Модриана звучало глубокое уважение. А ведь этот человек относился к ней критичнее всех остальных.

Что же произошло за эти несколько недель, раз его отношение изменилось настолько кардинально?

Пока он стоял, оцепенев от необъяснимого странного чувства, издалека раздался грохот, разрывающий барабанные перепонки.

Баркас резко вскинул голову. Было видно, как на севере города поднимается чёрный дым. Он тут же пришпорил коня и помчался сквозь разрушенный центр города.

Миновав пустую площадь и добравшись до северной крепостной стены, он увидел внешнюю стену и башню, которые начали рушиться. При виде тысяч воинов-зрамов, расположившихся за ними, брови Баркаса яростно сошлись на переносице.

Их было никак не меньше четырёх тысяч.

Он оглянулся.

Всадников, успевших прийти ему на помощь, было всего около трёхсот. Остальные были связаны боем, зачищая окрестности южных ворот.

Но если ждать прибытия основных сил, враги ворвутся в сам замок. Нужно любой ценой остановить их продвижение до подхода подкрепления.

Быстро приняв решение, Баркас перемахнул через превратившуюся в груду камней стену и бросился в атаку на врага.