Глава 183

Я замерла, забыв даже сглотнуть накопившуюся слюну, и уставилась в пол.

Небо, затянутое снегом, было чернильно-чёрным. Несмотря на то что оборванные занавески были распахнуты настежь, в комнату не проникало ни лучика лунного света. Лишь свист ветра, пробивающегося сквозь щели в окнах, сгущал и без того мрачную атмосферу.

По обрывистым теням я смогла разобрать, что количество разбросанных на полу «плодов» — человеческих голов — перевалило за пять.

— Замок Пусков... захвачен?

— Да.

— Неужели уже всех...

— Казнил.

Я снова посмотрела под ноги.

Лиц не было видно, но по цвету и длине волос я догадалась: вот эта голова принадлежит Роговскому Серенье.

Ру вкрадчиво спросил:

— Ещё что-нибудь хочешь узнать?

— ...Что теперь будет с королевством Астроса?

— Для войны нужен предлог. Королевская семья объявила нас мятежниками, но у нас есть свой резон: «Вернуть утраченный трон седьмому принцу и положить конец хаосу в государстве».

Значит, следующий наследник престола уже определён. Видимо, нашёлся член королевской семьи, решивший сотрудничать с этой мощной и безжалостной армией.

— А Диан? Что будет с Дианом, законным наследником Серенье?

— А, Диан Серенье. Он мне не нравится.

В темноте прозвучал совершенно нелогичный ответ.

— Впрочем, ты тоже.

Этот ответ был таким же странным, но я не решилась упрекнуть Ру.

Если интуиция меня не подводит, сегодня Ру был на взводе. Его гнев ощущался кожей — острый и холодный, как лезвие изо льда. Куда страшнее, чем завывания ветра в стенах этого замка, похожие на предсмертные крики.

— Ты ведь всегда такая, Эш. Никогда не отвечаешь на вопросы по-хорошему. Тебе либо нужно поднести соразмерную плату, либо пригрозить...

Я старалась игнорировать его бормотание, больше похожее на разговор с самим собой, но для следующей его фразы моего мужества уже не хватило.

— Может, мне стоит раздеться, чтобы ты наконец открыла рот?

— Нет!

— Нет? Тогда говори. Какая из них?

Со смешанным чувством я окинула взглядом головы, похожие на гнилые виноградины. Ещё пару дней назад я клялась себе не трепаться о личной жизни Диана, но...

— Эш, — снова раздался голос Ру, похожий на тяжёлый вздох. — Знаешь ли, я терпеть не могу типов, у которых слишком много секретов. В девяти случаях из десяти от них нет никакой пользы. Только портят атмосферу внутри отряда.

В этот момент я решила сдаться.

«Плевать на тайны Диана, сейчас лучше всё выложить начистоту».

Сегодняшний Ру был не в себе.

Странно навязчивый, недовольный, не то чтобы властный, но пугающе угрожающий. Поскольку я не могла предсказать, что он выкинет в следующий момент, нужно было хоть немного подыграть ему.

Я подняла одну из голов у кровати.

— Вот эта.

Я специально развернула это мерзкое лицо к нему, но Ру лишь коротко цокнул языком и недовольно предупредил:

— Не держи её так, будто это плюшевый мишка.

— С чего бы мне обнимать эту дрянь, как плюшевого мишку? Забирай себе, если хочешь. В любом случае, спасибо за заботу. Диан наверняка тоже был бы благода...

...рен?

«Но почему Ру так настойчиво искал того, кто оставил шрамы на спине Диана?»

Из жалости? Неужели вид истерзанной спины, который он случайно увидел тогда, был настолько ужасен? Но ведь он не из тех, кто склонен к сочувствию.

— Твою мать, ты совсем страха не знаешь.

Тяжело выдохнув, Ру медленно вышел из тени.

Выглядел он изнурённым. Его грудь и колени были густо забрызганы кровью настолько тёмной, что в темноте она казалась чернее теней, но глаза его горели лихорадочным светом.

Холодные золотые глаза сканировали моё лицо.

— Женщина, бесстрашная, с отличными боевыми навыками, светло-зелёные глаза... и это лицо. Сколько ни копаюсь в памяти, тебя там нет.

— ...

— Ты. Откуда ты меня знаешь?

— Нет такого наследника в роду Серенье, который не знал бы о монстре из башни.

— Да, монстре знают все, но никто не знает «Ру». Никто не знает это имя... потому что я оставил его на той рабовладельческой ферме, которую затопило при разливе реки.

Рабовладельческая ферма?

Перешагивая через мешающиеся головы, Ру быстро подошёл ко мне, остановился прямо перед носом и посмотрел сверху вниз на моё лицо.

— Мне любопытно, почему ты прикидываешься, будто знаешь меня. Тот, кому известно моё прошлое, никогда бы так себя не повёл.

Его пальцы — длинные и изящные, совсем не похожие на руки воина — коснулись моего подбородка. В этот миг что-то пронзительное и зловещее, словно удар молнии, вцепилось в моё сердце.

Клянусь, дело было не в Ру.

«Эта тошнотворная аура».

Это чужеродное, но до боли знакомое ощущение... гнилостный запах ядовитой травы, расцветшей в сточной канаве... Это напоминало силу Мефисто.

— Подожди, Ру.

Худшая из возможных догадок овладела моим разумом.

Я попыталась вывернуться, но огромная рука Ру держала мой подбородок мёртвой хваткой.

— Итак, Эш, хватит вилять. Просто скажи правду.

— Погоди.

— Если ты и дальше будешь морочить мне голову, я сделаю так, что ни ты, ни Диан Серенье из этой комнаты больше не выйдете...

Если не получается вырваться, нужно заставить его слушать силой. Я вцепилась обеими руками в голову Ру, с силой потянула его вниз к себе и закричала:

— Я же сказала — подожди, идиот! Заткнись и отвечай на мой вопрос!

Золотые глаза изумлённо расширились. Пользуясь тем, что он опешил, я быстро выпалила:

— Слушай внимательно. От тебя исходит едва уловимая мерзкая аура. Неужели ты сожрал сердце Каллепы?

Тишина. От этого мгновенного молчания моё собственное сердце будто рухнуло в бездну.

— Ты правда... съел его?

Ру, пристально глядя мне в глаза, горько усмехнулся.

— Чего ты так отчаянно хочешь? Ты постоянно меня сбиваешь с толку. Интересно, ты просто от природы так интересуешься жизнью других людей, или это просто потому, что это я?

Лицо Ру при этих словах стало мрачным.

Его взгляд, полный искажённых, осевших на дно чувств, сковал меня.

— Ты со всеми такая?

Рука, державшая подбородок, переместилась на шею. Он сжал её так, будто готов был в любой момент переломить кость.

— Или я для тебя просто ценный инструмент, с помощью которого можно спасти Диана Серенье?

Я не выдержала и просто рассмеялась.

Инструмент?

Он серьёзно? И что там дальше — «от природы так интересуешься жизнью других людей»? Ты, который появился передо мной, когда я после возрождения сосредоточилась только на выживании, и перевернул всю мою жизнь с ног на голову, смеешь говорить мне такое?

«Ах».

Так нельзя. Я сейчас перегружусь.

Нет, я уже перегрузилась.

— Подонок! Ты же сам первым предложил мне завести ребёнка!

В тот же миг хватка на моей шее исчезла, словно её и не было.

Ру уставился на меня с самым ошарашенным видом, какой я только видела за всё время нашей встречи.

— ...Что?

Настолько мне было противно видеть его в таком виде, что я сжала обе руки в кулаки и изо всех сил ударила Ру.

— Ты! Сам! Соблазнил меня, когда я была ещё совсем девчонкой! Ах ты мразь! Сволочь! Да тебя мало будет тысячу лет кормить стряпнёй экономки!

— Что за бред ты несёшь, когда я... ай!

Ру, получив серию ударов, видимо, решил, что это уже чересчур, и снова перехватил мои руки, бормоча с глупым лицом:

— У тебя что, галлюцинации начались?

Может быть, из-за того, что я уже один раз «взорвалась», во мне включились остатки разума, позволившие спокойно отреагировать на его приземлённый и нелепый вопрос.

— Да, я психованная. Поэтому и зову тебя Ру. Теперь твоё любопытство удовлетворено? Мне плевать, что ты там обо мне думаешь. Ты просто отвратителен.

Какие бы ругательства я ни извергала, лицо Ру, до этого совершенно сбитое с толку, начало постепенно оттаивать. Он посмотрел мне в глаза взглядом, ставшим до раздражения мягким.

— Совсем девчонкой? Хм. А по тебе и не скажешь.

— Пошёл...

Я хотела послать его к чёрту, но вовремя прикусила язык. Если он уйдёт сейчас, я так и не узнаю, является ли источником силы внутри него сердце Каллепы.

С предельно серьёзным лицом он спросил:

— Так мы завели ребёнка?

— Заткнись!

— Чего ты злишься? Ты же сама сказала, что я первый тебя собл...

Прежде чем этот поток бреда продолжился, я выхватила меч у него с пояса, направила остриё ему в грудь и предупредила:

— Пока мы тут друг друга не прикончили, отвечай на вопрос честно.

К счастью, Ру послушно кивнул. У него был такой довольный вид, будто он только что плотно пообедал, и от этого зрелища меня аж подташнивало.

— Ты съел сердце Каллепы или нет?

— Нет.

— Не лги мне! Если не ел, откуда тогда эта скверна...

— Это проклятие.

— Что?

— Помнишь синий магический артефакт, что был вживлён мне в спину? Полубог из Роке проклял меня, Эш. Поставил клеймо, чтобы его ценное воплощение не вздумало сбежать слишком далеко.

Ру прошептал это почти ласково и добавил с таким спокойствием, будто говорил о погоде:

— Через четыре дня моё сердце остановится.