Глава 20

Небольшой павильон в самом сердце Демонической секты не был местом, куда мог зайти кто угодно. Вход туда был разрешён лишь старейшинам, главам родов и тем, кто занимал высшие ступени в иерархии учения.

Именно поэтому те, кто переступал его порог, играли ключевую роль в решении важнейших дел секты.

Раньше этот совет обладал абсолютной властью, но в последние годы его влияние пошатнулось.

Причиной тому послужило то, что десять лет назад лидер секты Хёк Мухёк неожиданно отошёл от дел, передав мелкие дела старейшинам и своим приближённым, а сам стал вмешиваться только в самые серьёзные вопросы. Его позиция становилась всё более пассивной.

Почему он ушёл — никто не знал. Многие в секте выражали недоумение по этому поводу, но никто открыто не противился его решению.

Отчасти потому, что недовольство династией Хёк, которая поколениями являлась правящим кланом, зрело давно. Некоторые считали несправедливым наследование по крови, мол, бездарь занял место лидера.

Однако ирония заключалась в том, что каждый глава, несмотря на сомнения, неизменно оказывался сильнейшим в учении. Так было и оставалось до сих пор.

— Давно не виделись, заместитель лидера, — раздался голос за спиной.

Ман То медленно обернулся. Увидев, кто к нему обратился, он удивлённо вскинул брови.

— Кто бы мог подумать... Старейшина Ли Сонхак, не иначе.

Он широко улыбался, будто искренне рад неожиданной встрече, но Ли Сонхак лишь неловко скривился.

И было отчего: Ман То делал вид, будто не ожидал его появления, но Ли Сонхак-то знал его истинную силу. Если бы Ман То захотел, он бы ещё за тридцать шагов учуял его приближение и безошибочно определил, кто идёт.

В Демоническом культе Ман То считался вторым по силе после Хёк Мухёка. Хотя он и не был ярко выраженным представителем «тёмного пути», его уважали за силу — единственное, что имело значение в этой секте.

— Я слышал, что вы вернулись в учение, и заглянул к вам в покои, но вас не было.

— Был занят: наносил визиты лидеру и наследнику.

Ли Сонхак слегка вздрогнул при слове «наследник». Настолько слегка, что обычный человек и не заметил бы, но Ман То уловил это мгновенно.

Его улыбка стала тоньше, а глаза прищурились. Но уже в следующее мгновение лицо вновь озарилось дружелюбием.

— И впрямь, давно тебя не видел.

— Ну а как иначе, если вы десять лет отсутствовали?

— Ха-ха, верно. Сидел себе в горах, отрешённый от мирской суеты, и не заметил, как время пролетело.

— Но вы по-прежнему в прекрасной форме.

Ли Сонхак, известный своим вспыльчивым нравом, почти никого не уважал. Но Ман То был одним из немногих исключений.

Перед ним он держался почтительно, даже подобострастно.

«…Он стал ещё сильнее».

Раньше уже было невозможно оценить глубину его внутренней силы, а теперь она и вовсе ускользала от ощущения. Это был не просто уровень, это был разрыв в измерениях.

И Ман То, и даже более молодой Хёк Доджин… Оба с годами становились лишь сильнее, будто возраст не имел над ними власти. Ли Сонхаку оставалось только облизываться от зависти — он сам уже давно упёрся в потолок.

У него не было ни клана, как у До Сок Хви из Нам Мандо, ни поддержки, как у Джу Джонхака из Хёльсу Джу. Потому его положение становилось всё более шатким.

Он нервничал, и вполне обоснованно.

Ман То, услышав его слова, громко рассмеялся и покачал головой:

— Да что ты, я уже дряхлый старик. Ты же сам знаешь.

— Даже сохранять такую форму — уже показатель силы.

— Просто повезло, не более.

С этими словами Ман То тихо улыбнулся и внимательно посмотрел на собеседника:

— Но к чему этот визит? У тебя ко мне дело?

На первый взгляд могло показаться, что молодой мужчина говорит с пожилым в фамильярной манере, но разница в возрасте между ними составляла более двадцати лет.

Ли Сонхак покачал головой с вежливой улыбкой:

— Нет-нет, что вы. Просто услышал о вашем возвращении и счёл необходимым лично поприветствовать вас.

— Вот как. Ха, даже в старости меня встречают с таким тёплым приёмом… Не зря прожил, выходит.

— Вы же живая история Демонического учения. Конечно, вам рады.

— Возможно…

Ман То кивнул и приблизился. Ли Сонхак выпрямился, встречая его взгляд.

Его лицо, если приглядеться, напоминало Хёк Доджина, и от этого Ли Сонхаку стало не по себе. Это напомнило о тревоге, терзавшей его в последнее время — Хёк Доджин уже однажды угрожал ему смертью.

Ли Сонхак, будучи оппортунистом ^[1], отличался ненасытной жаждой власти. Он жаждал силы, хотел сокрушить стену, что стояла у него на пути.

— Раз уж мы встретились спустя столько времени, не могли бы вы дать мне наставление, заместитель лидера? ^[2]

— Только с дороги. Обучение подождёт.

Ли Сонхак знал, что по-настоящему превзойти их не сможет. Не хватало ни таланта, ни внутреннего стержня. И потому он выбрал совсем иной путь, нежели путь долгих лет тренировок.

— Тогда, может быть, немного поговорим?

— Поговорим?

Ман То слегка склонил голову, разглядывая серьёзное лицо собеседника. Он знал: Ли Сонхак сам никогда не выходит на контакт, если за этим не кроется личный интерес. Значит, ему что-то нужно.

Он поразмыслил и кивнул.

Ли Сонхак просиял и собрался предложить пройти в более подходящее место, но Ман То остановил его жестом:

— Здесь и поговорим. Кто станет подслушивать нас в таком месте?

— …

Ли Сонхак замер, обернулся и молча встретился с его взглядом.

— Если разговор долгий — в другой раз, — добавил Ман То.

Скрывая раздражение, Ли Сонхак попытался сохранить спокойствие:

— Нет-нет, займёт всего минуту.

— Тогда говори.

Ман То посмотрел на него серьёзно, чуть вскинув подбородок. Каждый его жест задевал Ли Сонхака за живое. Особенно лицо — слишком похожее на лицо Хёк Доджина.

— Как вы относитесь к будущей жене младшего лидера?

— Мм? В каком смысле?

— Думаете ли вы, что дочь праведной семьи достойна стать женой главы Демонического культа?

Ман То потёр подбородок, не отрывая от него взгляда.

— Говори яснее.

— Как вы знаете, в нашей секте власть и закон зиждутся на силе. Пусть она и невеста младшего лидера, но должна хотя бы немного обладать внутренней силой. А нынешняя избранница, дочь рода Моён, — не более чем бесполезная марионетка.

— И ты хочешь сказать… — Ман То повёл подбородком, — …что принять Моён Соволь значит опозорить секту?

Честно говоря, так оно и было. Но сказать это прямо Ли Сонхак не мог.

— Не позор… но опасность. Если она не сможет одолеть даже простого юнца с улицы… она станет слабым местом наследника.

— Хм…

Услышав задумчивый стон Ман То, Ли Сонхак оживился.

Слова выглядели как забота о будущем секты, но за ними скрывались личные амбиции.

Сейчас, в отсутствие главы, власть была сосредоточена в руках Ман То. Если склонить его на свою сторону, можно будет давить на Хёк Доджина и приблизиться к своей цели.

— Как старейшина, я считаю, что младший лидер не должен позволять себе уязвимости…

— Ты не изменился, — прервал его Ман То.

— Простите?

Ман То всё так же улыбался, но от него уже веяло угрозой.

— …уважаемый заместитель?

— Всегда говоришь, что предан секте… Настоящее сокровище. Когда-нибудь ты станешь образцом для будущих поколений.

Слова звучали похвально, но тревога Ли Сонхака лишь усилилась.

— Я просто выполняю долг…

— А вот жадности у тебя слишком много.

Ман То сделал шаг, и воздух дрогнул.

— Слишком алчный. И слеп вдобавок. Жаль. Ум и преданность… если бы направил их ради учения, а не себя… Но кто я такой, чтобы судить?

— Не понимаю, о чём вы…

Улыбка сошла с лица Ман То. Ли Сонхак попытался отступить, но было поздно.

— Одного раза было мало?

Голос, наполненный мощью, потряс воздух. Ли Сонхак почувствовал, как его собственная энергия, обычно спокойная в нижнем даньтяне, взбунтовалась в ответ. Он попытался подавить её, но тщетно.

— Гх…!

Из его рта хлынула чёрная кровь.

— Слушай внимательно. Я знаю, что ты что-то задумал. … Но даже если ты и не видишь всей картины... Ты выбрал не того противника.

Ли Сонхак, окровавленный, с трудом поднял взгляд. Перед ним стоял Ман То с ледяным лицом.

— Ты своей лживой болтовнёй толкнул в смертельную пропасть мою племянницу… а теперь замышляешь убить жену наследника?

— Это… недоразумение…

— Ты не знаешь, почему я вернулся лишь спустя десять лет?

Ман То медленно поднял его подбородок рукой. Ли Сонхак стиснул зубы, внутри всё горело.

— Я ушёл не потому, что сбежал. А потому, что, останься я тогда — я бы вырвал твою глотку.

Ли Сонхак замер.

— Так что оставь свои замыслы и сиди тихо.

Он убрал руку. И, глядя на поверженного Ли Сонхака, произнёс:

— Пока я не вырвал твою гнилую голову и не скормил её собакам.

---

Примечания:

↑1. Оппортунист — человек, использующий возможности в личных целях.

↑2. В оригинале используется специальный термин для «наставлений/ученичества» в боевых искусствах/магии.